Любителям истории (Великая Отечественная, Афган, "Холодная война" и др.)

В данном разделе сайта размещены материалы про действия разведчиков во время войны...

Дубина партизанской войны

Войны ХХI века - ракетно-ядерные, сетецентрические, компьютерные или на дубинах?

Совсем недавно человечество боялось только термоядерного Апокалипсиса. Сейчас в качестве глобальной угрозы рассматривается война в киберпространстве, которая может посеять хаос в развитых странах и привести к страшным техногенным катастрофам. На привычном поле боя, похоже, наступает время сетецентрического противостояния. Между тем, есть мнение, что исход любой битвы может решить, образно говоря, простая дубина партизанской войны.

Наверное, все знают притчу о Давиде и Голиафе. Был ужасный монстр Голиаф, который терроризировал ветхозаветных евреев. Но нашелся паренек по имени Давид, который одним метким ударом из пращи убил великана-тирана. Побеждают не числом, а умением - сказал много позже русский полководец Александр Суворов.
Можно добавить, что сегодня важнейшую роль в исходе вооруженного противостояния играют не только воинское мастерство, но и современная техника, продвинутые технологии, в том числе - компьютерные. Примеры военных действий НАТО на Балканах, в Ираке, Афганистане и Ливии это только подтверждают. Тем не менее, есть такой военный парадокс, не вписывающийся в "умные" стратегии, но способный изменить ход любого конфликта. Это партизанская война.

Само слово "партизан" появилось в России во времена Отечественной войны 1812 года. И партизанами были не только бородатые крестьяне с вилами и топорами, караулившие зазевавшихся французов на лесных дорогах, но и летучие отряды гусар под командованием Дениса Давыдова. И герой той войны генерал Давыдов позже стал, наверное, первым теоретиком ведения боевых действий по-партизански. Наряду с отрядами из народа, восставшего против захватчиков, предполагалось использовать воинские подразделения, специально подготовленные для ведения боевых действий в тылу врага. Предполагалось, что партизанское движение не должно быть стихийной, а должно управляться и направляться опытными командирами, и вписываться в общую стратегию войны. К сожалению, в царской России партизанские идеи Давыдова развития не получили.

Теоретически и практически они были доведены почти до совершенства в СССР. В Генштабе Красной Армии и, в частности, в Главном разведуправлении сидели не совсем уж глупые люди. Они прекрасно понимали, что война с нацистской Германией неизбежна, при этом трезво оценивали потенциалы двух стран. По их расчетам выходило, что значительная часть европейской территории СССР немцами будет захвачена. И в этом случае должна сразу начаться хорошо организованная и подготовленная заранее партизанская война.
В условиях большой секретности на западных территориях Белоруссии и Украины готовились будущие базы партизан. Туда завозилось оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, радиостанции, медикаменты, продовольствие и амуниция. В специальных лагерях готовили группы будущих диверсантов.

Увы, шла эта подготовка под прямым руководством маршала Тухачевского. Фигура в отечественной истории неоднозначная. Не вдаваясь в подробности дела о "заговоре маршалов", которое вполне могло быть и сфабриковано немецкой разведкой, надо отметить, что после его ареста почти сразу органами НКВД началась ликвидация уже сформированных партизанских баз. Мотивировалось тем, что это будто бы площадки для снабжения мятежников при планировавшемся военно-фашистском перевороте. Утверждалось также, что подготовка партизан заранее - факт пораженческих настроений. Своей земли не отдадим и пяди! Так пелось и думалось в те времена.
По мнению старых ветеранов ГРУ, еще участвовавших в Великой Отечественной, с которыми мне доводилось встречаться, если бы эти базы сохранились, и если бы летом 1941 года была дана команда на начало масштабной партизанской войны, немцы никогда до Москвы бы не дошли. Разведчики были готовы, даже не имея заранее оборудованных на захваченных территориях арсеналов, начать масштабную партизанскую войну в тылу немецких войск. Кремль приказа почему-то не дал. И настоящая партизанская война началась лишь в 1942 году.

Спецназ ГРУ создавался фактически для ведения партизанских действий в глубоком тылу противника. Не удивительно, что идеологом партизанской войны стал полковник ГРУ Владимир Квачков. Тема его докторской диссертации была посвящена организации партизанского движения в современных условиях.
Удивительное историческое совпадение. Арестовали Квачкова по обвинению, сравнимому с тем, который предъявляли маршалам Егорову, Тухачевскому и Якиру - подготовка вооруженного мятежа и ведение партизанской войны против существующей власти.
Не станем ни защищать, ни обвинять Владимира Квачкова. Рассмотрим, причем, очень кратко, насколько актуальна сегодня теория партизанской войны, опираясь на публикации в открытой печати и на мнения экспертов.

Когда-то босоногие партизаны заставили уйти из Южного Вьетнама оснащенную по последнему слову техники армию США.
Настоящую партизанскую войну западные страны начали в Ливии, добиваясь устранения режима Каддафи. Прямое участие в тайных операциях против правительственных войск там принимали и спецназовцы некоторых армий НАТО. Это уже не секрет. Итог той войны известен.
Сегодня похожая война ведется против Сирии, и на Западе уверены, что свержение Ассада - вопрос времени. То есть, даже в самых продвинутых с технической точки зрения странах понимают: небольшие иррегулярные воинские формирования могут оказаться гораздо эффективнее огромных частей регулярной армии. Давид и Голиаф в чистом виде.

Однако, делая упор на провоцирование, так называемых, мятеже-войн, Запад открывает ящик Пандоры. Такая война ведь вполне может вспыхнуть и на уютно идиллических просторах Европы, а также в США.
Когда началась агрессия НАТО против Сербии, генштаб югославской армии рассматривал возможность начала партизанских действий в странах, прямо участвующих в бомбардировках Белграда. Предлагалось сбивать при помощи переносных зенитно-ракетных комплексов стратегические В-52, взлетавшие с баз в Италии с полной бомбовой нагрузкой. Югославскому спецназу это было по силам. Суперкрепости падающие на итальянские города, сразу привели бы к тому, что на все полеты ВВС США в Южной Европе был бы наложен запрет. И кто бы осудил Югославию, которая защищалась всеми возможными способами? Рассматривались варианты диверсий на стратегических объектах стран НАТО. Югославские спецназовцы и это могли сделать. Однако президент Милошевич добро на такие крайние меры не дал. И все равно кончил свои дни за тюремной решеткой.

Почему Запад при всей громогласной риторике, вряд ли начнет военную агрессию против Ирана? Вовсе не потому, что боится несуществующей иранской атомной бомбы. А потому, что диаспора этнических иранцев в Западной Европе и США огромна. Конечно, спецслужбы держат этих людей под колпаком. И все равно в душу не заглянешь. Нельзя исключить, что давно европеизированный или американизированный иранец, вовсе не являющийся сторонником нынешних руководителей своей исторической родины, в случае агрессии против нее не начнет свою личную партизанскую войну. А если такой человек имеет доступ к стратегическим системам? Огромная доля вероятности и в том, что иранская разведка не будет сидеть сложа руки, а сразу развернет диверсионную войну на территории стран-агрессоров.


В Соединенных Штатах на руках находится стрелкового оружия, в том числе, крупнокалиберного больше, чем в армии, национальной гвардии и полиции - вместе взятых. В США категорически запрещено публично обсуждать тему межнациональной неприязни. А она есть и растет с каждым годом. Проблема, загнанная внутрь, неизбежно прорвется и может вылиться в гражданскую войну.
Великие США все больше и больше превращаются в колосса на глиняных ногах. Осталось ждать появления Давида с партизанской пращей.
Так что в ХХI веке реальностью становятся широкомасштабные боевые действия не регулярных, а иррегулярных воинских подразделений.
Та партизанская война, которая родилась двести лет назад в нашей стране, может охватить большую часть цивилизованного мира. И провоцирует ее, что совершенно очевидно, блок НАТО. Кстати, новомодная кибервойна тоже может рассматриваться как разновидность партизанской. Урон противнику наносится там, где этого не ждут и исподтишка.

Российская Газета, военный обозреватель Сергей Птичкин

Голосов пока нет

Краткая справка, 1950-1979гг. История Спецназа ГРУ

24 октября 1950 года по докладной записке начальника ГШ (генерал армии Штеменко С.М.) и Начальника ГРУ Военный министр СССР, маршал Советского Союза Василевский А. М. издал директиву за № Орг/2/395832 сформировать до 01.05.1951г. 46 (сорок шесть) рот специального назначения (41 армейская рота и 5 фронтовых рот в приграничных округах западного направления - ПрибВО, ЛенВО, БВО, ПрикВО и ОдВО) штатной численностью по 120 человек каждая. Этот день является официальной датой рождения СПЕЦНАЗа Вооруженных Сил СССР и России.

Отдельная рота СпН (1950-е) включала:
                       - 1-й учебный разведвзвод,
                       - 2-й разведвзвод,
                       - 3-й разведвзвод,
                        - взвод спецрадиосвязи.

Разведчики готовились к действиям в составе разведывательно-диверсионных групп численностью от 8 до 10 человек. В такой организационно-штатной структуре роты просуществовали до 1957 года. Комплектование отдельных рот СпН осуществлялось из числа солдат и сержантов, прослуживших в частях Советской Армии 2 года. Роты находились в непосредственном подчинении командующих армиями или округами. Общая численность личного состава рот армейского спецназа составляла 5520 человек.

Тактические номера орСпН 1950-53 гг.

Из плана формирования отдельных рот СпН (№ в/части) по штату №04/20 (120 человек) в соответствии с Директивой Военного Министра № Орг/2/395832 от 24.10.50 года:

66 орСпН (71060) 3 Уд.А ГСОВГ
67 орСпН (61249) 8 гв. МА ГСОВГ
68 орСпН (51198) 1 гв. МА ГСОВГ
69 рСпН (71063) 2 гв. МА ГСОВГ, к-н Гредасов Ф.И., г. Альт-Стрелиц (ППД орб 9 гв. ТД). Позднее уже 26-я орСпН упоминается как рота 2-й Гв.МА
70 орСпН (61253) 3 гв. МА ГСОВГ
71 орСпН (51200) 4 гв. МА ГСОВГ
72 орСпН (71097) ЦГВ
73 орСпН (61256) СГВ
74 орСпН (71104) Отд. Механизированной Армии
75 орСпН (61272) Беломорского ВО, н.п.Нурмалище Олонецкого района Карело-Финской АССР, БеломорВО
76 орСпН (51404) ЛенВО
77 орСпН (71108) 11 гв. А ПрибВО, капитан Токмачев С. г. Калининград. На 1953 год уже упоминается в ПрикВО, Житомир 8 ТА (как видим есть путаница).
78 орСпН (61290) 28 А БВО
79 орСпН (51407) 5 гв. МА БВО
80 орСпН (71109) 7 МА БВО
81 орСпН (61321) 13 А ПрикВО, г.Луцк
82 орСпН (71116) 38 А ПрикВО, г.Станислав (впоследствии г. Ивано-Франковск)
83 орСпН (61338) 8 МА ПрикВО
84 орСпН (51410) ОдВО
85 орСпН (71126) 4 А ЗакВО
86 орСпН (61428) 7 гв. А ЗакВО
87 орСпН (51462) ТуркВО
88 орСпН (51422) 37 гв. ВДК Главкома войск Дальнего Востока
89 орСпН (71127) 1 Отд. Краснознаменной Армии
90 орСпН (61432) 6 гв. МА ЗабВО
91 орСпН (51423) 5 А Приморского ВО, майор Русинов, с. Дубовское – н.п. Барабаш – Ворошилов-Уссурийский – п.Таловый – Патькочевное
92 орСпН (51447) 25 А Приморского ВО, майор Дубовцев С.И., ж.д.ст. "Боец Кузнецов". В 1957 году передислокация роты в Северную Группу Войск – Шекон, Польша.В том же 1957-м году развертывание на базе роты 27-го отдельного батальона СпН
93 орСпН (71138) 39 А Приморского ВО, г.Порт-Артур.
94 орСпН (61442) 14 А ДВО
95 орСпН (61508) 8 гв . ВДК ВДА
96 орСпН (71200) 15 гв. ВДК ВДА
97 орСпН (71143) 38 гв. ВДК ВДА
98 орСпН (61453) 39 гв. ВДК ВДА
99 орСпН (51413) Архангельского ВО, 26-й АК, г.Архангельск
100 орСпН (71145) КВО, капитан Малякшин П.А., г.Нежин, Черниговская область
195 орСпН (61503) МВО
196 орСпН (51425) ПриВО
197 орСпН (51506) УрВО
198 орСпН (71147) Южно-Уральского ВО
199 орСпН (61504) Восточно-Сибирского ВО
200 орСпН (51428) Западно-Сибирского ВО
226 орСпН (51511) СКВО
227 орСпН (71185) Донского ВО, капитан Снегирев А.А., г. Новочеркасск
228 орСпН (61507) Таврического ВО
229 орСпН (51440) Горьковского ВО
230 орСпН (71187) Воронежского ВО

Для руководства ротами СпН создано направление при 2-м отделе 3-го Управления Второго Главного Управления ГШ ВС СССР, руководителем направления назначен полковник Степанов П. И. При Высших академических курсах офицеров разведки развернуто специальное отделение.

При сокращении Вооруженных Сил СССР в 1953 году 35 рот СпН было расформировано. Осталось 11 рот СпН (все роты входили в состав Армий, кроме 75-й орСпН СевВО).

Тактические номера орСпН на январь 1957 года:

66-я орСпН 3 Уд. Армии ГСВГ, г.Гюзен (*1)
67-я орСпН 8 гв. Армии ГСВГ, г.Галле (*1)
75-я орСпН Северного ВО, г.Олонец
77-я орСпН 11 гв. Армии ПрибВО, г.Калининград
78-я орСпН 28 Армии БВО, г.Гродно
81-я орСпН 13 Армии ПрикВО, г.Луцк
82-я орСпН 38 Армии ПрикВО, г.Станислав. 01.01.1957 года подчинена напрямую Разведуправлению ПрикВО
85-я орСпН 4 Армии ЗакВО, г.Баку
86-я орСпН 7 гв. Армии ЗакВО, г.Ереван
91-я орСпН 5 Армии ДВО, хут.Таловой
92-я орСпН 25 Армии ДВО, ст.Боец Кузнецов (*2)

Примечания:
*1) 24 марта 1954 года Группа советских оккупационных войск в Германии (ГСОВГ) преобразована в Группу советских войск в Германии (ГСВГ).
*2) 1 июня 1953 года Приморский ВО был расформирован, территория передана в ДВО. Включал часть территории Приморского края (территория бывшей Уссурийской области). В его подчинении находились также войска, находившиеся на территории Северной Кореи и на Квантунском полуострове.

Директивой начальника Генштаба ОШ/1/244878 от 09.08.1957г. проведены организационные мероприятия сформированы:

26-й обСпН ГСВГ, вч пп 24584, штат №04/26 (485 чел.), подполковник Мосолов Р.П., г.Вебер-Хафель. На формирование обращены 66 и 67 орСпН ГСВГ
27-й обСпН СГВ, вч пп 42551, штат №04/25 (376 чел.), подполковник Пашков М.П., г.Стшегом. На формирование обращена 92 орСпН ДВО, прибывшая к 1.10.57 в СГВ
36-й обСпН ПрикВО, вч 32104, штат №04/25 (376 чел.), подполковник Шаповалов, г. Дрогобыч. На формирование обращены 81 и 82 орСпН ПрикВО
43-й обСпН ЗакВО, вч 32105, штат №04/25 (376 чел.), подполковник Гелеверя И.И., г.Манглиси. На формирование обращены 85 и 86 орСпН ЗакВО
61-й обСпН ТуркВО, вч 32110, штат №04/24 (253 чел), подполковник Тормцев, г.Казанджик – г.Самарканд. На формирование обращена 91-я орСпН ДВО, прибывшая к 1.10.57 в ТуркВО
Переведены на новый штат №04/23 и передислоцированы:
75-я орСпН ЮГВ, вч пп 61272 (123 чел), передислоцирована из Северного ВО (*1) к 25.9.57 в ЮГВ, г.Ньиредьхаза
78-я орСпН ОдВО, вч 61290 (123 чел.), передислоцирована из БВО к 25.9.57 в ОдВО, г.Симферополь.
Переведена на новый штат №04/23:
77-я орСпН ПрибВО, вч 71108 (123 чел.), г.Калининград.

Согласно Директиве начальника ГШ №1546 от 9.08.1957г. было приказано к 15.01.1958г. сформировать в системе ГРУ второе воздушно-десантное училище в г.Тамбове (отстранение Г.К.Жукова от руководства МО СССР остановило формирование училища).

Требуют проверки данные о наличии на тот момент:
18-й орСпН 36-й ОА ЗабВО (г.Борзя), 74-я орСпН, Уральский ВО (н.п.Арамиль под Свердловском, ныне - Екатеринбург), расформирована в 1980 году. Есть также данные об 20-й орСпН (армейская), ЛенВО – не ранее 1962 года, так как по другим данным до 1962 года в ЛенВо дислоцировалась 76-я орСпН, что вышеперечисленными сведениями не подтверждается.

Примечания:
*1) С 1946 г. по июль 1951г. был Архангельский ВО, потом до 1956 - Беломорский ВО, далее до 1960 года - Северный ВО. С 1960 года - это Ленинградский ВО.

При проведении данных мероприятий были расформированы две роты, личный состав которых пошел на укомплектование новых батальонов. Перевод подразделений СпН на батальонную структуру позволил улучшить учебный процесс, освободив значительную часть личного состава от несения гарнизонной и караульной службы. Три батальона были сосредоточены на западном (европейском) направлении, один находился на Кавказе, и еще один в Средней Азии. Три роты имелись на западном направлении, и только одна рота Спн в то время имелась у нас на восточном направлении (в случае верности данных о 18-й орСпН).

Приказом МО СССР № 0088 от 15.08.1961 года, Директивой ГШ № Орг/3/61588 от 21.08.1961 и Директивой № ОШ/2/347491 от 26.08.1961 ВрИО Главкома Сухопутных войск к 01.10.1961 сформированы по штату № 4/48:

791 орСпН СибВО, в/ч 64655, г.Бердск,
793 орСпН МВО, в/ч 55511,
799 орСпН СКВО, в/ч 55577, г.Новочеркасск,
806 орСпН ЗабВО, в/ч 64656, МНР,
808 орСпН ПриВО, в/ч 74972, г.Куйбышев,
820 орСпН КВО, в/ч 55576,
822 орСпН УрВО, в/ч 74973, г.Арамиль,
827 орСпН ДВО, в/ч 55505.

Отдельный батальон СпН (конец 50-х - 60 годы), всего 360 человек:

     - 3 роты СпН,
     - рота спецрадиосвязи,
     - учебный взвод СпН,
     - подразделения обеспечения и обслуживания.
В некоторых источниках упоминается еще и снайперский взвод.

Отдельная рота СпН (конец 50-х годов, как минимум 1957-1962гг.), Всего 112 человек ( в т.ч. 9 офицеров и 9 сверхсрочников):

Управление роты:
    - Командир роты,
    - Замполит роты,
    - Заместитель командира роты по ВДП,
    - Заместитель командира роты по инженерной подготовке,
    - Переводчик сначала нем., потом англ. (офицер),
    - Старшина роты (сверхсрочник),
    - Секретчик (сверхсрочник).

Первый учебно-разведывательный взвод:
    - Командир Взвода (офицер),
    - ЗКВ (сверхсрочник),
    - Разведгруппа (несколько, В РГСН полагалось 2 радиста):
    - командир РГ (сержант),
    - Радист,
    - 5...6 разведчиков.
Второй разведывательный взвод
Третий разведывательный взвод
Четвертый взвод (связи)
Автомобильное и хозяйственное отделение:
    - командир автоотделения (сверхсрочник),
    - склад парашютов (сверхсрочник),
    - склад хозимущества (сверхсрочник).

На вооружении/оснащении: АК-47 (с глушителями в т.ч.), ПМ, автотехника ГАЗ-69 (один), ГАЗ-51 (один), ГАЗ-63 (четыре), ЗИЛ-157 (Р-118, два), парашюты (ПД-47, потом Д-1, Д-1-8). В 1959 году в роте (ПрибВО) радиостанций "Бета" в эксплуатации уже не осталось, поступили Р-350, с их помощью держали практически бесперебойную связь с радиоузлом ОСНАЗ ЛенВО (из Калининграда).

20.08.1961 года ЦК КПСС принял Постановление «О подготовке кадров и разработке спецтехники для организации и оснащения партизанских отрядов». Директивой Генерального Штаба ВС СССР № 140104 от 5 февраля 1962 года в целях накопления и подготовки кадров для развертывания партизанского движения в военное время, командующим военных округов было приказано отобрать 1700 военнослужащих запаса, свести их в бригаду и провести тридцатидневные сборы. После сборов личному составу присваивались специальные военно-учетные специальности. Их запрещалось бронировать за народным хозяйством и использовать не по прямому назначению.

Директивой Генерального Штаба № М/2/68390 от 27 марта 1962 года были разработаны проекты штатов бригад специального назначения на мирное и военное время.

Директивами Генерального Штаба № 140104 от 5 февраля 1962г., № М/2/68390 от 27 марта 1962г. и № 140547 от 19 июля 1962г. к 1 января 1963 были сформированы 10 бригад специального назначения.

С 1962 года началось формирование 10 скадрованных бригад, развертывание и обустройство которых в основном завершилось к концу 1963 года. В основном формирование первых десяти бригад закончилось к началу 1963 года, но, к примеру, 2-я обрСпН по некоторым данным окончательно была сформирована только в 1964 году.

Организационно-штатная структура ОБрСпН в 1963 году была следующей:
    - штаб бригады (30 человек),
    - один развернутый отряд СпН (164 человека) – 2 роты СпН, взвод спецоружия, взвод спецрадиосвязи (на примере на примере 9-й бригады),
    - отряд спецрадиосвязи (по сокр.штату 60 человек),
    - два-четыре скадрованных отряда СпН,
    - рота хоз.обеспечения.
Кроме того, в бригаде числились такие свернутые подразделения, как: рота специального минирования, группа специального вооружения (ПТРК, РС "Град-П", ПЗРК).

В мирное время численность скадрованной бригады не превышала 200-300 человек, по штатам военного времени бригада специального назначения имела в своем составе более 1700 человек.

В начале своего существования бригады были скадрованными, и в частности в 9-й обрСпН дислоцированной в г.Кировоград, первоначально имелось шесть отрядов, в которых лишь в первом отряде было две роты спецназначения, взвод спецоружия и взвод спецрадиосвязи. В остальных пяти отрядах были только командиры. Командование, штаб и политотдел (30 человек).

Помимо скадрованных бригад СпН в некоторых общевойсковых и танковых армиях снова были сформированы отдельные роты СпН. В частности в 1961 году в Юрге была сформирована 791-я орСпН, которая в 1972 году переводится в Бердск, где уже в 1984 году на ее базе формируется новая бригада.

На 1 января 1963 года группировка частей СпН включала:

- 10 отдельных скадрированных бригад,
- 5 отдельных батальонов СпН (три из них переформировывались в бригады),
- 11 рот СпН (по другим данным 12).

Группировка СпН ГРУ в период 01.01.1963 – 27.07.1964 гг.

Отдельные бригады СпН:
2-я обрСпН в/ч 64044, сформирована 1 декабря 1962 года (по другим данным в 1964 году), ЛВО, Печоры, Промежицы, на базе 20-й(?) и 76-я орСпН
4-я обрСпН в/ч 77034, сформирована в 1962 году в Риге, ПрибВО, затем переведена в Вильянди
5-я обрСпН в/ч 89417, сформирована в 1962 году, БВО, Марьина Горка
8-я обрСпН в/ч 65554, сформирована 15.09.1962 года, ПрикВО, Изяслав, Украина, на базе 36-го обСпН
9-я обрСпН в/ч 83483, сформирована 31.12.1962 года, КВО, Кировоград, Украина
10-я обрСпН в/ч 65564, сформирована 04.10.1962 года, ОдВО, Старый Крым, Первомайский
12-я обрСпН в/ч 64406, сформирована в 1962 году, ЗакВО, Лагодехи, Грузия, на базе 43-го обСпН
14-я обрСпН в/ч 74854, сформирована 1 января 1963 года, ДВО, Уссурийск, на базе 77-го орб
15-я обрСпН в/ч 64411, сформирована 1 января 1963 года, ТуркВО, пос.Азадбаш (ок.г Чирчик), Узбекистан, на базе 61-го обСпН
16-я обрСпН в/ч 54607, сформирована 1 января 1963 года, МВО, пос.Чучково

Отдельные батальоны СпН:
26-й обСпН в/ч пп 24584, ГСВГ, г.Веберхафель
27-й обСпН в/ч пп 42551, СГВ, г.Легница, переведен из г. Стшегом
36-й обСпН в/ч 32104, ПрикВО, г. Дрогобыч
43-й обСпН в/ч 32105, ЗакВО, г.Лагодехи, переведен из г. Манглиси в 1963 г.
61-й обСпН в/ч 32110, ТуркВО, г. Самарканд, переведен из г.Казанджик

Отдельные роты СпН:
75-я орСпН в/ч пп 61272, ЮГВ, г. Ньиредьхаза
77-я орСпН в/ч 71108, ПрибВО, г. Калининград
78-я орСпН в/ч 61290, ОдВО, г. Симферополь
791-я орСпН в/ч 64655, СибВО, г. Бердск
793-я орСпН в/ч 55511, МВО
799-я орСпН в/ч 55577, СКВО, г. Новочеркасск
806-я орСпН в/ч 64656, ЗабВО, МНР
808-я орСпН в/ч 74972, ПриВО, г. Куйбышев
820-я орСпН в/ч 55576, КВО
822-я орСпН в/ч 74973, УрВО, г. Арамиль
827-я орСпН в/ч 55505, ДВО

Летом 1964 года было принято решение расформировать те батальоны, которые существовали в округах параллельно с бригадами. В результате реорганизации согласно Директивы ГШ от 25.07.1964г. к концу 1964г. насчитывалось 10 скадрированных бригад (во всех пограничных округах, в МВО и КВО), два батальона (в ГСВГ и СГВ: 26-й и 27-й соответственно), 6 рот СпН (СКВО, ПрикВО, УрВО, СибВО, ЗабВО, ЮГВ) и 3 морских разведывательных пункта. То есть были расформированы 3 отдельных батальона (36-й, 43-й, 61-й) и 5 отдельных рот (77-я, 78-я, 793-я, 820-я и 827-я).

Структура 26-го обспн (г.Вердер, ГСВГ - ГДР) в период 10.1962 - 11.1965гг.:
- 4 разведроты,
- 1 рота связи,
- учебный взвод,
- автовзвод,
- хозвзвод.

В 1966 году в Фюрстенберге (гарнизон Вердер, н.п.Ной-Тиммен) на базе 5-го гвардейского отдельного мотоциклетного батальона (бывшего во время войны 5-го гвардейского Варшавско-Берлинского разведывательного мотоциклетного полка, который был сформирован в 1944г.) Директивой Главнокомандующего ГСВГ на базе 26-го обСпН с привлечением сил 27-го обСпН, 48-го и 166-го орб было сформировано соединение нового вида - 3-я обрСпН, которой в наследие досталось гвардейское звание. Командиром новой бригады был назначен полковник Мосолов Р.П. Бригада получила условное наименование в/ч 83149. Главным отличием новой бригады от уже существующих было то, что бригада еще при формировании разворачивалась до полного, особого штата и имела в своем составе отдельные отряды СпН.

Эта бригада на тот момент времени была самой укомплектованной (до 1300 человек личного состава) и находилась в постоянной боевой готовности к выполнению задач по предназначению. Отряды бригады формировались по несколько иному штату, нежели отряды бригад, которые были дислоцированы в СССР. Эти отряды имели по штату 212 человек, в то время как "союзные" бригады имели отряды со штатом 164 человека. Полное название соединения: 3-я отдельная гвардейская Краснознаменная Варшавско-Берлинская ордена Суворова 3 степени бригада специального назначения. В составе бригады были сформированы отряды специального назначения: 501-й, 503-й, 509-й, 510-й, 512-й. В мае 1968 года в штат 5-й бригады СпН была введена специальная рота минирования.

В 1970 году в г.Печоры Псковской области была развернута учебная рота специального назначения, которая позже была переформирована в учебный батальон, а затем в 1973-м году и в 1071-й отдельный учебный полк специального назначения (в/ч 51064), который занимался подготовкой младших командиров и специалистов для подразделений специального назначения. При 1071-м УПСпН функционировала школа прапорщиков для частей специального назначения.

1071-й ОУПСпН включал:
      2 учебных батальона, в составе которых учебные роты разведки (сержантские учебки),  рота спецсвязи (специалисты),  рота минирования (специалисты), РДО,
 Авторота,  Школа Прапорщиков.

В 1972 году, в составе Группы Советских войск в Монголии были сформированы две бригады (замыкались на округ и Ставку направления), нумерация которых стоит в одном ряду с номерами бригад специального назначения, однако эти бригады получили наименование "отдельных разведывательных бригад". В состав этих бригад вошли по три отдельных разведбата, вооруженных боевыми машинами пехоты, бронетранспортерами, и подразделениями боевого обеспечения, что было обусловлено характером местности в полосе ответственности ГСВМ. Тем не менее, в каждой из этих бригад было как минимум по три "прыгающие" разведывательно-десантные роты (по одной на батальон), а также в каждой бригаде была своя отдельная вертолетная эскадрилья. Скорее всего, создавая эти бригады, Генштаб пытался найти оптимальную организацию частей спецназа, которым предстояло действовать в горно-пустынной местности. В результате были сформированы 20-я и 25-я отдельные разведывательные бригады. Подобных формирований в Советской Армии больше нигде не было. В 1988 году эти бригады были переформированы в отдельные механизированные бригады (с сохранением номеров), а с распадом СССР, после вывода войск из Монголии, были расформированы. Вполне вероятно, что данные бригады замыкались на ГРУ, хотя и не являлись соединениями СпН ГРУ.

ОШС ОРБР (отдельной разведывательной бригады):
- Три ОРБ
- Командир, штаб, командование,
- Взвод связи на БТР,
- Разведвзвод, 3 БРМ
- Две разведроты на БМП (по 10 БМП-1),
Отделение выглядело так: командир, наводчик-оператор, механик-водитель, гранатомётчик, пулемётчик. Стрелков не было вообще, также вероятно и по полному штату.
- Танковая рота (10 Т-62),
- Минометная батарея:
+ ОВ (3 ед 82-мм АМ «Василек»)
+ ОВ (*2) 120-мм минометов
+ Затем заменены на два взвода 120-мм САО «НОНА» - по 3 ед.
- ВМО,
- МПБ (?),
- АДН (гаубицы и «Град»),
- Дивизион ПВО,
- Отдельные роты (связи, Иср, Рхз, Орр на БРДМ, комендантская),
- ОВЭ (20 Ми-24, 1 Ми-2).

По некоторым данным в 1978 году ОШС была другая: 3 разведбатальона (на БМП), батальон глубинной разведки (на БРДМ), рота связи, инженерно-саперная рота, автобат, танковая рота, противотанковая батарея, гаубичная батарея, минометная батарея (120-мм и 82-мм скорострельные минометы) и другие подразделения.

В 1973 году состоялся 1-й выпуск Центральных курсов усовершенствования офицеров разведки.

С середины 70-х годов Генеральный Штаб изыскал возможность развернуть бригады, увеличив в них численность личного состава. В результате этого решения удалось укомплектовать отряды бригад на 60-80 процентов. С этого периода бригады СпН стали боеспособными и уже не рассматривались только как партизанский резерв. Нашлись резервы для формирования еще двух бригад:
* 22-я бригада СпН (в/ч 11659) была сформирована 24 июля 1976 года (по другим данным 1974 года) в Средне-Азиатском Военном Округе в г.Капчагае на базе одного из отрядов 15-й бригады и части отряда спецрадиосвязи. До 1985 года бригада находилась в Капчагае, позже несколько раз меняла места дислокации и в данное время находится в районе города Аксай Ростовской области (в/ч 11659),
* 24-я бригада СпН была сформирована в ЗабВО 01.11.1977г. на базе 806-й орСпН и дислоцировалась первоначально на ст.Оловянная Читинской области, затем в 1987 году была переведена в н.п. Кяхта, а в 2002 году была переведена в Улан-Удэ (в/ч 55433).

Всего на 28.07.1977г. в СССР имелось 23 соединения и части СпН общей численностью 8 039 человек. В военное время разворачивались 66 соединений и частей спецназ численностью 44 845 человек. Первым этапом было развертывание существующих частей спецназа до полного штата. Некоторые отдельные роты округов предполагалось развернуть в бригады, а в составе каждой армии и армейского корпуса создать по отдельной роте. Часть этих мероприятий было выполнено чуть позже даже без войны. Так, 01.11.1977г. в ЗабВО на базе 806-й орСпН развернута 24-я обрСпн (место дислокации – ст.Борзя, ст.Оловянная), а армии и корпуса свои роты получили в 1980-е.

Роты округов по сценарию войны должны были разворачиваться в бригады (хотя это произошло с 24 обрСпН и без войны): по неподтвержденным пока данным предусматривалось формирование 18, 19, 20, 21, 23, 25, 26 бригад для ЦГВ (в ПрикВО), ЮГВ (в ОдВО), ЗабВО (для МНР), СКВО, ПриВО, УрВО, СибВО. Для каждой армии (армейского корпуса) предполагалось иметь по отд. роте (что, кстати, было частично воплощено в жизнь в мирное время).

В 1977г. на разведывательном факультете Военной академии М.В.Фрунзе создана группа для подготовки разведчиков СпН. В Рязанском ВВДКУ – рота (затем батальон) по подготовке офицеров СпН.

Позже (1984г.) в СССР насчитывалось 14 бригад СпН,    1071 отдельный учебный полк (г.Печоры Псковской области) и ряд отдельных рот СпН.

По штату отряды специального назначения, входящие в состав бригад, дислоцированных на территории СССР, имели в своем составе:
      - Управление отряда (6 чел.),
      - три роты специального назначения (по 42 чел.),
      - роту спецрадиосвязи (32 чел.).
Всего отряд имел в своем составе 164 чел.

Отряды специального назначения входящие в состав 3-й гв. обр СпН имели следующий штат:
      - Управление отряда (6 чел.),
      - три роты специального назначения (по 58 чел.),
      - роту спецрадиосвязи (32 чел.).
Итого в этих отрядах имелось по 212 человек личного состава.

Отдельная армейская рота СпН имела в разное время по штату от 115 до 127 человек.

В 1978 году, согласно директиве Генштаба от 18-го января, марьиногорская бригада была переведена на новый штат и получила наименование Пятая Отдельная Бригада СпН.

К 1979 году спецназ насчитывал 14 бригад окружного подчинения (в основном неполного состава) и около 30 отдельных рот в составе армий и групп войск.

Начиная с 1980 года в СССР формируются отдельные отряды СпН, которые номинально подчинялись командирам бригад, а в угрожаемый период передавались в оперативное подчинение объединений, находящихся на отдельных операционных направлениях. В каждой бригаде, таким образом, было сформировано один-два отдельных отряда. Также прошла новая волна формирования в армиях и группах войск отдельных рот СпН. К примеру, в 1980 году в ЗабВО была сформирована 892-я орСпН, которая была передана в состав 39-й армии Группы Советских Войск в Монголии, и дислоцирована в Мандал-Гоби, а в 1982 году в ЦГВ была сформирована 670-я орСпН, которая была дислоцирована в н.п. Богданеч, в р-не г.Пардубице.


Источники:
С. Козлов и др. Спецназ ГРУ: очерки истории. Кн.2: История создания: от рот к бригадам. 1950-1979 гг. М.: "СПСЛ", "Русская панорама", 2009.

Фотографии из архива 1071 ОУПСпН 1965-1985гг. Кадр из фильма "Ответный ход", 1981г, Мосфильм, СССР, с kinonew.kz. Кадр из фильма "Команда 33", Свердловская киностудия, СССР, 1987г.

 

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.7 (15 оценки)

Рассказ выпускника 1071 полка о войне в ДРА

Ни о чем не жалею

В период с лета 1985 по осень 1986 годов проходил срочную службу в «3-м отдельном мотострелковом батальоне», который дислоцировался в провинции Кандагар ДРА. 3-й омсб — это условное закрытое наименование 173-го отдельного отряда спецназ, который вошел в ДРА в феврале 1984 года. Я служил в роте минирования отряда и именно о ней хочу рассказать.

Рассказ выпускника 1071 полка спецназа ГРУ о войне в ДРАО роте минирования и ее роли

Рота минирования была сформирована летом 1985 года. До этого в отряде была группа минирования. Из-за возросшего объема задач, связанных с разминированием транспортных путей, в штат отрядов спецназ, воевавших в Афганистане, ввели инженерно-саперный взвод, а после было принято решение свести оба взвода в роту. Основным видом боевой деятельности отряда были засады. Основная задача минеров при действиях в засаде — увеличение огневой мощи группы. Как эффективная работа минеров в засаде увеличивала возможности группы, так и грамотная работа роты минирования увеличивала результативность всего отряда.

Зона ответственности 173-го отряда имела географические особенности, позволяющие проводить засаду в классическом ее варианте, что давало возможность минерам отряда в полной мере продемонстрировать свой профессионализм. Грамотный минер мог останавливать несколько автомобилей одновременно путем подрыва групп мин, задать направление отхода противника и уничтожать его. Разведчик-минер в спецназе – это боец, дополнительно получивший углубленную подготовку по минно-подрывному делу.

Извилистый путь в отряд

Воинскую специальность разведчика-минера я шесть месяцев постигал в 1071-м учебном полку специального назначения в городке Печоры Псковские, что на границе с Эстонией. Наука эта давалась легко, учился я с интересом. Поэтому командир учебного взвода старший лейтенант Павлов решил оставить меня в роте в качестве сержанта. О таком предложении мечтали многие. Но не я. Сам я из Хабаровска родом. На момент призыва имел 1 спортивный разряд и более двухсот парашютных прыжков. Поэтому моим желанием было попасть в ближайшую к дому Уссурийскую бригаду спецназ, где я рассчитывал продолжить карьеру спортсмена-парашютиста. На собеседовании у комбата, что называется, «включил дурака». После этого командиру учебной роты старшему лейтенанту Дикареву комбат высказал свое искреннее удивление тем, что на ответственную должность сержанта учебной роты он хочет назначить человека либо глупого, либо не желающего исполнять обязанности. И первое, и второе командиру учебного батальона было удивительно и не нужно. Долг платежом красен.

И вот я уже в аэропорту Пулково ожидаю свой рейс на Ташкент.

Вопрос, почему из десяти узбеков учебной роты ни один не поехал с нами, перестал быть загадкой по прибытии в Чирчик. Здесь формировался новый 467-й отдельный учебный полк спецназ, сержантом учебной роты минирования которого я стал. Создание весной 1985 года учебного полка в Чирчик для спецназа, воевавшего в Афганистане, было важным событием. Большим преимуществом было то, что с первых дней бойцы проходили службу в климатических условиях, максимально приближенных к афганским. Полк дислоцировался в казармах 15 бригады, ушедшей в Джелалабад. Дух «настоящей» войны ощущался с первых минут пребывания в нем. Командовал частью кавалер ордена Ленина, командир легендарного мусульманского батальона, взявшего штурмом дворец Амина, полковник Холбаев. Полк работал, как хорошо отлаженный механизм. Но, несмотря на то, что старший лейтенант Дикарев добился, чтобы я стал сержантом учебной роты, «стерпится — слюбится» – это не про меня.

Покоя не давала мысль о том, что несколько ребят моего призыва, с кем я успел сдружиться, по очереди отправились в 154-й Джелалабадский отряд. Поэтому я стал «терроризировать» командира учебной роты рапортами с просьбой отправить меня в Афганистан. Ротный капитан Смажный, кавалер двух орденов Красная Звезда, сам хлебнувший из «афганской чаши» сполна, пытался вразумить меня: «Куда ты сам лезешь?». Но не достучался. Прозябать в «учебке», пока мои товарищи творят историю?! Дух военной романтики гнал меня вперед: «Опять тревога, опять мы ночью вступаем в бой!..».

Я «залетел по-крупному» и был отправлен «за речку». Когда содержание не соответствует названию Рота, в которую я попал, меня неприятно удивила. Прежде всего, то, что я увидел, не соответствовало моим ожиданиям. И вот почему. К осени 1985 года в роте не было ни одного специалиста, окончившего спецназовское учебное заведение по специальности «разведчик-минер». Подавляющее большинство — это выпускники общевойсковых учебных полков. «Спецназовцами» и «специалистами» они стали по факту зачисления в штат. Прибыл в отряд – спецназовец! Попал в роту минирования — минер! Уровень их профессиональной подготовки был низким. Большинство не знали элементарных вещей: тактико-технических характеристик основных мин, правил их установки и применения. Немного позднее я узнал, что группа минирования отряда на момент ввода в Афганистан была укомплектована разведчиками-минерами 173 отряда и 12 бригады, которые имели соответствующую подготовку и спецназовский дух. Командиры групп неоднократно пытались применять мины, но работать приходилось под носом у «духов», и потому всякий раз, как только минеры выходили к дороге, их обнаруживали. В результате командиры групп постепенно отказались от мысли о применении мин в засаде. Хотя конкретных результатов минеры не давали, группа честно делала свою работу. Но те, кого набирали и готовили, еще в 12 бригаде спецназ, постепенно уволились в запас и их сменили бойцы, прибывшие из обычных инженерных учебных полков. Это отрицательно сказалось на качестве личного состава группы, а потом и роты. На «выходы» этих «минеров» брали неохотно, а роль их в группе сводилась к роли автоматчиков, у которых есть мины. Обстановку в роте здоровой также нельзя было назвать. «На войну» никто не рвался, а по возможности даже избегали. Встречались отдельные «экземпляры», которые за полтора года службы сходили «на войну» четыре раза. При этом подробности каждого, на мой взгляд, рядового «выхода» вспоминались со священным трепетом. Рота минирования походила на комендантскую: участвовала в проводке отрядных колонн, несла караульно-постовую службу и отличалась поддержанием образцового внутреннего порядка. Помню даже попытки добиться «отбития кантов на кроватях», и это в палатках в условиях Афганистана.

Рассказ выпускника 1071 полка спецназа ГРУ о войне в ДРАКаков поп, таков и приход

«Каков поп, таков и приход», — гласит русская пословица. Она в полной мере отражала состояние дел в роте. Командир роты старший лейтенант Кочкин умудрился в Афганистане, не выходя из расположения «на войну», в одном из самых боевых подразделений спецназ сороковой армии получить досрочно звание «капитан» за образцовый внутренний порядок. Внутренний порядок, строевая – это было его коньком. Он был типичным офицером мирного времени. И если бы было можно, он бы до замены не ходил «на войну», а занимался тем, что ему близко и дорого. Как мне кажется, Кочкин поздно спохватился, что здесь не Союз и деятельность офицера оценивается по результатам его подразделения. А результаты спецназа на этой войне — это забитые караваны и разгромленные базы моджахедов. Бойцы подразделений 173-го отряда решали задачи куда более важные, чем подметание дорожек и выравнивание по нитке солдатских кроватей. Кочкин понимал, что со временем от него будут требовать больше, чем блистать на смотрах и проверках. Попытка начать воевать Он попытался поднять боевую работу в роте на нужный уровень. Он был хорошо подготовлен в профессиональном отношении, но опереться в его роте было не на кого. В конце ноября я узнал, что на кандагарской пересылке ждут распределения по бригадам мои бывшие курсанты из Чирчикского полка. Я предложил Кочкину самим отобрать бойцов в роту, пояснив, что был сержантом в учебной роте и знаю их личные качества. Кочкин заинтересовался моим предложением и попросил составить список. Таким образом, уже осенью в роту прибыли хорошо обученные разведчики-минеры первого выпуска 467 оупСпН. Первый результат мы получили 13 января 1986 года. Под Кандагаром минами был остановлен караван из трех автомобилей, два из них загорелись. Реактивные снаряды, лежащие в кузовах, стартовали и накрыли близлежащий кишлак. Третий автомобиль, груженный трофеями, под прикрытием брони, своим ходом пригнали в батальон. Со стороны спецназовцев потерь не было. Кочкин был вне себя от радости: «Мы первые в спецназе остановили машины минами». Не знаю, насколько это утверждение соответствовало действительности, но верно было одно. Теперь он мог претендовать на место в одном ряду с боевыми офицерами отряда, которые, откровенно говоря, заметно его сторонились.

Повернувшись «лицом к войне», он стал внедрять новые средства. Появление на вооружении роты радиолиний ПД-430 позволило управлять подрывом с больших дистанций, не демаскируя группу проводами. Вот только время для обучения и слаживания боевого коллектива было потрачено безвозвратно. Несмотря на «свежую кровь», пацифистский дух в роте преобладал. Как только Кочкин стал посягать на «привилегии» тех, на кого он опирался и кто боялся войны как черт ладана, группа старослужащих написала донос в особый отдел. Опирались они на факты, на мой взгляд, не заслуживающие суровых санкций. Но, несмотря на мелочность обвинений, делу дали ход. События развивались стремительно. Утром — исключен из партии. В обед — отстранен от занимаемой должности…

Сидоренко

Самые теплые воспоминания у меня связаны с личностью замполита роты Николая Сидоренко. Это был добрейшей души, преданный и любящий свое дело человек. Прослужив с десяток лет прапорщиком на Дальнем Востоке, он любил говорить: «Лейтенантом я стал в 34 года, и потому служу не за звания». Он пришел в роту незадолго до падения Кочкина. Несмотря на властную натуру ротного, он не «лег под него», а вел свою линию. Довольно скоро мы поняли, что роте с замполитом повезло. Он заботился о личном составе, как хороший отец. Солдаты платили ему тем же. Когда Кочкина сняли, он принял командование ротой на себя и «рулил» ей до назначения нового командира. Умудренный опытом, он понимал, что любой нормальный человек за добро платит добром. Теперь мы знали, что есть старший товарищ, к которому в трудную минуту можно обратиться за помощью: он объективно рассудит спор, даст разумный совет. Для большинства «инженеров человеческих душ» он пример того, как нужно работать. Офицеры роты тоже уважали его. Опираясь на свой большой житейский опыт, Сидоренко смог решить одну из наиболее важных задач — создать в роте здоровый коллектив и сплотить его.

«Раман Михалыч»

Полярной противоположностью капитану Кочкину был командир группы минирования лейтенант Михайлов. Сын полковника, прошедший школу срочной службы, он был очень сильным и, что самое главное, был спецназовцем по духу. Благодаря квадратным плечам культуриста, к нему сразу прилипла кличка Рама. А так как папа его Михаил и нарек его тоже Михаилом, то позже в знак уважения его стали величать «Раман Михалыч», от Рамы и Миши соответственно. Окончив Тюменское военно-инженерное училище, Михайлов обладал углубленными знаниями в минно-подрывном деле и применял их в полной мере. Он любил воевать. К выполнению поставленной задачи относился творчески: постоянно придумывал и мастерил новые заряды, мины-сюрпризы, разрабатывал и осуществлял новые схемы установки мин. Был фанатом своего дела. Не трус, человек, способный на поступок, волевой офицер, романтик в душе, он стал безусловным лидером в роте. Рота постепенно стала «очищаться от шлака». Весной, когда последние «пацифисты» уволились в запас, боевой дух в роте заметно возрос. В июне Михайлов был назначен командиром роты, прослужив в офицерской должности всего год. Став ротным, он продолжал строго спрашивать за порядок и дисциплину, находясь в ППД. Но в то же время он постоянно искал и находил новые решения, связанные с боевым применением роты. Мы стали действовать при установке мин, не только находясь в группах, но и действуя в составе группы минирования нашей роты. Были случаи, когда мы выходили в полном составе для минирования отдельных направлений, где проходили караванные пути. Рота кардинально изменилась. «Уклонистам» места нет Пришедшие осенью из «учебки» ребята, глядя, как воюет старший призыв, тянулись за нами. Появился азарт, возникло негласное соревнование: кто придет с «войны» с результатом, а еще лучше, сам даст результат минами. Наши два призыва стали костяком роты. Вновь прибывающим в роту бойцам уже некуда было деваться. Они попадали в среду, где «уклонистам» места не было. Ты можешь подтягиваться сто раз, прекрасно травить анекдоты, носить любые лычки на погонах, но если ты не воевал, то голос твой в роте — последний. Причем мы не смотрели, из каких родов войск приходило пополнение. Главное, чтобы у них было желание честно делать свое дело — воевать. Рота регулярно давала результаты. Вот только несколько примеров. В мае группа лейтенанта Шишакина забила автомобиль и трактор, спешивший на выручку. Машину и бежавшего противника уничтожили подрывом мин. В августе Михайлов поразил автомобиль минами. В сентябре в Аргастане группа лейтенанта Гугина минами остановила машину, уничтожив при этом группу из четырнадцати душманов. Так рота минирования наконец встала в один ряд с ротами спецназ нашего отряда. Командиры групп, которые раньше предпочитали минерам лишний пулемет, стали менять свое отношение. Да и командование отряда, видя результаты «минной войны», настаивало на более широком применении минно-взрывных средств в засадах. В результате к осени 1986 года «на войну» без минеров не ходили.

Рассказ выпускника 1071 полка спецназа ГРУ о войне в ДРА                     Эпилог

В самом начале моей службы в Афганистане произошел случай, который сильно изменил мое отношение к войне. 27 октября 1985 года я потерял в бою друга. Его гибель сильно потрясла меня и определила цели МОЕЙ войны, рассеяв в моем сознании миф об «оказании интернациональной помощи». Теперь я понимал, что воюю для того, чтобы отомстить за погибшего товарища. Офицеры использовали мою «одержимость войной», чтобы манипулировать мной: «На войну не пойдешь, если…» Они прекрасно знали, что отлучение от войны было для меня суровым наказанием. Так как минеры не были закреплены за определенной ротой, я имел возможность увидеть в деле практически всех командиров групп отряда. В «засаду» сходил тридцать три раза, из которых семь выходов были результативными. В трех засадах лично применял мины. Завершающий выход сделал в конце октября 1986 года. Тогда ребята моего призыва в голубых беретах и парадной форме, на которой блестели боевые награды, поднимались на борт «дембельского» «Ильюшина», а я с очередной группой ехал в «Голубом муле» (трофейный ЗиЛ-130 голубого цвета, на котором группы выезжали на аэродром) по рулежной дорожке Кандагарского аэродрома к вертолетам. У меня на глаза навернулись слезы, когда я подумал, что спустя несколько минут мои товарищи отправятся домой, а я в очередную засаду. Но эта слабость длилась секунды. Вернувшись с «войны» в батальон, я на третий день улетел домой, как мне кажется, рассчитавшись с «духами» за смерть друга. 2 ноября 1986 года, сойдя по трапу самолета на родную землю, пройдя таможенный досмотр в аэропорту Тузель, мы поехали в учебный полк навестить товарищей. В сумерках добрались до Чирчика. Город жил своей размеренной мирной жизнью. Увидев плавно катящийся троллейбус, мы долго молча наблюдали за ним. Через его огромные светящиеся окна насквозь просматривался залитый светом салон, в котором беззаботно сидели люди, без тревоги смотрящие в темноту ночи. Позже, помню, остановились возле автомата, продающего газированную воду. После кандагарской жажды и постоянного дефицита воды, аппарат произвел почти магическое впечатление: кидаешь копейку, жмешь на кнопку, и льется вода. Чистая, холодная и без хлорки. И только тебе решать, сколько ее выпить — стакан, два или три… В полку учебной ротой все также командовал капитан Смажный. Встретившись, поздоровались, долго молчали.

— Ну и как? — он первый нарушил молчание.
— Ни о чем не жалею.

Подготовил Сергей Козлов, автор - Александр Шипунов (с сайта topwar.ru)

"Пальцы непроизвольно тянулись к курку..."(спецназ ГРУ в Чехословакии, 1968г.)

Фрагмент из книги известного журналиста Михаила Быстрова «Город, в который я верю». Посвящен эпизоду, связанному с захватом аэродрома в Чехословакии в 1968 году, в котором принял участие ныне покойный Глава города Тверь в незабываемых 90-х гг. Александр Петрович Белоусов. В интернете публикуется впервые.

…Спецподразделение ВДВ, в которое я попал, формировалось в условиях повышенной секретности. Вскоре нас перебросили под Саратов, в поселок Сокол, где стояли самолеты ИЛ. Официально в армейских документах мы именовались «инструкторами-парашютистами». На деле – взвод из 45 человек готовился для особых операций по взятию каких-либо стратегически важных объектов за пределами советской границы. Как именно нас готовили, думаю, всем понятно.
Скажу только, что на этот период пришлась львиная доля моих прыжков с парашютом. Мы в самом прямом смысле жили на аэродроме, а в перерывах между учениями занимались тем, что по бумагам считалось нашей «прямой» обязанностью – укладывали парашюты. Это тонкое кропотливое дело навсегда приучило к четкости и пунктуальности в мелочах. Ведь от того, как был уложен парашют, могла зависеть жизнь твоих друзей. После 36-го прыжка для меня это было яснее ясного…

Постоянная боевая готовность, доведенные до автоматизма действия. Когда в один из дней 1968-го года мы почти сутки просидели в ИЛе, дожидаясь команды, это воспринималось совершенно нормально: очередной учебный полет. Взлетали ночью. На втором часу полета стали закрадываться сомнения. Куда же мы так долго летим? И почему наш командир, капитан Ткаченко, как-то по-особому неразговорчив и угрюм. За полчаса до выброски получили полный боевой комплект: автомат, пистолет, по восемь гранат. Только тут командир сообщил нам, что десант не учебный – нужно высадиться и взять аэродром.
- Как взять аэродром?! Где взять?!
- Мы над Чехословакией. Если будут стрелять, вам приказано подавить сопротивление. К двум часам ночи аэродром должен быть взят.

… Во время учебных прыжков на душе, как правило, было солнечно и легко – хотелось петь, сочинять стихи, жаль было приземляться… «Чехословацкий» прыжок показался мне самым затяжным, хотя вряд ли превышал трехминутную норму. Внизу плыла темная, освещенная лишь несколькими огнями пропасть. Еще какие-то странные искорки. Что за искорки, я понял, когда засвистели пули. Однако калейдоскопом прошлой жизни уже не мелькал перед глазами. Все ближе трещали автоматные очереди, и было только одно желание: поскорее добраться до земли живым, избавиться от беспомощного «висячего» положения. А уж тогда!...

Из 43 человек десанта были убиты трое. Дальше – атака и черный, напряженно пустой аэродром. Противник, убегая, сдал его почти без боя.

Мы прыгали около двух часов ночи, а в шесть часов опустилось на территорию аэродрома «открытое» подразделение воздушно-десантных войск. Тем же утром в чешские города вошли наши танки.
С годами, конечно же, все видится по-другому. Мы огнем и кровью подавили попытку ЧССР оторваться от загнивающей системы. После этих событий на одном из съездов Чехословацкой компартии Густав Гусак сказал: «Мы стояли на краю пропасти». Эту фразу писали тогда на транспарантах. На следующем съезде он же провозгласил: «Мы сделали шаг вперед». Два лозунга вождя остроумные чехи объединили, и анекдот этот гулял по стране аж до перестройки.

Сейчас все это понятно. Но что мы могли понимать в том возрасте, после мощной идеологической обработки и отсутствия любой информации? Тогда мы были горды тем, что выполнили особое задание Родины, защитили социализм, который «пытались подорвать темные силы», и т.д. Но как странно было шагать по городу и видеть злые лица чешских женщин, подростков, стариков. Почему они так смотрят на нас, почему они смотрят? Почему они кричат, бросают в нас грязь, яйца, дрянь всякую? Мы друзей положили за ваше же счастье, а вы!...» Вспыхивала такая ярость, что пальцы непроизвольно тянулись к курку…

Войной правит политика. Солдат, какой бы стране он не служил, порой оказывается обманутым, может впоследствии что-то переоценить, но не выполнить приказ он не может. Оглядываясь назад, я и сегодня не испытываю чувство личной вины за то, что участвовал в «чехословацких событиях».
Ратными подвигами гордился мой дед, Тимофей Гордеевич, прошедший Первую мировую войну. Отец получил восемь отметин в Великую Отечественную. С декабря по май 94-го воевал в Чечне мой племянник. Было бы несправедливо, безнравственно, если в будущем кто-нибудь упрекнул бы его за это…

Позднее, работая на разных должностях, я постоянно бывал в войсковых частях, делился воспоминаниями и личными мыслями по поводу службы. Уверен, что молодежи не стоит бояться армии, нельзя пренебрегать школой мужества, после которой человек никогда уже не окажется лишним в любом коллективе, не станет обузой для близких и страны…
Ваша оценка: Нет Средняя: 1.3 (3 оценки)

"Пианистка" НКВД: споры историков не утихают...

8 апреля 1945 года на страницах «Комсомолки» начал публиковаться легендарный роман Фадеева «Молодая гвардия». Но только сейчас в распоряжении «КП» оказались уникальные материалы, свидетельствующие, что героиня романа Любовь Шевцова была не просто озорницей-кокеткой, а профессиональным радистом НКВД.

Я себе этого не прощу. Две недели - целую вечность! - знала, что в Киеве живет человек, который учил Любовь Шевцову, героиню «Молодой гвардии».

Учил не в школе. То есть в школе, но специального назначения. Любовь Шевцова, 18 лет от роду, комсомолка, происхождение - из рабочих, в апреле - мае 1942 года прошла подготовку как разведчик и радист. И с псевдонимом «Григорьева» влилась в состав резидентуры «Буря» НКВД УССР - диверсионно-разведывательной группы, оставленной в Ворошиловградской области для активной деятельности в тылу врага...

Накануне нашей встречи, когда уже имелось «добро» на работу с архивными документами Службы безопасности Украины, полковнику в отставке Леониду Николаевичу Дубинину позвонили. Мол, «Комсомолка» хочет взять интервью - не откажете? (Несмотря на преклонный возраст - 88 лет - Леонид Николаевич обладал феноменальной памятью.)

А на следующее утро Леонида Николаевича не стало... Дочь сказала: «Умер как чекист - мужественно и молча». Нить оборвалась. Люди этой профессии редко пишут мемуары. То немногое, что полковник Дубинин доверил бумаге, не могло дать ответа на все вопросы...

Мне помог руководитель подразделения Государственного архива СБУ Владимир Мельник.

Их учили стрелять, взрывать и молчать

В начале 1942 года в центральном аппарате НКВД СССР было создано Четвертое, так называемое «зафронтовое» управление. После чего стали повсеместно открываться школы, где ускоренно готовили кадры для сопротивления на оккупированной территории.

Одна из таких спецшкол находилась в Ворошиловграде (сейчас Луганск). На поток зачисляли 20 - 25 человек, в основном мужчин. Девушки, прошедшие «сито» отбора, считались редкостью. Курсантов обучали прыжкам с парашютом, баллистике, топографии, владению советским, немецким, румынским, итальянским оружием, умению выживать в лесу без пищи и воды, методам конспирации и приемам самообороны, с ножом и без него. Особое внимание уделялось работе с рацией: скорости приема и передачи радиограмм в условиях, когда каждая минута в эфире на вес жизни. А минно-подрывное дело преподавал сотрудник госбезопасности Леонид Дубинин, по прежней, мирной, специальности - инженер со знанием шахтерского горновзрывного ремесла.

Из воспоминаний Л. Н. Дубинина: «...Я учил их пользоваться взрывчаткой, электродетонаторами и бикфордовым шнуром, а также самостоятельно изготовлять взрывчатые вещества из обычных аптечных препаратов, показывал, как лучше вывести из строя объект... Особенно дотошной оказалась девушка-блондинка по имени Люба. 11 июня подготовка группы завершилась, а 16-го Луганском овладели немцы...

После освобождения Украины я снова оказался на Донбассе. В конце лета 1943-го мы узнали о героизме подпольщиков краснодонской группы «Молодая гвардия». Выяснилось, что активную роль в ней играла Люба Шевцова, та самая Люба, с которой мы познакомились на специальных курсах».

Пароль: «Я прибыл из Сызрани»

Ее квалификацию начальство оценивало противоречиво. «Характеристика на слушателя 1-го курса школы 4-го управления НКВД УССР Шевцову Любовь Григорьевну... За время пребывания в школе с 9.05 по 30.05 1942 года программный материал усвоила «удовлетворительно». При серьезном отношении к учебе могла бы заниматься на «хорошо».

ВРИД начальника 1-го курса школы 4-го Управления НКВД УССР Иванский, комиссар школы политрук Шершнев».

Но, видимо, Люба исправилась...

«Справка на радиста разведывательно-диверсионной резидентуры «Буря» по Ворошиловградской области Шевцову Любовь Григорьевну... Окончила курсы с оценкой на «хорошо». Тов. Шевцова обладает всеми необходимыми качествами для работы в тылу, а именно: сообразительная, находчивая, может выйти из затруднительного положения. Может быть зачислена в группу «Кузьмина» для оставления в г. Ворошиловграде.

Начальник отделения 4-го Управления л-т госбезопасности Горюнов».

А вскоре руководителю группы резидентов «Кузьмину» сообщили о его новых подчиненных - разведчиках под псевдонимами «Демидов», «Авдеев», «Акуловая», «Никитин», радисте «Григорьевой». И о заданиях «центра», которые предстояло выполнить. Земля под ногами оккупантов должна была пылать и взрываться! «В случае порчи рации и невозможности установить с нами связь... направляйте своего связного с донесением, дав ему пароль «Я прибыл из Сызрани», - предупреждал приказ.

- Всех членов группы знал только старший, между собой они не общались, - рассказывает Владимир Мельник. - Ведь в случае провала человек мог под пытками выдать остальных. Или, завербованный, стать источником информации для врага.

- Кто такой «Кузьмин»?

- Уже немолодой человек, большевик, активный участник гражданской войны. Когда в Ворошиловград вошли немцы, Шевцова жила в доме «Кузьмина» и была прописана там как его племянница. В июле - начале августа 1942-го они пытались несколько раз связаться с «центром» по рации, но безрезультатно. Вскоре возник какой-то семейный конфликт, Люба вернулась к матери, в Краснодон. А сам «Кузьмин», оценив обстановку: мол, партактивиста «вычислят» в первую очередь, - покинул город и перебрался к родственникам жены. Но перед тем замуровал рацию в стену дома, а потом и вовсе решил с ней покончить - утопил в нужнике, во дворе. Фактически «Буря» существовала лишь на бумаге...

Шевцова дважды, в августе и ноябре, приходила на квартиру к «Кузьмину». И наконец, наплевав на конспирацию, оставила ему записку, больше похожую на ультиматум: «Здравствуйте, Григорий Матвеевич! Что, у вас плохое положение? Но все должно быть так, как положено и сохранено... До моего разрешения ничего не делайте. Я, может быть, увезу или унесу все свое приданое».

Но и после этого «Кузьмин» на контакт не вышел. Бог ему судья. А Люба решила выполнять приказ в одиночку. Не зря же ее учили в школе НКВД целых два месяца!

В школу НКВД Люба принесла заявление: «Обязуюсь гордо и смело выполнять боевые задания...»
В школу НКВД Люба принесла заявление: «Обязуюсь гордо и смело выполнять боевые задания...»
«Вызывала, но не смогла вызвать»

Как именно Шевцова и «Молодая гвардия» нашли друг друга, архивных свидетельств нет. Зато есть документальные подтверждения: «радистка Григорьева» контактировала не только с «молодогвардейцами». И заставила поверить товарищей по оружию в миф: рация существует! А значит, мы не брошены под немцем на произвол судьбы, о нас знают и нами руководят «центр», Родина и лично товарищ Сталин.

Из рассказа матери Любы Ефросиньи Мироновны, записанного в марте 1943 года:

«...После оккупации каждый месяц по четыре раза Люба ходила в Ворошиловград. Объясняла: за солью или перепрятываться от немцев, чтобы не угнали в Германию. В сентябре 1942 года к нам в дом вечером пришли двое неместных мужчин в штатском, одному на вид лет тридцать пять, другому за сорок. Я слышала через дверь, как Люба говорила: «Вызывала, но не смогла вызвать!»

Я потом спросила: зачем ты связываешься с пожилыми мужчинами и кого ты им вызывала? Люба ответила, что это просто знакомые и никого она не вызывала.

10 декабря 1942 года мужчины пришли снова. Развернули карту и вместе смотрели, беседовали пять часов, о чем - не знаю. В ту ночь, когда ушли эти два человека, в Краснодоне сгорела биржа. 14 декабря Люба снова ушла в Ворошиловград и пробыла там пять дней. Вернувшись, спросила: что говорят женщины на базаре о поджоге биржи? И еще сказала, что если товарищи дадут ей еще работу, то она на несколько сантиметров подрастет. «Какую работу?» - «Взорвать помещение полиции». Но мужчины больше не приходили».

Похоже, Шевцовой удалось разыскать коллег из другой спецгруппы.

Кто предал Любу?

Между тем «радистку Григорьеву» уже давно выслеживал абвер - еще со дня неосторожной записки «Кузьмину». Среди курсантов школы НКВД оказался предатель.

Из допроса в НКГБ обвиняемого Шаповалова (март 1943 года):

«- Вы знаете радистку Шевцову?

- Я не знаю, но мне Павлик рассказывал о том, что ему начальник немецкой разведки Тан дал задание установить знакомую ему радистку Шевцову и Панченко Валю, также проживающую в Ворошиловграде. В декабре 1942 года я и Павлик указанных радисток установили, но не обнаружили по месту жительства. Тан был очень недоволен этим и приказал своему помощнику лично заняться их розыском.

В первый день нового, 1943 года за Любой пришли двое. Местный полицай и солидный мужчина в полупальто с барашковым воротником, барашковой шапке и темно-синих брюках. (С такой подчеркнутой роскошью немцы экипировали добровольных помощников абвера.) Мужчина сказал: «Ну что, Люба, поедем в Ворошиловград? Для тебя есть работа!»

Из рассказа матери Шевцовой, записанного в марте 1943 года:

«...Люба попросила: «Сожги все бумаги, что лежат в чемодане, и никому ничего не говори». Я так и сделала. Еще я спросила Любу: «Ты знаешь этого человека?» - «Да, он учился вместе со мной в школе...»

Из допроса бывшего следователя краснодонской полиции Усачева (сентябрь 1947 года):

«Шевцова проходила по делу вскрытой СД в Ворошиловграде антифашистской организации как ее активная участница. Показаний не дала и как радистка в категорической форме отказалась от сотрудничества».

«На том свете увижу папу...»

Ее пытали так, что инквизиция меркнет. Подруга ухитрилась переслать в камеру Любе ватные брюки: открытые раны не позволяли ни сидеть, ни лежать. Будто в насмешку накануне казни ей предложили помыться в бане. Шевцова ответила: «Меня и такой земля примет!» 8 февраля «радистку Григорьеву» расстреляли и сбросили в шурф. А вскоре в город вошли части Красной Армии.

Легенда гласит: перед самой гибелью Любка запела «На широких московских просторах...» Со школьных уроков литературы по роману Фадеева помнится записка Шевцовой на волю, которую приводили нам как пример патриотизма: «Передайте всем: я люблю жизнь, но готова умереть за советскую Родину!»

...Когда тела подняли на поверхность, в кармане Любиных брюк действительно нашли записку - «религиозного содержания», как именуют ее архивные свидетельства. Мама послала дочке молитву «Отче наш». И в ответ получила письмо, полное детской тоски и взрослой боли:

«Здравствуй, мамочка и Михайловна! Мамочка, я очень сейчас жалею, что я не слушала вас. Никогда я не думала, что мне придется так трудно. Мамочка, я не знаю, как попросить, чтоб вы меня простили, но сейчас поздно. Мамочка, не обижайся! Ваша дочурка Любаша. На том свете увижу папу».

Чистая, простая, веселая, смелая девочка с рудника Изварино... Какие уж там перманенты и шелковые чулочки! Валенки на зиму, парусиновые тапки на выход, все остальное время - босиком... В грамоте она была несильна. С дисциплиной не ладила. Окончила семилетку «переростком», перед самой войной. Рвалась на фронт. В военкомате отказали, но запомнили как активного товарища, хоть и не комсомолку. Туда ведь берут только лучших!

В комсомол ее приняли по-быстрому, в феврале 1942-го, когда уже вопрос с зачислением в школу НКВД решился окончательно.

Люба, кстати, не ошибалась, когда убеждала себя и друзей: «центр» о нас не забыл! В июне 1943 года (спустя четыре месяца после расстрела Шевцовой! - Авт.) начальнику райотделения НКВД в Краснодоне пришла шифрограмма: «...необходимо немедленно лично связаться с нашей «радисткой Григорьевой» - Шевцовой Любовью Григорьевной, 1924 года рождения, которая была оставлена для работы в тылу противника, и сообщить, что ей необходимо выехать в г. Калач Воронежской области (там дислоцировалось 4-е управление КГБ УССР. - Авт.). Обеспечить необходимыми документами для проезда, продуктами и деньгами. Об исполнении доложить».


Газета "Новосибирский комсомолец", октябрь, 2003 г. (По следам одной публикации).

Любка – радистка

Недавно газета «Комсомольская правда», очевидно неожиданно вспомнив о своих комсомольских корнях, опубликовала статью о Любе Шевцовой, легендарной героине краснодонского подполья, одной из самых ярких фигур «Молодой гвардии», Герое Советского Союза. У газеты давно другие герои и другие темы, и поэтому появление публикации о советской патриотке, комсомолке, на первый взгляд, и удивило, и обрадовало. Но при близком знакомстве с публикацией оба чувства проходят. Появляются другие – раздражение и возмущение и по поводу незнания предмета, о котором пишут, и по поводу очередного стремления исказить историю, бросить тень на советское прошлое.

Первое, что поражает – это заголовок: «Люба Шевцова была «пианисткой» НКВД», поданный как сенсационный. Очевидно, редакционная коллегия и автор статьи, спецкор Ольга Мусафирова считают, что сделали открытие. Об этом же гласит вступление к публикации: «8 апреля 1945 года на страницах «Комсомолки» начал публиковаться легендарный роман Фадеева «Молодая гвардия». Но только сейчас в распоряжении «КП» оказались уникальные материалы, свидетельствующие, что героиня романа Любовь Шевцова была не просто озорницей-кокеткой, а профессиональным радистом НКВД». Вот уж поистине открыли Америку! Очевидно, только у работников газеты, которая большую часть своих площадей посвящает «секс-рабыням», мог сложиться образ Любки Шевцовой, созданный в романе Фадеева, как «озорницы-кокетки», а не как бесстрашной комсомолки-подпольщицы, героически боровшейся против оккупантов. Но, скорее всего авторы статьи «легендарного романа Фадеева» не читали, потому что в нем прямо и недвусмысленно говорится о том, что Люба была радисткой, специально оставленной для работы в тылу врага. Этот факт отражен и в не менее легендарном фильме «Молодая гвардия», снятом по роману Александра Фадеева режиссером Сергеем Герасимовым сразу после войны, кадры из которого напечатаны в упомянутой статье.

Учеба Любы в спецшколе по работе в тылу врага описана во всех официальных биографиях, публикациях и воспоминаниях о Любе Шевцовой, изданных в советское время. Так, в брошюре «Вожаки «Молодой гвардии», изданной в Донецке в 1976 году говорится: «Люба мечтала стать артисткой. Но началась война, и она избрала для себя другую профессию – профессию разведчика. Люди, которые руководили подготовкой Любы в Ворошиловградской специальной школе партизан и подпольщиков, отмечают, что она обладала боевыми качествами подпольщика.

После окончания школы Шевцова получила радиопередатчик и в июле 1942 года была оставлена для связи с одной из партизанских групп, действовавших в оккупированном Ворошиловграде». Об этом же пишет в своих воспоминаниях молодогвардеец Василий Левашов: «… ее оставили с заданием в Ворошиловграде, когда наши войска покидали город. …Люба – радистка. Возможно, у нее сохранилась радиостанция». Он также упоминает о том, что Любу вызывали в полицию в Краснодоне по подозрению, «что она училась на курсах «шпионок». Об этом же рассказывала и мать Любы Ефросинья Мироновна, которой дочь по возращении из полиции сообщила, что «отбрехалась, сказала, что училась, а потом работала в одном из военных госпиталей».

Думается, все эти свидетельства доказывают, что горе первооткрыватели сделали сенсационное открытие только для себя. Тем же, кто действительно изучает советскую историю, кто восхищается подлинными героями, этот факт из биографии Любы Шевцовой был давно известен.

К сожалению, создается впечатление, что создатели материала вообще мало что знают о своей героине. Статья изобилует фактическими ошибками. Так, утверждается, что Люба и «в грамоте была несильна», и семилетку «окончила «переростком», перед самой войной». В действительности Люба училась хорошо и была активисткой художественной самодеятельности, за что ее и прозвали «Любка-артистка». Со своей агиткультбригадой объехала она все подшефные колхозы и шахты. Семь классов закончила в 1940 году, но простудилась и заболела крупозным воспалением легких, и учебный год пришлось пропустить. Люба выздоровела к лету 1941 года и подала документы в Ростовский театральный техникум.

О казни Шевцовой сказано, что ее расстреляли и сбросили в шурф. А вскоре в город вошли части Красной Армии». Всем, кто читал роман Фадеева или интересовался историей «Молодой гвардии», известно, что Люба Шевцова была казнена не в Краснодоне, а вместе с Олегом Кошевым, молодогвардейцами Дмитрием Огурцовым, Семеном Остапенко и Виктором Субботиным расстреляна в Гремучем лесу, в Ровеньках, где и похоронена со своими боевыми друзьями. В Ровеньках не было шахт, а соответственно шурфов, как в Краснодоне. Казненных советских патриотов оккупанты закапывали в лесу, там их тела и были обнаружены родными и близкими после освобождения Красной Армией. Елена Николаевна Кошевая пишет об этом в «Повести о сыне»: « 18 марта мы вместе с Ниной и Ольгой Иванцовой нашли и опознали трупы Шевцовой, Огурцова, Субботина и Остапенко». Известно также, что расстрел произошел не 8-го, а 9-го февраля.

Наконец, статья утверждает, что в предсмертной записке Любы обнаружилась фраза «религиозного содержания»: «На том свете увижу папу». Спецкор очевидно ориентировалась на фильм, где было показано, что отец Любы погиб при эвакуации. В действительности Люба никак не могла написать этих слов, так как Григорий Ильич Шевцов вовсе не погиб и прожил еще много лет после войны и известий о его гибели Шевцовы не получали. Но, думается, что данное утверждение не просто ошибка. В публикации постоянно просматривается стремление принизить и саму героиню ( мол, неспособная, малограмотная была) и очернить советский строй, за который она отдала свою жизнь. Автор пытается показать, что и жили советские люди в нищете. Утверждается, что, кроме парусиновых тапок и валенок, у Любы и обуви не было, и все время бегала она босиком. Конечно, люди жили тогда не очень богато, но семья Шевцовых как раз отличалась определенным достатком. Дочка у них была одна, родители нормально зарабатывали. И мать вспоминала, что частенько они с отцом баловали Любку подарками, то новыми туфельками, то платьицами, то пальто. Вспоминала даже, что новые туфли как-то раз Любка подарила своей подружке «сиротке» Нине, семья которой действительно жила тяжело.

А самое главное, что современная пропаганда все время тщится исказить политический характер подвига советский героев, замолчать их верность социалистическим идейным принципам, отрицает их советскую убежденность. С этой же целью состряпана и статейка про Любу Шевцову. Брошена фраза, что и «в комсомол ее приняли по-быстрому», и в «тот свет» она верила, и советских песен не пела перед расстрелом, и знаменитые ее слова о «дорогой, близкой, всеми нашей любимой Советской Родине» никогда не говорила. На самом деле написанная «по-быстрому» статья так безграмотна и неуклюжа, что выглядит совершенно неубедительно. А из свидетельств очевидцев, документов, романа и фильма встает подлинный образ Любы Шевцовой, дочери красноармейцев, героини-комсомолки, вступившей в комсомольскую организацию в 1942 году, в тяжелую для Родины годину, ставшей из Любки-артистки радисткой-подпольщицей, вошедшей в штаб комсомольской организации «Молодая гвардия», отстаивавшей советский строй в тылу врага.

Е. Полиновская, кандидат исторических наук

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 оценка)

25 лет трагичному бою в окрестностях Кандагара

Ловушка для кандагарского спецназа. Рассказ о кровопролитном бое подразделения 173-го ООСпН ГРУ ГШ (с иллюстрациями)

1984-86 выдались самыми горячими для 173-го отдельного отряда спецназа ГРУ (ППД – г.Кандагар),  который умел добиваться боевого успеха с минимальными потерями.  Не удовлетворяясь засаживанием  караванов и охотой за французскими и американскими советниками, в течение 1986 группы Кандагарского спецназа разгромили базовые районы моджахедов в их глубоком тылу: Горы Хадигар, Васатичигнай и Чинарту.  Апофеозом был февраль 1987, когда группой лейтенанта Игоря Веснина (позывной "Малыш") был уничтожен самый крупный караван оружия без каких-либо потерь с нашей стороны.

В результате к весне 1987 духи практически отказались от активной деятельности и проводки караванов в зоне ответственности отряда.

В  приграничных районах Пакистана стали накапливаться без дальнейшего движения значительные запасы оружия в ожидании переброски через границу,  курбаши отказывались от проводки караванов несмотря на значительное количество бойцов в их распоряжении и даже угрозу смерти от своих за невыполнение приказа. Хекматияр был в бешенстве…

И тут летом 1987 начала осуществляться политика национального примирения… Договорными стали не только кишлачные зоны, но и целые районы, караваны с оружием пошли через них в полной безопасности.  Душки, смекнув что такая политика  им во благо, активизировались.  Даже в центре провинции - городе Кандагаре стало небезопасно – правда, только ночью.

Одновременно с этим произошла смена командования: заменился в Союз прежний командир отряда майор Б-ан,  на его место прибыл майор Г-ов. Новый командир был полной противоположностью старому:  заносчивый, с высоким самомнением, он жаждал быстро выровняться в славе с новыми сослуживцами, невзирая на отсутствие опыта  и не советуясь ни с кем….

Именно он, майор Г-ов, не перепроверив информацию из ХАДа, отправил в засаду на караван 3-ю роту отряда. Командиром был назначен майор У. (позывные – "Удав", "Борода").

Однако информация не только оказалась ложной, но и фатальной –  спецназ ждала ловушка…

Моджахеды давно жаждали поквитаться с неуловимым "кандаки максуз", а тут наудачу и атмосфера и обстановка стала удивительно складываться в пользу первых.

И хотя моджахеды не обладали всеми данными о планах советских спецназовцев, они, сконцентрировав в прилегающем районе значительные силы, стали по ночам перемещаться по кишлакам в поисках места выхода спецназа.

Тем не менее,  профессионализм спецназа снова оказался на высоте – ночью 23-го октября, скрытно пройдя через стационарные дозоры духов и минные поля, 3-я рота неземеченной подошла к месту засады – заброшенному кишлаку Кобай в 8 километрах к западу от Кандагара.

Прочесав заброшенный кишлак, часть группы ушла на горку, чтобы прикрыть отход основной группы и заняла позицию в заброшенном загоне для скота. Основная группа из 18 человек, во главе с У., заняла два дома по бокам дороги. План казался неплохим: бесшумно снять "духовские" дозоры, огнем из всего оружия уничтожить основные силы моджахедов, а затем уйти под прикрытие группы сверху.

24-го октября рассвело в начале шестого. Первый духовский дозор – два человека – была "снят" бесшумным оружием. Тела духов затащили в домики. Второй и третий дозор постигла та же участь.  Когда расстреливали из АКМСБ четвертую пару, второй "дух" успел сорвать с плеча автомат и дать очередь…

В считанные секунды "зеленка" ощетинилась яркими вспышками. Еще не зная точного расположения разведчиков, "духи" били из оружия наугад, на звук только что прогремевшей очереди. Из-за дувалов выкатилась чёрная масса стреляющих "духов" дико орущих "Аллах-Акбар". Огонь стволов разведчиков  был страшен. В этой мясорубке невозможно было прицелиться. Спецназовцы просто водили прыгающими в руках автоматами по беснующемуся в двух десятках метрах людскому месиву. Прямо внутри этого клубка звонко рванули несколько Ф-1 поднимая пыль и какие-то ошметки. Через несколько минут атака "духов" захлебнулась. Разведчики заняли круговую оборону.

Силы были слишком неравные: около 300 духов против 18-ти спецназовцев.  Духи, обкладывая дома полукругом, стремились подойти поближе для последующей атаки – "ухватить за пояс". Разведчики берегли боеприпасы, разделив секторы обстрела, и стреляли только наверняка.

Какой-то авторитетный "дух", взяв мегафон, стал лёжа гортанно выкрикивать ритмичные призывы, всё больше и больше повышая тон. Так он подбадривал моджахедов для атаки, они вторили ему. Минут через пять, предполагая, что духи дошли до нужной кондиции, "глашатай" громко каркнул. Сразу же моджахеды ринулись в атаку – все три сотни. Эта лавина была остановлена в 3-4-х метрах от домов – разрывы "эфок" и "подствольников" клали по 3-4 человека из атакующей цепи, пулемёт сержанта Славы Горобца бил в упор…

Бой длился уже третий час. Духи, подтянув к дувалам гранатомёты и безоткатки, стали методично расстреливать глинобитные дома…

Выстрелами из гранатомёта "духам" удалось развалить часть стены и дом, где был майор У. со своей группой, стал простреливаться. Разрывом гранаты оторвало руку пулеметчику сержанту Горобцу. Сам Слава, будто не заметил этого и продолжал вести огонь из пулемёта, пока не скончался от потери крови. Атаки не прекращались, и боеприпасы были уже на исходе. Сержант Андрей Горячев отдал свой автомат старшему лейтенанту Ч. взял его заклинивший, вскрыл банку тушенки и смазал оружие. Потом Андрей отпугивал духов, пуская сигнальные ракеты в упор, выходил из укрытия в редких промежутках между атаками и собирал у убитых духов гранаты и патроны. Там его и подстрелил духовский снайпер. Рискуя жизнью, лейтенант Ч. затащил Андрея назад в дом. Вскоре началась новая атака, в отражении которой Андрей получив множество ранений, скончался, сжав в руках почти пустой автомат.

Тяжелораненый радист Иван Ошомок ещё два часа выходил на связь с ППД…

Подошли Су-25, запрашивая на подходе "Землю". Лейтенант Х-ин (позывной "Герцог"), находящийся во втором доме немедленно ответил: "Воздух, я — Герцог, нахожусь в двух домах на северной окраине кишлака Кобай, обозначаю себя дымом.

— Видим, дорогой. Наводи.

— Работайте 50 метров южнее, западнее, восточнее меня триста—четыреста метров южнее и восточнее ДШК.

— Так близко не сможем, но попробуем...

Минуту спустя хвостатые огненные стрелы с оглушительным визгом проносились рядом с домами, наводя ужас на окруживших дома душманов. Так же точно работали и три остальные пары с краткими перерывами. Последней паре не повезло. По уходившему с боевого курса "грачу" лейтенанта Г. выпустили "Стингер", который попал в движок. Пилот сумел посадить машину на аэродром.

После этого все началось сначала. Возобновила огонь безоткатка, гранатометчики старались достать разведчиков. Шел четвертый час боя…
 

Группа прикрытия под командованием лейтенанта Т., находящаяся в четырёхстах метрах выше, ничем не могла помочь своим товарищам. Подойти по открытой местности они не могли (только бы зря раскрылись), но вступили в бой в самый нужный момент. В разгар боя подъехала "барбухайка"  с подкреплением  к "духам" и остановилась у подножия горки – в 60-ти метрах ниже затаившихся разведчиков. Лавина огня сверзилась на эту  "барбухайку" - духовское подкрепление перестало существовать.

К пятому часу боя подошла бронегруппа – приданный Т-62 и два БэТРа отряда. 

Особенно отличились "трактористы" - стали класть  осколочные снаряды с филигранной точностью в 30-ти метрах от позиций спецназа уже на подходе, отсекая духов. Затем они быстро заставили замолчать безоткатки и пулемёты духов.


Так закончился этот бой, в котором

18 спецназовцев ГРУ воевали против более чем 300 душманов

- только перед  домиками их лежало около сотни. "Духи" лишний раз убедились, что спецназ умеет воевать и предпочитает смерть плену. Потеряв 9 человек убитыми и 11 ранеными, отряд уничтожил более сотни духов.

Восемьдесят седьмой – октябрь
Афганистан – Кандагар
В утренней дымке рассвета
Виднелся кишлак – Кобай
Двадцать вторая бригада
Третья рота Спецназа
Приняла бой - у дувалов
Попав у развилки в засаду.
Бой шёл уже пять часов
Отбито атак - так много
Но яростный крик врагов
Слышен опять у порога
Не умолкал пулемёт
"Зелёнка" огнём пылала
Бил их в упор – сержант
Патронов уже не хватало.
Влетела в окно – граната
И тело пронзило болью
Оторвано взрывом – запястье
И кровь растеклась по полу
Петлей, затянув – обрубок
Не прекращал он огня
А рядом лежал – подсумок
И в нём "Ф – 1" - для себя.
Да, наша жизнь - миг, мгновенье
И у каждого выбор есть -
О себе, лишь оставить – забвенье
Или Память людскую и Честь.
(В. Иванов, "Сержант Горобец")

Дорогие дети!
Родина, страна – это не правительство, и не политический строй.
Вашей Родине – тысяча лет.
И за эту тысячу лет ваши предки прописали по первое число всем,
кто на них рыпнулся.
И оставили вам в наследство одну шестую часть суши.
Ваша задача – не просрать то, что вам оставили...


Необходимое в разведподразделениях специальное оружие включало ножи разведчика НР-2 и "стреляющие" НРС с парой патронов в рукоятке, ночные и оптические прицелы для АК-74Н, имевших прилив на ствольной коробке для их крепления, насадки-глушители на автоматы и пистолеты. Использовались бесшумные пистолеты ПБ и автоматические 20-зарядные АПБ (на фото), со скорострельностью до 700 выстрелов в минуту и прицельной дальностью в 2000м. На ствол АКМ крепилось приспособление бесшумной стрельбы ПБС



Подствольные гранатометы ГП-25 "Костер" появились в 40-й Армии в 1985 году. Противопехотные гранаты стали постоянно имеющейся под рукой "артиллерией". Количество ГП-25 оставалось ограниченным, и в разведподразделениях они доставались наиболее подготовленным и опытным бойцам, обычно по два на взвод





Единственным средством снабжения и связи с высокогорными постами и удаленными заставами служили вертолеты, доставлявшие смену, продовольствие, боеприпасы и все необходимое, вывозя больных, раненых и пострадавших от жары "солнечников". Отношение к "вертушкам" было особым - летчики привозили почту, забирали отпускников и всегда были готовы поделиться и куревом, и патронами



Кочевники-белуджи, населявшие южные провинции, в большинстве были настроены дружественно, но все же имели воинственную репутацию и никогда не расставались с оружием. Жители пустыни соглашались выступать проводниками и помощниками, а лучшей платой за услугу было то же оружие, к которому белуджи относились с почтением и любовью



Разведывательные части и подразделения 40-й армии, осень 1980 г.



Пленные, привезенные с вертолетного поиска. Обычным делом было, когда переданные афганским властям боевики откупались или выпускались "за отсутствием доказательств" и вскоре снова оказывались в караванах и бандах. На этот случай пленным, доставленным на аэродром или в гарнизон своей части, завязывали глаза, чтобы они не могли толком рассмотреть и запомнить обстановку и силы
 




Сержант кандагарского отряда 173-го оосп Андрей Горячев перед выходом на засаду осенью 1987 года. Афганская одежда и чалма позволяли бойцам группы сойти за одну из местных банд и использовать выигранное преимущество. В экипировке - кеды, пояс с карманами под выстрелы к подствольному ГП-25 и разгрузочный жилет, в карманах которого, помимо автоматных "рожков", гранаты и сигнальные патроны. Сержант Горячев погиб 24 октября 1987 года от множественных ранений в бою в кишлаке Кобай



С засады привезли пленных. За плечами командира группы, несущего АКС-74 с ГП-25 - туристический рюкзак с притороченным спальным мешком и футляр бинокля ночного видения БН-2


По материалам ALTAPRESS.RU
Редакция  altapress.ru благодарит за подготовку этой статьи своего постоянного читателя aka Эксперт. Работа такая.


Глоссарий для новичков

173-й отдельный отряд спецназа ГРУ - это настоящее (в описываемый период секретное) наименование части.  Во всех документах назывался тех лет назывался как "3-й отдельный мотострелковый батальон",  в/ч  пп 96044.  Полное настоящее наименование: 173-й отдельный отряд специального назначения ГРУ ГШ, организационно входил в 22-ю бригаду спецназа (штаб – в г.Лашкаргах);

ГРУ ГШ - Главное Разведывательное Управление Генерального Штаба;

в/ч пп - "воинская часть полевая почта", обозначение воинской части в несекретных документах (в т.ч. в письмах из Союза);

ППД – пункт постоянной дислокации;

Хекматияр (Гульбеддин Хекматияр) - один из самых влиятельных полевых командиров моджахедов, лидер Исламской Партии Афганистана;

ХАД - афганский КГБ;

"Кандаки максуз" - батальон спецназа (пушту);

АКМСБ - автомат Калашникова модернизированный  со складным прикладом (АКМС), оснащённый прибором бесшумной и беспламенной стрельбы;

"эфка", "лимонка" - ручная осколочная граната Ф-1;

подствольник -  осколочная граната ВОГ-25 к подствольному гранатомёту ГП-25, который соответственно входил как дополнительное оснащение к  спеназовским АКМС. Также "подствольником" называют и сам ГП-25;

безоткатка - безоткатное орудие;

Су-25 (он же "грач") - самолет-штурмовик;

стингер - переносной зенитный ракетных комплекс (ПЗРК);

"барбухайка" - афганский грузовой автомобиль;

T-62 - танк, применявшийся советскими войсками в Афганистане;

БТР (он же "Бэ Тэ эР") - бронетранспортёр, советский спецназ в Афганистане воевал на БТР-70.

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (14 оценки)

50-летию непроизошедшего апокалипсиса


В урегулировании Карибского кризиса, который возник в октябре 1962 года и мог привести к третьей в ХХ веке мировой войне, важную роль сыграла советская военная разведка. О её деятельности в тот опасный период впервые рассказывают начальник Главного разведывательного управления (1992–1997 гг.) генерал-полковник Ф.И. ЛАДЫГИН и доктор исторических наук В.И. ЛОТА.
 

В кольце необъявленной блокады


Подавляющее большинство зарубежных исследователей в качестве главной причины возникновения в октябре 1962 года Карибского кризиса, который угрожал перерасти в третью мировую войну с применением ракетно-ядерного оружия, называют размещение на территории Кубы советских ракет средней дальности. Эти ракеты были способны поражать объекты на территории США, что якобы поставило под угрозу само существование Соединённых Штатов. Формально рассуждая, можно допустить некую правомерность такой точки зрения. Но если вспомнить и объективно оценить международную ситуацию, сложившуюся к началу 1960-х годов, и характер военно-стратегической обстановки на американо-советском направлении, то выводы из анализа этой обстановки будут не столь однозначны, как это утверждали и утверждают западные и некоторые российские политологи и историки.
27-19-10-12Можно понять чувства обычного жителя Нью-Йорка или других городов США, когда на них обрушилась лавина сведений, которые распространялись американскими средствами массовой информации относительно «смертельной опасности, нависшей над никогда не переживавшими иностранного нашествия американскими гражданами в связи с обнаружением на Кубе советских ядерных ракет».
Но при оценке ситуации, возникшей в международных отношениях в октябре 1962 года, нельзя забывать и о чувствах советских людей, переживших тяжелейшую войну с нацистской Германией и потерявших в ней 27 миллионов своих сограждан – больше, чем все другие участники Второй мировой войны. Бо28-19-10-12лее того, не успели на полях сражений Великой Отечественной зарасти рваные воронки и окопы, как бывший премьер-министр Великобритании У. Черчилль с благословения американского президента Г. Трумэна в марте 1946 года объявил о начале англо-американского крестового похода против СССР. Из союзника по антигитлеровской коалиции Советский Союз был превращён в главного противника. Восстанавливавшиеся с большим трудом советские города в соответствии с американскими секретными планами стали объектами для ядерных бомбардировок.
Сегодня мало кто знает, что в те далёкие трудные послевоенные годы ежедневно над головами советских людей с запада на восток летали десятки и даже сотни воздушных шаров неизвестного предназначения. И только специалисты знали, что это американские разведывательные шары, которые размещёнными на них фотографическими разведывательными средствами сканировали всю территорию СССР. Летали эти шары на большой высоте. Сбить их было нечем.
Подобные провокационные действия осуществляли в советских территориальных водах подводные и надводные военные корабли США и их некоторых союзников по блоку НАТО. Ускоренными темпами вокруг территории СССР американцы создавали военные базы. В результате Советский Союз и его народы жили и работали как бы в кольце необъявленной блокады.
К началу 1960-х годов Соединённые Штаты развернули в странах Западной Европы, в Атлантике, Южной Корее, Японии, западной части Тихого океана тысячи средств доставки ядерного оружия. Только на Европейских ТВД США имели 105 ракет промежуточной и средней дальности «Тор» (в Великобритании) и «Юпитер» (в Италии и Турции), 200 оперативно-тактических ракет «Онест Джон» (в Греции и Турции), около 1.200 оперативно-тактических ракет других типов («Матадор», «Капрал», «Лакросс» и т. д.). Более 400 гаубиц, способных вести стрельбу атомными зарядами, которые могли быть быстро переброшены к нашим западным границам, американцы разместили в Бельгии, Италии, Голландии, Великобритании, Западной Германии.
Вблизи границ СССР на Западе и Дальнем Востоке Соединённые Штаты имели почти 10 тысяч тактических самолётов – носителей ядерного оружия в составе военно-воздушных и военно-морских сил и морской пехоты. К началу 1960 года в стратегических ядерных силах США имели 2.850 самолётов бомбардировочной авиации, первые межконтинентальные ракеты «Атлас-Д», «Титан-1», первые три из 41 запланированных к постройке атомных ракетных подводных лодок, оснащённых межконтинентальными баллистическими ракетами «Поларис», ускоренными темпами велись работы по созданию межконтинентальных баллистических ракет «Минитмен». 29-19-10-12Всего в вооружённых силах США в 1960 году находилось свыше 18.600 ядерных боеприпасов, большая часть которых предназначалась для реализации планов нанесения ядерных ударов по городам и объектам на территории Советского Союза.
По количеству ядерных боеприпасов Соединённые Штаты превосходили Советский Союз в 11–12 раз. На стороне США было ещё большее превосходство по средствам доставки ядерного оружия, которые независимо от места размещения – будь то территория США или территории европейских союзников по НАТО – достигали объекты, расположенные на значительной части территории СССР. В то же время из-за меньшего количества и меньшей дальности действия советских средств доставки ядерного оружия Соединённые Штаты в то время оставались практически неуязвимыми в ответных действиях на агрессию против СССР.
Не составляет большого труда представить себе, каковы были ощущения советских людей, политического руководства СССР и командования его Вооружённых Сил, понимавших степень нависшей над ними военной угрозы.
В условиях созданной правящими кругами США и других стран НАТО крайне неблагоприятной для СССР военно-стратегической обстановки, переросшей в Карибский кризис, важную роль играла советская военная разведка, которая добывала ценные для политического руководства страны сведения. Иногда разведчикам приходилось решать и нестандартные для них задачи.


Беспрецедентная миссия


В 1961–1962 годах в деятельности отечественной военной разведки произошёл беспрецедентный случай. Офицеру Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооружённых Сил СССР полковнику Георгию Никитовичу Большакову пришлось выполнить не свойственную военному разведчику миссию – встречаться с Робертом Кеннеди, братом американского президента, и принимать личное участие в передаче посланий  руководителей США и СССР друг другу.
Что же заставило американского президента Джона Кеннеди и советского лидера Никиту Хрущёва подключить к обмену мнениями и посланиями не высокопоставленных американских и советских дипломатов в ранге послов, а полковника Георгия Большакова?
Георгий Никитович Большаков родился в Москве в 1922 году в семье железнодорожного служащего. После успешного окончания школы поступил на курсы военных переводчиков при военном факультете Московского института иностранных языков. В 1941–1943 годах принимал участие в Великой Отечественной войне. Война формировала характер Большакова. Он научился всесторонне оценивать обстановку, выделять в ней главное, проявлять находчивость, разумную инициативу, самостоятельно принимать решения и отстаивать свою точку зрения. В 1943 году Большаков оказался в числе слушателей Высшей разведывательной школы Генерального штаба. В 1951 году Большаков, прекрасно владевший английским языком, был направлен в первую служебную командировку в США, где он должен был действовать под прикрытием должности корреспондента Телеграфного агентства Советского Союза (ТАСС).
31-19-10-12Жить и работать с 1951 по 1955 год Большакову довелось в Нью-Йорке. В тот период Большаков смог подружиться с некоторыми американскими журналистами. Одним из них был репортёр газеты «Дейли ньюс» Фрэнк Хоулмен. В своих статьях Фрэнк критиковал отдельные стороны жизни в Советском Союзе, но делал это вполне объективно и корректно. Большаков и репортёр американской влиятельной газеты поддерживали дружеские отношения.
В 1955 году возвратившийся из Нью-Йорка полковник Большаков был назначен офицером для особых поручений при министре обороны СССР Г.К. Жукове. В аппарате Жукова Большаков работал около двух лет. Опыт, приобретённый в период служебной командировки в США, позволял ему успешно выполнять непростые задания министра обороны.
Когда 29 октября 1957 года Г.К. Жуков был снят с должности министра обороны, полковника Большакова откомандировали в распоряжение Главного разведывательного управления для дальнейшего продолжения службы.

В 1958 году командование военной разведки направило Большакова под «крышу» действовавшего в те годы информационного агентства Совинформбюро (с 1961 года – Агентство печати «Новости»). В зарубежных странах Бюро издавало журналы о Советском Союзе. В Вашингтоне, например, Совинформбюро печатало и распространяло журнал «Soviet Life». По взаимной договорённости в Москве американцы издавали журнал «Америка».
Работа, которую предложили Большакову, была творческой, в целом ему знакомой и интересной. В июне – августе 1959 года Большаков принимал участие в обеспечении визита вице-президента США Р. Никсона в Советский Союз. В составе группы журналистов, сопровождавших Никсона, оказался и Фрэнк Хоулмен. Так пути Большакова и Хоулмена пересеклись второй раз. Георгий помогал американцу во время его поездки по городам Советского Союза.
В сентябре 1959 года в ГРУ Большакову присвоили оперативный псевдоним «Марк» и направили в Вашингтон в качестве заместителя редактора журнала «Soviet Life».
Выполняя задание командования ГРУ, начальником которого в 1959 году стал генерал армии Иван Серов, Большаков развил активную деятельность. За сравнительно короткий срок он установил контакты с местными журналистами – сотрудниками крупных американских газет «Вашингтон пост», «Нью-Йорк таймс», «Крисчен сайенс монитор», репортёрами американских и английских информационных агентств. Встретился он и с корреспондентом газеты «Дейли ньюс» Фрэнком Хоулменом. Дружеские отношения были восстановлены.
Активность Большакова не прошла мимо внимания Федеральной службы безопасности США. Агенты ФБР установили за ним постоянное тайное наблюдение.
Чрезмерное внимание американской контрразведки к Большакову не ослабло даже в период визита главы советского государства Никиты Хрущёва в США, который состоялся в сентябре 1959 года. В американской столице Хрущёв пробыл два дня. Он имел встречу с президентом Д. Эйзенхауэром, принимал участие в обеде в Белом доме, устроенном в его честь, беседовал с лидерами американского конгресса. Все эти и многие другие мероприятия с участием первых лиц СССР и США отражались в пресс-релизах советского посольства, которые готовил Большаков. Советским послом в Вашингтоне в тот период был Михаил Алексеевич Меньшиков, который на высоком уровне организовал визит Хрущёва в США.
32-19-10-121960 год мог оказаться переломным в истории советско-американских отношений. В Москве готовились к визиту в СССР американского президента Д. Эйзенхауэра. Но сближения между Москвой и Вашингтоном не произошло. Видимо, такой благоприятный поворот в отношениях между двумя государствами не входил в планы американского руководства.
1 мая 1960 года, когда в Советском Союзе торжественно праздновали международный день солидарности трудящихся, в небе над Свердловском появился американский шпионский самолёт.
Нарушив границу советского воздушного пространства, самолёт летел на высоте около 20 тысяч метров и для советских истребителей противовоздушной обороны был недосягаем. Но нарушитель был сбит зенитной ракетой С-75 «Десна». Американский пилот Пауэрс остался жив.
О происшествии в воздушном пространстве в районе Свердловска было немедленно доложено Н.С. Хрущёву, который в то время приветствовал демонстрантов на Красной площади. Разразился громкий международный скандал. Визит Эйзенхауэра в Москву был отменён.
В ноябре 1960 года президентом США был избран Джон Кеннеди, сравнительно молодой и энергичный политик. Он объявил о политике «новых рубежей», политике создания сильной Америки с развивающейся экономикой, способной соответствовать новым правительственным планам. Кеннеди назвал полёт самолёта-разведчика У-2 над территорией СССР провокацией и заявил, что если бы он был президентом, то «не допустил бы возможного инцидента и не разрешил бы такой полёт». В Москве на такие заявления обратили внимание.
В качестве наследства Джону Кеннеди от Эйзенхауэра достались дорогостоящие военные программы и размещённые в 1957 году на территории Италии, Турции и Великобритании ракеты среднего радиуса действия «Юпитер» и «Тор». Эти ракеты были нацелены на крупнейшие города Советского Союза.
Большаков, выполняя задание начальника ГРУ, регулярно докладывал в Центр о новых инициативах администрации Дж. Кеннеди, которая, к сожалению, продолжила наращивать ядерную составляющую американских вооружённых сил.
Предвыборные обещания – одно. Практика государственного управления – другое. Объединить первое и второе – труднейшая задача, которую предстояло решить молодому американскому президенту.
29 апреля 1961 года Большаков встретил в Национальном пресс-клубе Фрэнка Хоулмена. Во время визита Хрущёва в США Большаков давал американскому репортёру дополнительную информацию, которой не имели другие журналисты. Главный редактор «Дейли ньюс» был доволен. Доволен был и Фрэнк, и его влиятельные знакомые в Белом доме. В частности, одним из друзей Хоулмена был Эдвин О. Гатман, пресс-секретарь министра юстиции США Роберта Кеннеди. В беседах с Гатманом Хоулмен, видимо, неоднократно называл фамилию Георгия Большакова, сотрудника советского посольства, и давал ему положительную характеристику.
Большакову тоже нравился Хоулмен. Он был профессиональным журналистом, скромным и отзывчивым человеком. В 1959 году, когда Большаков восстановил отношения с Хоулменом, в ГРУ даже стали рассматривать американского журналиста в качестве ценного источника военно-политических сведений и присвоили ему псевдоним «Хилл».


Первая встреча с братом президента

 

Во время встречи в баре Национального пресс-клуба 29 апреля 1961 года Хоулмен предложил Большакову организовать ему встречу с братом американского президента. Хоулмен сказал, что от этого источника Большаков сможет получить такие сведения, которые наверняка будут представлять особый интерес для «его начальства».
Предложение прозвучало неожиданно. Георгий поблагодарил своего знакомого за интересное предложение, но попросил предоставить ему несколько дней на размышление.
Прибыв в посольство, Большаков доложил своему руководителю – резиденту Главного разведывательного управления о предложении американского журналиста. Информация Большакова даже для опытного резидента военной разведки оказалась весьма неожиданной, и он запретил Большакову встречаться с братом президента.
30 апреля Большаков сообщил Хоулмену о том, что он не может встретиться с Робертом Кеннеди. Далее события развивались не так, как предполагали резидент ГРУ и Большаков.
Хоулмен 9 мая в 18 часов позвонил Большакову и пригласил его на ланч в один из ресторанчиков в Джорджтауне, старинном и уютном районе Вашингтона.
9 Мая – День Победы. Сотрудники советского посольства в США в этот день торжественно отмечали очередную годовщину разгрома гитлеровской Германии. Большаков был занят. Но Хоулмен сказал, что он тоже представитель страны, сражавшейся против Гитлера, и предложил не забывать о былом военном содружестве. Отказаться от встречи с «союзником» Большаков не мог.
За столом в ресторане Джорджтауна Хоулмен сообщил о том, что в 20.30 брат президента США Роберт Кеннеди будет ждать Большакова у входа в министерство юстиции.
Большаков оказался в безвыходном положении. Подумав, он сказал своему собеседнику, что не готов к такой встрече.
- Ты всегда готов, Георгий, - ответил Хоулмен и предложил подбросить Большакова на своей машине к входу в министерство юстиции.
Большаков принял решение: он едет на встречу с братом американского президента.
В 20.30 Большаков и Хоулмен подошли к входу в министерство юстиции. На гранитных ступеньках сидели Роберт Кеннеди и его пресс-секретарь Эдвин Гатман.
Хоулмен представил Большакова Роберту Кеннеди. После этого репортёр «Дейли ньюс» и пресс-секретарь министра удалились.
Большаков и Кеннеди направились в уютный сквер около Национального музея естественной истории. Обстановка располагала к беседе.
Роберт Кеннеди, тщательно подбирая слова, неторопливо сообщил Большакову о том, что американское правительство и президент США обеспокоены тем, что советское руководство недооценивает способности нового правительства США и лично президента. Недавние события на Кубе, в Лаосе и Южном Вьетнаме усугубляют опасность непонимания Москвой политики новой администрации. «Если эта недооценка сил США имеет место, - сказал Кеннеди, - то это может вынудить американских руководителей выбрать соответствующий курс».
33-19-10-12Осудив «нединамичную и беспомощную политику прежней администрации», которая оставила новому правительству, как сказал Роберт Кеннеди, «тяжёлое наследство», брат президента заверил Большакова, что Джон Кеннеди много работает над вопросами новой «прогрессивной политики», которая будет проводиться действительно в национальных интересах.
Кеннеди доверительно сказал Большакову, что Белый дом ищет нетрадиционные подходы к Кремлю, попросил проконсультироваться с «друзьями» в Москве и сообщить ему их мнение. Одновременно он обещал выяснить точку зрения президента.
Начался мелкий весенний дождик. Кеннеди предложил продолжить встречу в его офисе.
 

Беседа продолжалась около часа и сорока пяти минут. Роберт Кеннеди, видимо, остался доволен первым контактом с Большаковым и предложил встретиться ещё раз в неформальной обстановке после прояснения позиций сторон по затронутым проблемам советско-американских отношений.
Прибыв в посольство, Большаков доложил резиденту о встрече с Робертом Кеннеди и содержании состоявшейся беседы. В Центр было отправлено подробное донесение Большакова. В конце донесения резидент сделал приписку, в которой изложил собственную оценку состоявшейся встречи. В ней, в частности, говорилось следующее: «…Непонятна настойчивость и цель намерений Р. Кеннеди в установлении неформальных контактов с нашим посольством. Как известно, посол Меньшиков дважды встречался с Р. Кеннеди в здании посольства СССР уже после избрания Дж. Кеннеди президентом США. Посол Меньшиков в настоящее время находится в отпуске уже несколько дней».
Резидент недоумевал, почему Роберт Кеннеди проявил интерес именно к Георгию Большакову? Таких дипломатов, как Большаков, в советском посольстве в Вашингтоне было более шестидесяти. В «Дипломатическом листе» посольства СССР, изданном государственным департаментом США, Георгий Большаков числился под номером сорок.


Мандат ЦК КПСС


В ГРУ донесение резидента из Вашингтона вызвало неоднозначную оценку. Начальник американского управления генерал-майор Соколов, прочитав донесение из Вашингтона, написал на бланке шифротелеграммы резолюцию: «Непонятно, почему «Марк» был выбран Р. Кеннеди для такой беседы».
Генерал Соколов доложил сообщение из Вашингтона начальнику ГРУ генералу армии Ивану Серову, который поставил в известность об этом нестандартном случае в деятельности военной разведки начальника Генерального штаба М.В. Захарова.
Через несколько дней в ГРУ стало известно, что Захаров доложил о встрече полковника Большакова с братом президента США министру обороны СССР. О встрече Большакова с Р. Кеннеди стало известно первому секретарю ЦК КПСС Н.С. Хрущёву.
Подробный отчёт Большакова о встрече с Р. Кеннеди относился к области большой политики. В нём были раскрыты важные пожелания американского президента, изложены частные замечания внешнеполитического характера и самого Роберта Кеннеди.
В отчёте Большакова также говорилось, что, по словам Кеннеди, правительство США особенно волнует вопрос: с чего начать сближение с СССР. Президент по-прежнему желает встречи с Н. Хрущёвым и считает, что эта встреча должна носить характер не только общего обмена мнениями, но и предусматривать достижение соглашения по конкретным проблемам, например в области запрещения ядерных испытаний.
Большаков доложил, что Кеннеди доверительно сообщил ему о позиции американской делегации на переговорах в Женеве, которая будет делать всё для достижения соглашения и создания действительно нейтрального Лаоса. Большаков также сообщил, что Р. Кеннеди уклонялся от обсуждения вопроса о Кубе, заявив, что «это проблема мёртвая».
34-19-10-12Ни в ГРУ, ни в Министерстве обороны СССР не могли понять, что имел в виду Роберт Кеннеди, называя вопрос о Кубе «мёртвой проблемой», и не обратили на это определение внимания. Хрущёв, наоборот, заинтересовался этой непонятной оценкой.
Н.С. Хрущёв положительно отнёсся к отчёту полковника Большакова. В Москве в первой половине 1961 года явно ощущался голод на достоверную политическую информацию из США. Кремль, учитывая смену власти в Вашингтоне, пытался понять, по каким направлениям могут развиваться отношения с новой американской администрацией. Необходимо было каким-то образом нейтрализовать последствия громкого скандала, возникшего в результате уничтожения американского самолёта-разведчика над Свердловском 1 мая 1960 года.
Поэтому для Хрущёва отчёт Большакова о встрече с братом американского президента, который предложил установить неофициальные контакты, пришёлся как нельзя кстати.
По предложению Н.С. Хрущёва возможность использования конфиденциального канала Хрущёв – Большаков – Кеннеди была рассмотрена на заседании Политбюро ЦК КПСС, которое состоялось 16 мая 1961 года.
Возникала беспрецедентная ситуация. При наличии в Вашингтоне официального советского посла М. Меньшикова и американского посла в Москве Л. Томпсона создавался неофициальный конфиденциальный канал связи между правительствами двух государств. Для чего? Ответ на этот вопрос до сих пор не смогли дать ни американские, ни советские дипломаты.
Без преувеличения, можно предположить, что причины для установления подобного контакта по инициативе Р. Кеннеди были достаточно вескими. Президент Дж. Кеннеди, видимо, искренне хотел обновления американо-советских отношений. Поэтому через своего брата пытался без лишних посредников найти пути диалога с советским руководством.
В Вашингтоне ему в этом деле могли помешать многочисленные сторонники консервативных сил и конкуренты из республиканской партии. Именно поэтому Дж. Кеннеди и решил создать конфиденциальный канал обмена мнениями с советским руководством. Это представляется вполне логичным. Другие разумные объяснения трудно отыскать. Хрущёв тоже был готов использовать любые возможности для улучшения отношений с США.
На совещании Политбюро приняли постановление, в котором было два пункта. Первый: «Утвердить предложенный Министерством иностранных дел СССР и Министерством обороны СССР проект указаний резиденту ГРУ о встрече т. Большакова с братом президента США Робертом Кеннеди». И второй: «Копию указаний направить советскому послу в США т. Меньшикову».
В указаниях говорилось, что товарищу Большакову поручается встретиться с Робертом Кеннеди. При встрече Большаков должен сообщить ему, что с момента предыдущей беседы с Робертом Кеннеди он, Большаков, имел возможность подумать и посоветоваться с друзьями относительно поднятых им, Кеннеди, вопросов и теперь хотел бы со своей стороны с такой же откровенностью, как это сделал Роберт Кеннеди, изложить ему своё мнение по некоторым из затронутых им вопросов.
Далее говорилось, что в Советском Союзе всегда придавали и придают большое значение улучшению советско-американских отношений, считая, что от состояния этих отношений во многом зависит современная международная обстановка. Большакову рекомендовалось сказать, что, несмотря на то что в СССР и США существуют разные социальные системы и имеются идеологические разногласия, тем не менее бесспорным является то, что в вопросе международных отношений между нашими странами по существу нет непреодолимых препятствий к тому, чтобы СССР и США могли поддерживать добрососедские отношения и решать имеющиеся спорные вопросы путём переговоров.
Большаков должен был выразить надежду, что его собеседник Р. Кеннеди и новое правительство США разделяют такой подход к советско-американским отношениям. Если это так, то это уже важная предпосылка для начала сближения между нашими странами, о чём спрашивал Р. Кеннеди в предыдущей беседе.
Р. Кеннеди говорил о том, что в Советском Союзе будто бы недооценивают способностей нового правительства США и лично президента Дж. Кеннеди. Неясно, что могло заставить Р. Кеннеди так думать. Напротив, в Советском Союзе, как известно, благоприятно отнеслись к избранию Дж. Кеннеди президентом США. Более того, с приходом Дж. Кеннеди к власти в СССР связывались и, насколько ему, Большакову, известно, связываются определённые надежды на то, что отношения между нашими странами смогут войти в ту колею, в которой они находились во времена Франклина Рузвельта. Об этом не раз заявлял глава советского правительства Н.С. Хрущёв. Об этом же достаточно убедительно свидетельствует благоприятная реакция советской стороны на предстоящую встречу Н.С. Хрущёва с президентом Дж. Кеннеди.
В связи с этим нельзя пройти мимо замечания Р. Кеннеди о том, что события на Кубе и в Лаосе «несколько охладили пыл президента к урегулированию взаимоотношений с Советским Союзом».
Конечно, нельзя отрицать, что за последнее время международная обстановка в связи с известными событиями на Кубе, а также отчасти и в Лаосе, за которые не несёт ответственность Советский Союз, некоторым образом накалилась. Об этом приходится только сожалеть.
Однако не следует оставлять надежды – и мы не оставляем её – на улучшение международной обстановки и изменение к лучшему советско-американских отношений. Можно только приветствовать, что президент, как сказал Р. Кеннеди, также не теряет надежды на то, что удастся наладить отношения между нашими странами в течение ближайших лет.
Большаков должен был сказать Р. Кеннеди, что в своих отношениях к США, как об этом не один раз заявлял Н.С. Хрущёв, Советский Союз не добивается каких-либо преимуществ, не добивается ничего иного, кроме как дружественного сотрудничества, основанного на принципах мирного сосуществования. Такое сотрудничество, конечно, не может означать односторонние уступки со стороны Советского Союза. В улучшении советско-американских отношений должны быть заинтересованы обе стороны – как Советский Союз, так и Соединённые Штаты. Иными словами, советско-американское сотрудничество должно быть взаимно выгодным и равноправным. Если же в Соединённых Штатах кто-либо питает иллюзии, что советско-американские отношения можно строить в ущерб интересам Советского Союза или добиваться от него односторонних уступок, то такая политика, конечно, заранее обречена на провал.
 

Можно вполне определённо сказать, что указания ЦК КПСС полковнику Н.Г. Большакову – подробная инструкция о том, что хотели бы его московские «друзья» сообщить американскому президенту.
В указаниях была изложена и точка зрения советского руководства относительно положения на Кубе и американо-кубинских отношений. Большакову рекомендовалось затронуть вопрос о Кубе. Сказать, что его московским «друзьям» непонятно, что имел в виду Р. Кеннеди, когда в предыдущей беседе назвал кубинскую проблему «мёртвой». Если собеседник хотел сообщить, что правительство США отказалось от агрессивных действий и от вмешательства во внутренние дела Кубы, то, безусловно, такое решение только приветствовалось бы в Советском Союзе.
Большаков должен был сказать 35-19-10-12Р. Кеннеди о том, что ему должна быть хорошо известна позиция Советского Союза на этот счёт. Она была изложена в посланиях Н.С. Хрущёва президенту Дж. Кеннеди. Советский Союз не заинтересован в том, чтобы между США и Кубой были напряжённые отношения. Все советские люди приветствовали бы, если бы и в этом районе был установлен прочный и длительный мир. Но здесь дело не за Кубой и не за СССР. Известно, что правительство Кубы уже заявило о своём желании нормализовать отношения с США. Теперь слово за президентом Кеннеди.

В завершающей части беседы полковнику Большакову рекомендовалось отметить полезность подобного личного откровенного обмена мнениями и выразить готовность продолжить встречи с Р. Кеннеди, когда он того пожелает.
Изучение этого уникального по содержанию документа позволяет сделать однозначный вывод: советское руководство поручало полковнику Г.Н. Большакову сложное, ответственное и нестандартное для военной разведки задание. Большаков нёс личную ответственность за безошибочную передачу Роберту Кеннеди мнения его «друзей» из Москвы.
В ходе будущих встреч и бесед с Робертом Кеннеди полковнику Георгию Большакову предписывалось придерживаться строгих правил, которые также были изложены в Указаниях ЦК КПСС.
В конце указаний подчёркивалось, что тов. Большакову необходимо поддерживать тесный контакт с послом Меньшиковым.
Так, военный разведчик полковник Г.Н. Большаков получил секретный мандат ЦК КПСС, который обязывал его приступить к выполнению беспрецедентной миссии в Вашингтоне. В Москве хотели улучшить отношения с США. В Вашингтоне, видимо, тоже стремились к этому...


«Mongoose» и «Анадырь»


Полковник Большаков встречался с Робертом Кеннеди с мая 1961-го по ноябрь 1962 года около 50 раз. В ходе этих встреч обсуждались различные проблемы, звучали разные запоминающиеся предложения, велись дружеские беседы о театре, полётах в космос и произведениях Льва Толстого. Однако ни разу ни Кеннеди, ни Большаков в тех беседах не упоминали слова «мангуст» и «Анадырь». Тем не менее эти слова являлись ключевыми в понимании причин, которые привели в октябре 1962 года к резкому обострению советско-американских отношений и возникновению опасной конфронтации – Карибскому кризису, который американцы назвали «чёрным октябрём». Этот кризис мог принести всему человечеству огромные бедствия.
«Мongoose» – кодовое название операции центрального разведывательного управления США, одобренной президентом Дж. Кеннеди в 1961 году. В русскоязычных исследованиях эта операция названа «Мангуст». Операция была нацелена на свержение режима Фиделя Кастро на Кубе. Готовили её лучшие специалисты ЦРУ в области проведения тайных операций. Об операции «Мongoose» в США знали президент Дж.Кеннеди, его брат Роберт Кеннеди, директор ЦРУ, министр обороны и некоторые другие высокопоставленные американские должностные лица.
«Анадырь» – кодовое название операции, предусматривавшей переброску советских войск на Кубу, разработанной в Генеральном штабе в мае 1962 года. В Министерстве обороны СССР об этой операции знали 54 маршала, генерала и офицера. В полном объёме информацией об «Анадыре» владели Н.С. Хрущёв, министр обороны Р.Я. Малиновский, начальник Генерального штаба М.В. Захаров и его заместитель – начальник Главного оперативного управления Генштаба, секретарь Совета обороны СССР генерал армии С.П. Иванов. Специфика операции заключалась в том, что переброске подлежали не только артиллерия, танки и личный состав, но и баллистические ракеты среднего радиуса действия.
Почему были разработаны планы секретных операций «Мongoose» в США и «Анадырь» в СССР, когда и Дж. Кеннеди, и Н. Хрущёв публично высказывались за улучшение советско-американских отношений?
Разработка плана операции «Мongoose» связана с желанием американского руководства не допустить укрепления на Кубе режима Фиделя Кастро. Куба не представляла военной угрозы для США, однако она стала примером антиамериканской модели государственного устройства для других стран Латинской Америки. С этим администрация Кеннеди не могла согласиться.
26-19-10-12Предпринимались ли попытки урегулировать американо-кубинские отношения мирным путём? Предпринимались. Представители США и СССР несколько раз обсуждали эти проблемы в ходе переговоров. В 1961 году представитель президента США Ричард Гудвин встречался с Че Геварой, одним из идейных вдохновителей и организаторов кубинской революции. Итог встречи оказался для США неприемлемым. Вашингтон направил для переговоров на Кубу своего представителя Бена Билла, который предложил Фиделю Кастро придерживаться югославского пути поведения, независимого от СССР. Кастро предложение отклонил.
Тогда по указанию президента Д. Эйзенхауэра директор ЦРУ А. Даллес с помощью своих инструкторов начал вооружать и тайно направлять на Кубу подготовленных наёмников, пытаясь с их помощью спровоцировать массовые беспорядки на острове. Были разработаны и проведены операции «Партия» и «Лимория», в ходе которых наёмники должны были уничтожить Ф. Кастро и его брата Рауля и установить в стране проамериканское правительство. Операция должна была завершиться весной 1961 года. Однако организовать государственный переворот на Кубе при Эйзенхауэре агентам ЦРУ не удалось.
Став президентом США, Дж. Кеннеди тщательно изучил процесс подготовки операции, перенёс срок её проведения с 5-го на 12-е, затем на 17 апреля 1961 года. 12 апреля Кеннеди созвал пресс-конференцию, на которой заявил, что вооружённые силы Соединённых Штатов Америки ни при каких обстоятельствах не начнут интервенцию на Кубу.
Это был отвлекающий манёвр. Об участии инструкторов ЦРУ в подготовке переворота на Кубе американский президент, разумеется, предпочёл не упоминать.
17 апреля 1961 года кубинские контрреволюционеры, объединённые инструкторами ЦРУ в «Бригаду 2056», высадились в заливе Кочинос, на юго-западном побережье Кубы. Однако, как обещал директор ЦРУ Даллес американскому президенту, кубинский народ мятежников не поддержал. В течение трёх дней сторонники Фиделя Кастро разгромили вторгшихся наёмников ЦРУ, планы которых были известны кубинской разведке. Провокация провалилась.
Провал операции по свержению режима Кастро вызвал в США негативную реакцию. Дж. Кеннеди отправил в отставку А. Даллеса. Новым директором ЦРУ был назначен Джон Маккоун, «человек со стороны», который не имел ни оперативного (разведывательного), ни военного опыта. Однако он находился в сравнительно близких отношениях с братьями Кеннеди.
Провалом ЦРУ незамедлительно воспользовался министр обороны США Р. Макнамара. По его предложению в США 1 октября 1961 года была создана ещё одна разведывательная служба – Разведывательное управление министерства обороны (РУМО). Главной причиной создания РУМО, конечно, было завершение реформы вооружённых сил США. До этого в США у каждого вида вооружённых сил имелись разведывательные службы, добывавшие сведения в интересах командования армии, ВВС и флота. Теперь к ним добавился центральный орган военной разведки. Министр обороны Макнамара хотел избавиться от информационной монополии ЦРУ и этого добился. Начальником РУМО был назначен генерал-лейтенант Джозеф Ф. Кэрролл.
Несмотря на провал ЦРУ в заливе Кочинос, в Вашингтоне не отказались от планов свержения режима Ф. Кастро. В ноябре 1961 года Дж. Кеннеди подписал директиву о подготовке и проведении новой тайной операции против Кастро, которую было поручено организовать ЦРУ. Помощь разведке должны были оказать министерство обороны и государственный департамент. В ЦРУ эта операция получила кодовое наименование «Мongoose». Ответственным за проведение этой операции был назначен Эдвард Лансдэйл. Непосредственным куратором операции – Роберт Кеннеди.
Проведение новой операции по свержению режима Ф. Кастро на Кубе, видимо, обсуждалось в Белом доме в конце апреле 1961 года, то есть сразу же после провала ЦРУ в заливе Кочинос. Вероятно, именно поэтому 9 мая 1961 года Р. Кеннеди во время встречи с Г. Большаковым назвал кубинский вопрос «мёртвой проблемой». Он не сомневался в успехе американского «Мангуста».

Для координации проекта «Мongoose» в Вашингтоне была создана специальная межведомственная группа из представителей ЦРУ, госдепартамента, министерства обороны и некоторых других ведомств. В ЦРУ в рамках этого проекта была создана спецгруппа «W», в состав которой входило около 400 штатных сотрудников. Роберт Кеннеди занял в отношении Кубы жёсткую позицию. На проведение операции «Мongoose», по его словам, «нельзя жалеть ни денег, ни времени, ни усилий».
План операции «Мongoose» состоял из двух этапов. Первый – август–сентябрь 1962 года – подготовка и инициирование антикастровского «повстанческого» движения на Кубе. Второй – октябрь 1962 года – организация восстания на Кубе, поддержка его Соединёнными Штатами и свержение правительства Ф. Кастро.
Важным условием успеха операции считалось создание агентами ЦРУ на территории Кубы подпольных организаций, которые должны были инициировать вооружённое восстание на острове и затем обратиться к правительству США с просьбой оказания помощи в борьбе против режима Кастро.
Операция «Мongoose» должна была завершиться в октябре–ноябре 1962 года. Накануне очередных выборов в конгресс в ноябре 1962 года такая акция должна была активизировать избирателей, принести победу Демократической партии, что укрепило бы положение Дж. Кеннеди в американской системе власти.   
Добыла ли советская разведка сведения об операции «Мongoose»? Как утверждает министр обороны СССР Д. Язов в своей книге «Карибский кризис», изданной в 2006 году, «в Москве знали об этих планах и приготовлениях». Попробуем конкретизировать это утверждение.
В 1962 году в состав советской разведки входили две самостоятельные разведывательные службы, которые занимались разведывательной деятельностью за рубежом. Первая – Главное разведывательное управление Генерального штаба Вооружённых Сил СССР. Вторая – Первое главное управление Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР.
Советская военная разведка (ГРУ) в 1961-м – начале 1962 года получила значительное количество сведений, раскрывавших замыслы американской администрации в отношении Кубы. В частности, в июне 1961 года резидент ГРУ сообщил в Центр из Вашингтона о том, что среди генералов и офицеров вооружённых сил США провал вторжения на Кубу вызвал большое недовольство кругами, которыми была организована эта операция. Большинство офицеров и генералов считает, что это была наивная и опасная авантюра, подорвавшая авторитет США.
36-19-10-12Объединённому комитету начальников штабов и ЦРУ дано указание тщательно готовиться к новому вторжению на Кубу. Одновременно с этим государственный департамент США получил указание проводить мероприятия против Кубы в политическом, экономическом и информационном отношениях, с тем чтобы вызвать недовольство населения Кубы правительством Кастро.
29 августа 1961 года резидент ГРУ, действовавший в Нью-Йорке, сообщил в Центр о том, что, «по данным агента «Д», «правительство США умышленно раздувает берлинский вопрос, чтобы создать напряжённую обстановку в Европе и под прикрытием этой обстановки завершить подготовку к интервенции на Кубу с целью свержения режима Фиделя Кастро».
В 1961–1962 годах советская военная разведка имела своих разведчиков в ряде стран Латинской Америки. На территориях некоторых из них инструкторы ЦРУ занимались формированием отрядов из кубинских беженцев и их военной подготовкой. Сведения об этих отрядах также поступали в штаб-квартиру ГРУ.
В этот же период времени командование Главного разведывательного управления наладило взаимодействие с военной разведкой кубинских вооружённых сил. Кубинские разведчики проходили ускоренную подготовку в учебных заведениях ГРУ и уже в начале 1962 года вполне профессионально, а главное, активно решали разведывательные задачи, связанные с добыванием сведений о тайных планах правительства США против Кубы.
Военный атташе полковник В.И. Мещеряков, действовавший на Кубе, получал достоверные сведения от кубинских разведчиков, имевших своих агентов в США и в странах Латинской Америки. К маю 1962 года в ГРУ сложилось чёткое представление о том, что США готовят в качестве наёмников кубинских беженцев, которым и предстояло стать первым эшелоном вторжения, поддержанным затем подразделениями регулярной армии США.
Ценные сведения смогли добыть и разведчики Первого главного управления КГБ. 21 февраля 1962 года первый заместитель председателя Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР генерал-полковник П.И. Ивашутин направил в ЦК КПСС, министру иностранных дел СССР А.А. Громыко и министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Р.Я. Малиновскому докладную записку. Ивашутин сообщал: «По данным из кругов американского конгресса, Соединённые Штаты планируют спровоцировать правительство Кубы на такие действия, которые позволили бы американцам осуществить против Кубинской Республики военную операцию и быстро, не более чем за одни сутки, покончить с правительством Ф. Кастро».
И далее: «Военные специалисты США разработали план операции против Кубы, который, по тем же данным, поддерживает президент Кеннеди. Согласно этому плану, основной удар по Кубе предполагается нанести с американской военной базы Гуантанамо при поддержке кораблей военно-морского флота, находящихся в Карибском море. Действия наземных сил будут поддерживаться военно-воздушными силами, базирующимися во Флориде и Техасе…»
Ценные сведения, свидетельствовавшие о подготовке агентами ЦРУ свержения режима Кастро, поступали в Москву и от военных разведок Польши и Чехословакии.
В целом советское руководство и командование Вооружённых Сил СССР получило в начале 1962 года достоверные сведения о том, что в США планируют в ближайшие месяцы повторить попытку свержения правительства на Кубе. Об этом свидетельствует и выступление Н.С. Хрущёва в кубинском посольстве в Москве. Поздравляя представителей Кубы с очередной годовщиной революции, Хрущёв сказал: «Тревожные вести приходят сегодня с Кубы, вести о том, что наиболее агрессивные американские монополисты готовят прямое вторжение на Кубу. Более того, они стремятся представить ситуацию таким образом, будто на территории Кубы Советский Союз планирует установить или уже разместил свои ракетные базы…»
Этот факт говорит о том, что уже в январе 1961 года Хрущёв что-то знал о планах американской администрации, направленных против Кубы и ее руководителей. Из содержания этого выступления, которое прозвучало 2 января 1961 года, напрашивается неожиданный вывод – идею создания на Кубе группы советских войск подсказали Хрущёву сами американцы. В 1962 году Хрущёв этой идеей воспользовался.
Так или иначе, но, учитывая сведения ГРУ и КГБ о нарастании угрозы Кубе со стороны США, политическое руководство СССР 18 мая 1962 года приняло решение об оказании правительству Ф. Кастро военной помощи. Министерству обороны СССР и Генеральному штабу было поручено срочно подготовить расчёты по переброске советских войск на Кубу, определить необходимые меры безопасности и секретности.
24 мая 1962 года группой генералов и офицеров Генерального штаба, которой руководил генерал-майор А.И. Грибков, была завершена разработка плана «Анадырь». Его утвердил министр обороны Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский. План был доложен членам Президиума ЦК КПСС. Решение: мероприятие «Анадырь» утвердить целиком и единогласно; резолюция: «Документ хранить в Министерстве обороны. По получении согласия Ф. Кастро его утвердить».
Для переговоров с Ф. Кастро на Кубу была направлена делегация. В её состав входили главнокомандующий Ракетными войсками стратегического назначения Маршал Советского Союза С.С. Бирюзов и другие ответственные лица. Возглавил делегацию Ш.Р. Рашидов, первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана.
План развёртывания Группы советских войск на Кубе предусматривал сосредоточение на острове Свободы до 44 тысяч военнослужащих (реальная численность советского военного контингента к концу сентября составила 41 тысячу человек), развёртывание 51-й отдельной ракетной дивизии в составе пяти ракетных полков (всего пусковых установок ракет Р-12 и Р-14 – 40), двух полков фронтовых крылатых ракет по 8 пусковых установок в каждом и к ним 80 ракет в ядерном снаряжении. Планировалось разместить на Кубе три дивизиона ракет «Луна» по 2 пусковые установки в каждом, а также перебросить на Кубу бомбардировщики Ил-28 с соответствующим количеством для них атомных бомб. Была предусмотрена переброска и другой военной техники.
Главной задачей Группы советских войск на Кубе было «обеспечение совместной обороны Республики Куба и Союза ССР».
Создание Группы советских войск на Кубе было одобрено кубинским правительством. Вскоре был подготовлен секретный советско-кубинский договор. Командующим ГСВК был назначен генерал армии И.А. Плиев.
Решение о размещении на Кубе Группы советских войск было принято. Впервые после размещения американских ракет «Юпитер» и «Тор» в Турции, Италии и Великобритании советские ракеты средней дальности Р-12 и Р-14, размещённые на Кубе, могли увеличить стратегические возможности Советского Союза. Размещение советских войск на Кубе преследовало исключительно оборонительные цели. И оружие, которое направлялось на Кубу, имело в связи с целью его размещения сугубо оборонительный характер – сдержать, не допустить агрессии.

Важно было организовать и провести операцию «Анадырь» так, чтобы о ней раньше времени не узнала американская разведка – ЦРУ и РУМО. Вряд ли РУМО успело за короткий срок своего существования создать резидентуры на Кубе. Однако в Москве не без основания считали, что ЦРУ имело свои тайные агентурные группы на территории острова Свободы. Предстояло выявить их и нейтрализовать. Эту задачу было поручено решить начальнику Управления военной контрразведки  КГБ, которой руководил генерал-майор А.М. Гуськов.
В ночь с 13 на 14 июля 1962 года на теплоходе «Латвия» группа советских военных контрразведчиков, которой командовал контр-адмирал А.Тихонов, прибыла на Кубу. Вместе с кубинскими органами безопасности, с которыми Тихонов наладил тесное взаимодействие, контрразведчики начали проводить оперативные мероприятия, направленные на выявление и нейтрализацию на Кубе американских агентов. Вскоре удалось зафиксировать работу в эфире агентурного передатчика, который работал в особом режиме и действовал около секунды. Контрразведчики запеленговали этот передатчик и захватили с поличным резидента ЦРУ Клемента Инклана. У него были изъяты сверхбыстродействующий передатчик, автоматический шифратор новейшей модификации, средства тайнописи, два пистолета «Браунинг», фотоаппарат «Минокс», фальшивые документы, авторучка-пистолет и 14 тысяч золотых песо.  
Была раскрыта и крупная нелегальная подрывная организация, которая именовалась «Дивизией Нарцисса Лопеса». Руководители этой организации поделили Кубу на семь зон, во главе каждой из которых был назначен резидент. В ходе операции по ликвидации «Дивизии Нарцисса Лопеса» было захвачено 237 заговорщиков, выявлены девять складов оружия, большие суммы денег в долларах и золотых песо.
Тем временем в советских портах скрытно осуществлялась погрузка на морские суда личного состава, боевой техники, оружия, медикаментов, продовольствия. Погрузочные работы проводились в ночное время. Вся система управления войсками осуществлялась устными распоряжениями, что исключало утечку сведений. Все военнослужащие были одеты в штатскую одежду.
После окончания сосредоточения на Кубе советских войск (или по мере необходимости) предполагалось направить на Кубу (ориентировочно в сентябре 1962 года) с дружеским визитом эскадру надводных кораблей Военно-морского флота под командованием вице-адмирала Г.К. Абашвили и эскадру подводных лодок.
В сентябре 1962 года директор ЦРУ Джон Маккоун доложил президенту США Дж. Кеннеди: «…После всестороннего обсуждения и исследования американская разведка пришла к заключению, что Советский Союз не намерен превращать Кубу в стратегическую базу… Так как знает, что риск репрессивных мер со стороны США слишком велик…»
37-19-10-12Согласно этой оценке ЦРУ, правительство Кубы не имело сил, которые могли бы помешать реализации плана операции «Мongoose».
8 сентября из Вашингтона резидент ГРУ сообщил в Москву: «…Президент Кеннеди обратился к конгрессу с просьбой предоставить ему право призвать на действительную службу из резерва всех видов вооружённых сил 150 тысяч человек на период не более года. Это мероприятие объясняется «усилением военного потенциала Кубы коммунистами и другими признаками обострения международной напряжённости».
Обращение президента в конгресс получило поддержку руководителей Демократической и Республиканской партий. 10 сентября резидент ГРУ сообщил начальнику военной разведки: «…Руководители партий «заверили, что конгресс охотно утвердит этот законопроект на следующей неделе».
Подготовка операции «Мongoose» вступила в завершающую стадию.


Провал в Нью-Йорке


В начале сентября 1962 года представители Республиканской партии в американском конгрессе собрали материалы, свидетельствовавшие о переброске советских военных грузов на Кубу. Утечка этих сведений происходила из структур американской разведки, где было немало противников Дж. Кеннеди. Республиканцы высказали предположение о возможном размещении на Кубе советских ракет. В США в этот период времени проводились активные испытания новых ракетных систем. «Ракетная тема» постоянно присутствовала на страницах ведущих американских газет.
Поэтому утверждения о советских ракетах на Кубе – не достоверная информация американской разведки, а предположение журналистов, которые с большим удовольствием сообщали о достижениях американской ракетостроительной промышленности и создании суперсовременных по тем временам межконтинентальных баллистических ракет «Минитмен-1» и «Титан-2».
Республиканцы подвергли Дж. Кеннеди резкой критике. Будучи уверенным, что ему удастся не допустить размещения советских ракет на Кубе, Дж. Кеннеди решил выступить с заявлением. 4 сентября он пригласил полтора десятка конгрессменов на встречу, посвящённую кубинскому вопросу. Цель встречи – показать, что администрация в курсе всех событий, происходящих на Кубе. «Факты свидетельствуют, – заявил Кеннеди, - что Хрущёв строит на Кубе оборонительные объекты и ничего более».
После этого президент поручил своему помощнику Пьеру Сэлинджеру зачитать заявление президента на пресс-конференции, организованной в тот же вечер. В заявлении указывалось: «В последние четыре дня из разных источников в правительство США поступала информация, которая, без сомнения, свидетельствует, что русские предоставили кубинскому правительству целый ряд противовоздушных оборонительных ракет с радиусом действия 25 миль, подобных первым моделям наших ракет «Найк». Белый дом заверяет американский народ, что администрация держит этот вопрос под контролем и будет продолжать знакомить общественность с новой информацией немедленно по мере её поступления и после тщательной проверки».
Заявление Кеннеди было доложено Н.С. Хрущёву 5 сентября, когда он находился на отдыхе в Пицунде. Операция «Анадырь» ещё не завершилась. Перевозимые вооружения, в том числе и ракеты средней дальности, ещё не были развёрнуты на Кубе. Предстояло предпринять какие-то меры, которые могли бы позволить завершение создания стартовых позиций для ракет Р-12 и Р-14.
Для решения этой сложной проблемы у Хрущёва имелось только две возможности.
Первая – ускорить завершение операции «Анадырь» и усилить Группу советских войск на Кубе.
Вторая – успокоить американского президента, сообщив ему о том, что советское правительство не имеет планов нападения на США.
Для передачи этого сообщения американскому президенту Хрущёв мог использовать возможности нового советского посла в Вашингтоне Анатолия Добрынина, который приступил к выполнению своих обязанностей в американской столице 15 марта 1962 года. Но Хрущёв предпочёл использовать известный ему неофициальный канал. В тот же день начальник ГРУ получил из Пицунды указание выяснить, где находится полковник Большаков.
Большаков находился в Москве в очередном отпуске. По указанию начальника ГРУ он срочно вылетел в Пицунду, где был представлен Хрущёву. В ходе беседы Большаков доложил об обстановке в Вашингтоне, о его встречах с Робертом Кеннеди, сообщил, что в конце сентября вылетает в американскую столицу. Хрущёв поручил Большакову встретиться с Робертом Кеннеди и сообщить ему, что Советский Союз не размещает на Кубе наступательное оружие.
11 сентября в московских газетах было опубликовано Заявление ТАСС, в котором говорилось, что советское правительство «осуждает ведущуюся в США враждебную кампанию против СССР и Кубы». Было подчеркнуто, что «сейчас нельзя напасть на Кубу и рассчитывать, что это нападение будет безнаказанным для агрессора».
Завершив свой отпуск в Москве, Большаков отправился в Вашингтон. Тем временем в США происходили чрезвычайные события.
15 сентября резидент ГРУ в Вашингтоне сообщил в Центр о том, что сенат единогласно одобрил закон, предоставляющий право президенту США призвать 150 тысяч резервистов и задержать на службе на срок до 12 месяцев офицеров и солдат, которые находились на военной службе, если этого потребует развитие обстановки на Кубе, в Берлине и других районах. Срок действия этого закона – до 28 февраля 1963 года.
В донесении также сообщалось о том, что министерству обороны США разрешено приступить к вербовке добровольцев в вооружённые силы США из числа кубинских эмигрантов.
21 сентября президент Дж. Кеннеди по просьбе министра обороны США Р. Макнамары санкционировал активизацию полётов американских разведывательных самолётов У-2 над Кубой. Об этом военные разведчики незамедлительно сообщили в Москву.
Военные приготовления США против Кубы, видимо, потребовали усиления деятельности американской контрразведки против советских разведчиков в Вашингтоне и Нью-Йорке. Возможно, такие меры предусматривались планом операции «Мongoose» на её завершающей стадии. Видимо, так оно и было.
28 сентября в 23.00 в Нью-Йорке агентами ФБР были задержаны советские дипломаты Иван Выродов и Евгений Прохоров. Задержание произошло во время встречи разведчиков с гражданином США Корнелиусом Дрюмондом. У арестованного Дрюмонда агенты ФБР нашли атташе-кейс с секретными документами. При обыске дипломатов было обнаружено новое задание агенту. Выродова и Прохорова обвинили в незаконной деятельности на территории США.
29 сентября газета «Нью-Йорк таймс» опубликовала статью об аресте агентами ФБР американского моряка Дрюмонда. Газета «Нью-Йорк миррор» поместила заявление директора ФБР об аресте Дрюмонда и двух советских разведчиков. В некоторых газетах были опубликованы фотографии Дрюмонда, Выродова и Прохорова в момент их обыска в отделении ФБР.
Выродову и Прохорову было предложено покинуть территорию США. На сборы было предоставлено 48 часов.

Газета "Красная Звезда", 19.10.12г. (окончание следует)
Голосов пока нет

9 марта - День рождения Юрия Гагарина. Малоизвестное интервью в поезде для финской телекомпании

Голосов пока нет

«Гюрзу» еще раз представят к званию Героя России

«Гюрзу» еще раз представят к званию Героя РоссииОдин из самых известных участников первой войны в Чечне, командир «бешеной» роты спецназа 166-й мотострелковой бригады подполковник Алексей Ефентьев, известный по позывному «Гюрза» и фильму «Чистилище», будет представлен к званию Героя России. Представление направит командующему ВДВ Владимиру Шаманову Союз десантников России, сообщил «Известиям» председатель этой организации Павел Поповских.

— Письменное предложение по представлению на присвоение подполковнику запаса Алексею Ефентьеву звания Героя России я Владимиру Анатольевичу Шаманову положу на стол к 14 сентября, когда у нас с ним будет встреча. Ефентьев — настоящий воин и достоин этого звания. В общем-то, благодаря таким солдатам Россия сохранила свои границы, — пояснил Поповских «Известиям» причину представления.

Примечательно, что «Гюрзу» к званию Героя России представляли трижды, но каждый раз представление зависало в различных инстанциях. Как рассказал «Известиям» военный журналист Владислав Шурыгин, первый раз звание Героя Ефентьеву должны были дать в 1996 году за освобождение Координационного центра в Грозном, в котором оказались блокированы несколько журналистов (в том числе Шурыгин) и начальников грозненской милиции.

— Представление написал начальник центра генерал Внутренних войск Павел Голубец. Однако, тогда генерал Александр Лебедь мирился с боевиками, и последовало негласное указание все награждения остановить, — говорит Шурыгин.

Второй раз в 1996 году за сразу несколько эпизодов Ефентьева представили к званию Героя командиры 166-й бригады Сергей Цыганков и сменивший его на этом посту Николай Переслегин, который в 2013 году был начальником штаба Южного военного округа.

Как рассказал «Известиям» Переслегин, представление было подписано в командовании Объединенной группировке войск и сил, но потом затерялось в кабинетах Минобороны.

— Я знаю, что из округа оно ушло, а что с ним дальше было, нам же не докладывали. Из округа представление ушло в Главное управление кадров, а оттуда — в наградной отдел администрации президента, — пояснил Переслегин.

Он подчеркнул, что «двумя руками за» присвоение Ефентьеву звания Героя.

В 1998 году к званию Героя России «Гюрзу» представлял тогдашний командующий 20-й армией, в которую входила 166-я бригада, Владимир Шаманов. Однако, по словам Шурыгина, замрукводителя администрации президента Александр Волошин, курировавший наградной отдел, не поверил, что один человек совершил так много подвигов, и вычеркнул Ефентьева из списков, добавив, что, к тому же, «это дело прошлое».

Шурыгин добавил, что последний раз попытка представить «Гюрзу» к званию Героя предпринималась в 2008 году, но подполковника из списков вычеркнули, мотивируя опять-таки тем, что со времен его подвигов прошло слишком много времени.

С 1999 по 2000 год подполковник Ефентьев служил командиром группы KFOR (англ. Kosovo Force  — Международные силы под руководством НАТО, ответственные за обеспечение стабильности в Косово) в составе Российского воинского контингента, был комендантом аэропорта в Слатине. Вышел в запас в 2000 году. Сегодня Алексей Ефентьев является генеральным директором ООО «Донское» в Воронежской области. Женат, растит троих сыновей и дочь. 1 октября Алексею Ефентьеву исполнится 50 лет.

Режиссер Александр Невзоров, снявший фильм «Чистилище», считает, что звание Героя Ефимцеву тормозили из-за его неуживчивого характера.

— Он очень неудобный, языкастый, самостоятельный, много хамивший генералитету, полковникам, подполковникам — всем. Не было человека, которому Ефентьев бы не надерзил. Причем он это делал достаточно остроумно всегда. Вот эти военнослужащие, которые выросли под тяжестью погон, они же всегда могут мстить одним и тем же образом, — они  тормозят  продвижение по службе, присвоение награды и т.д.

Сам Ефентьев не скрывает, что о звезде Героя мечтает с детства.

— Когда мы все были мальчишками, мы все хотели быть первыми. Мы воспитывались на этой тематике. Отец мой был офицер, постоянно торчал у солдат в клубе, там всё время говорил о Великой Отечественной войне, о героическом, и эта мечта мальчишки сохранилось до сих пор. То, что у меня получалось и за что представляли, — это тоже оттуда. Учась на книгах, фильмах и истории советского народа, мы были более морально подкованы, более уперты. Было бы неплохо, если бы эта мечта сбылась.

При этом «Гюрза» подчеркнул, что это звание намного нужнее его сыновьям и подчиненным.

— Я знаю, что мои бойцы были бы рады. Потому что они гордятся, что служили со мной, а я горжусь, что служил с ними. Я их люблю в три раза больше, чем они меня. Они это тоже заслужили. Как на это посмотрит нынешняя власть, я не знаю, но я очень признателен и Павлу Яковлевичу Поповских, с которым «одной крови» — оба разведка, хоть и разных видов войск, и Владимиру Анатольевичу Шаманову — Деду, с которым мы вместе служили.

Сам Владимир Шаманов был более сдержан в оценках и попросил не забегать вперед.

— Конечно, я его помню. Но не надо никому о нём напоминать! Я считаю, что не надо прошлое ворошить. Ни к чему это. Человек занимается своим делом, и пусть занимается, — сказал «Известиям» Шаманов, добавив, что будет изучать вопрос о представлении «Гюрзы», когда увидит документы.

izvestia.ru
Голосов пока нет

«Мы служим в разведке не год и не два…»

Среди военных разведчиков крылатым считается выражение: «В разведку приходят раз и навсегда». Авторство этой фразы принадлежит генерал-полковнику Фёдору Ивановичу Ладыгину, который в 1992–1997 годах был начальником Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооружённых Сил России.

Девяностые годы минувшего столетия были далеко не лучшими для нашего народа и нашей страны. Многие наши соотечественники воспользовались предоставленной свободой предпринимательства, не задумываясь о перспективах, рванулись на поиски удачи. Не были исключением и некоторые офицеры Вооружённых Сил России. Именно тогда, обращаясь к молодым разведчикам, Фёдор Иванович и произнёс эти слова. Он вложил в них и историческое предназначение военной разведки, и особую привлекательность разведывательной службы для смелых, умелых и находчивых граждан России, и особое уважение военных разведчиков к избранной ими профессии.

Несомненно, велико было желание начальника ГРУ в тех непростых жизненных условиях сохранить кадры военной разведки. Это было крайне необходимо. Тогда военная мощь России была ослаблена. Поэтому разведка должна была проявлять особый профессионализм и настойчивость, чтобы максимально обеспечить ещё не окрепшее руководство нового государства сведениями военного и военно-политического характера, которые были необходимы для защиты государственных интересов, суверенитета и территориальной целостности страны.
Абсолютное большинство офицеров военной разведки оказались верными своему воинскому долгу и своей профессии. Они остались в её строю и  продолжили решать сложные разведывательные задачи. Сведения, которые добывали военные разведчики, как и в годы Великой Отечественной войны, были очень востребованы. Они способствовали укреплению России, оказавшейся в новых геополитических, военных и экономических условиях.

Говорят, что любить Отечество, когда оно находится в зените славы, легко и приятно. Значительно труднее проявлять свою любовь к Отечеству, когда оно оказывается в трудном положении. Военные разведчики в годы после развала СССР продолжали и продолжают служить России честно и самоотверженно. Возможно, именно поэтому в мае 2006 года впервые в истории отечественной  военной разведки был учреждён профессиональный праздник – День военного разведчика.

Русской военной разведке 200 лет


Служба в военной разведке – это трудная работа и уникальная возможность послужить Отечеству на одном из наиболее сложных его рубежей. Вызовы и опасности, с которыми разведчики сталкиваются в своей  повседневной жизни и деятельности, требуют от них постоянной готовности к действиям в экстремальных условиях. Психологическая нагрузка велика. Ответственность – тоже. Не каждый может с ней справиться.
Служба в военной разведке – это и почётное право защищать свою Родину в сложнейших условиях, которые и в мирное, и в военное время практически одинаковы.
Сегодня военная разведка России – это сложная система разведывательных органов, которые действуют непрерывно и отвечают за добывание достоверных сведений, необходимых для обеспечения безопасности страны, своевременного принятия мер, адекватных новым угрозам и вызовам. Решают эти задачи военные разведчики. Поэтому главным достоянием отечественной военной разведки, источником всех её больших и маленьких побед являются, как и прежде, военные разведчики.

Во все времена они своим незаметным, но незаменимым трудом обеспечивали безопасность России, стремились предупредить руководство страны и командование Вооружённых Сил о возникновении внешних военных угроз. В разные века военных людей, которые занимались добыванием сведений о «землях, где война происходит», называли просоками, соглядатаями, конфидентами, сторожеставцами, военными агентами.

Смоленское сражение, 17 августа 1812 года


В начале ХХ века утвердилось понятие «военный разведчик». Но не в названии профессии её суть. Суть - в умении военных разведчиков добывать достоверные сведения о противнике. В 1812 году, например, русские военные агенты действовали в столицах ряда европейских государств. Они смогли правильно оценить армию Наполеона, понять его замысел войны против России.
Молодой сотрудник Особенной канцелярии, которая явилась первым центральным органом отечественной военной разведки, подполковник П.А. Чуйкевич подготовил доклад «Патриотические мысли, или Политические и военные рассуждения о предстоящей войне между Россией и Францией». В этом уникальном докладе молодой, но проницательный сотрудник русской военной разведки правильно оценил стратегию Наполеона, аргументированно предложил варианты действий  войск русской армии в войне с французами. Предложения подполковника оказались ценными, были одобрены императором Александром I и легли в основу действий русской армии, которая в конечном итоге добилась победы,  разгромив армию Наполеона.

В годы русско-турецкой войны исключительную храбрость, смелость и настойчивость при выполнении задач, связанных с добыванием разведывательных сведений о противнике, проявил полковник русской армии Пётр Дмитриевич Паренсов. Оценивая результаты его разведывательной деятельности, начальник Главного штаба русской армии генерал Н.Н. Обручев писал: «Никогда ещё данные о турецкой армии не были столь тщательно и подробно разработаны, как перед минувшей войной, и эта работа в течение всей зимы (1876–1877 гг. – Прим. авт.) исполнялась столь успешно, что при открытии войны расположение турок было известно почти батальон в батальон».

Смелость, находчивость, инициатива – вот качества, которые всегда были присущи разведчикам не только русской, но и Советской Армии. В годы Великой Отечественной войны военные разведчики совершили множество славных дел, ставших образцами  мужества и самоотверженности при выполнении сложных разведывательных  заданий. За подвиги, совершённые в годы войны, 591 военный разведчик стал Героем Советского Союза. Среди них – Зоя Космодемьянская, Вера Волошина, Виктор Леонов, Фёдор Кравченко, Елена Мазаник, Мария Осипова, Иван Банов, Николай Фёдоров и другие. За выдающиеся результаты в разведывательной деятельности в годы войны звание Героя России было присвоено полковнику Артуру Александровичу Адамсу, рядовому Жоржу Абрамовичу Ковалю и вольнонаёмному Яну Петровичу Черняку. Имена этих военных разведчиков теперь хорошо известны: они добыли ценные сведения об американском и английском атомных проектах, чем ускорили создание в СССР отечественного атомного оружия.
Не всегда имена военных разведчиков становятся известны широкой общественности. Для этого необходимы чрезвычайные обстоятельства или особые уважительные причины.

Подполковник ЛУЧШЕВ Иван Иванович на фронтеВ канун Дня военного разведчика одному из ветеранов военной разведки исполняется 100 лет.  Имя этого человека – Иван Иванович Лучшев, генерал-майор, москвич, ветеран военной разведки. Он начал свою службу в Главном разведывательном управлении в 1944 году.
Иван Лучшев родился 4 ноября 1912 года в деревне Руденко Каширского района Московской области. После окончания  восьми классов средней школы работал  на Московском автозаводе имени Лихачёва, первым директором которого был Артур Александрович Адамс.
В 1932 году Иван Лучшев стал танкистом, принимал активное участие в Великой Отечественной войне, дважды был ранен, за мужество и храбрость, проявленные в боях с германскими захватчиками, награждён тремя орденами Красного Знамени, орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени.
В 1944 году танкист Иван Лучшев после окончания Высших разведывательных курсов Генерального штаба стал военным разведчиком. В Главном разведывательном управлении Лучшев проходил службу на различных должностях, неоднократно бывал в специальных зарубежных командировках. 22 февраля 1963 года ему было присвоено воинское звание генерал-майор.
Несмотря на 100-летний возраст, Иван Иванович бодр, любознателен и активен. Он с удовольствием читает военную литературу, активно обсуждает современные события, которые происходят в России и за её пределами. Во время нашей недавней встречи Иван Иванович Лучшев просил через  газету «Красная звезда» поздравить всех военных разведчиков России с профессиональным праздником и пожелал им успехов в работе, благополучия и долгих лет жизни. Уникальный человек. Время над такими не властно.

Генерал-майор ЛУЧШЕВ Иван Иванович 4 ноября 2012 года отметит 100 лет со дня рождения



В мае 2012 года в историю отечественной военной разведки была вписана ещё одна славная страница. Указом Президента Российской Федерации подполковнику Сергееву Евгению Георгиевичу за мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга, было присвоено звание Героя  Российской Федерации (посмертно).

Подполковник  Евгений Сергеев – человек удивительной судьбы. Он родился и вырос в семье офицера-десантника, более 23 лет прослужил в Вооружённых Силах, прошёл путь от командира группы до командира отряда специального назначения, принимал участие в боевых действиях на территории Демократической Республики Афганистан и в Чеченской Республике, где неоднократно проявлял героизм, мужество и отвагу при выполнении специальных заданий. Сергеев провёл множество успешных боевых операций. Он заслуженно считался одним из самых смелых и удачливых командиров. Товарищи по службе справедливо называли его легендой спецназа.

В ходе одной из операций подполковнику Сергееву и его боевым товарищам удалось захватить новейший по тем временам американский переносной зенитный ракетный комплекс «Стингер». Произошло это при следующих обстоятельствах. В 1986 году моджахеды стали активно применять переносные зенитные ракетные комплексы против советских самолётов и вертолётов. Авиация 40-й армии несла серьёзные потери. Необходимо было установить, какое именно оружие используют моджахеды против советской авиации, и добыть его образец. Требовалось не только установить тактико-технические характеристики этого оружия, но и выявить страну, которая тайно, в нарушение международных договорённостей поставляла это эффективное средство уничтожения  воздушных летательных аппаратов.

Майор Сергеев с боевыми товарищами (на фото - слева)


Разведывательная группа, которой командовал тогда ещё майор Евгений Сергеев, 5 января 1987 года успешно выполнила эту сложную задачу. В результате были получены ценный образец противоракетного комплекса, его документация и установлено, что это эффективное секретное оружие производится в США.
Спустя четверть века удалось воздать должное успеху военных разведчиков. К сожалению, сам герой не дожил до этого дня. Евгений Георгиевич умер 28 апреля 2008 года на 53-м году жизни после тяжёлой болезни от полученных ранений и контузий.
По поручению Президента Российской Федерации Золотую Звезду Героя России начальник Главного разведывательного управления генерал-лейтенант И.Д. Сергун передал вдове подполковника Сергеева Наталье Владимировне в присутствии их детей – сына Вадима, офицера Вооружённых Сил России, и дочери Екатерины.

Герой России подполковник СЕРГЕЕВ Евгений Георгиевич


Справедливости ради стоит заметить, что трое боевых товарищей, с которыми Е.Г. Сергеев выполнял боевую задачу по добыванию переносного зенитного ракетного комплекса «Стингер», также достойны такой высокой награды.

Среди военных разведчиков, отличившихся в «горячих точках» и в боях по защите интересов современной России, около 80 героев. Их имена ещё не известны нашим соотечественникам. По этому поводу можно высказать лишь сожаление. Но такова служба в военной разведке, которая в рекламе не нуждается и о подвигах своих лучших бойцов рассказывает крайне редко. Одно радует: герои у современной отечественной военной разведки есть. А это значит, что героические дела и летопись военной разведки России, о которой упоминается и в русских древних летописях, и в указах императоров, и в приказах верховных главнокомандующих, продолжается.

В стихах, посвящённых российской военной разведке, есть такие слова: «Мы служим в разведке не год и не два, не три пятилетки. Разведка - судьба».
Завидная судьба. Интересная и почётная работа. У нашей России надёжная разведка и самоотверженные разведчики, профессиональный праздник которых отмечается ежегодно 5 ноября.

Автор: Владимир Лота

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (3 оценки)

Анонс книги "Непокоренные высотой"

Катастрофа ИЛ-76 18 октября 1989 г. над КаспиемКнига Александра Гашина создается в память о катастрофе военно-транспортного самолёта Ил-76, перевозившего военнослужащих 8-й роты 217-го парашютно-десантного полка 98-й гвардейской воздушно-десантной дивизии.
18 октября 1989 года личный состав 8-й парашютно-десантной роты возвращался в место постоянной дислокации (г. Болград Одесской области, Украинская ССР) после выполнения задания в зоне армяно-азербайджанского конфликта.

Через 5 минут после взлета ночью на высоте 1 600 м разрушился, загорелся и отвалился двигатель №1. Его осколки пробили топливный бак, что привело к сильному пожару. При этом была выведена из строя система пожаротушения. Экипаж попытался вернуться на аэродром вылета. Катастрофическое развитие пожара привело к разрушению левого крыла. Самолет потерял управление и упал в Каспийское море в 1,5 км от берега через 11 минут после начала пожара. Погибли все находившиеся на борту — 9 членов экипажа и 48 десантников (пять офицеров, два прапорщика, один сержант и 41 рядовой).

   Я, Александр Гашин, 8 рота 217 ПДП 1988-90г. обращаюсь к Вам за помощью. Дело в следующем: мной написана и готовиться к изданию книга, которую я посвятил Подвигу экипажа самолёта ИЛ 76 и 8 роте 217 ПДП ВДВ, а также она будет посвящена чемпионату мира по футболу 2018г. в России. В апреле 2013г. я приглашён с книгой на международную книжную ярмарку в г. Алматы, где хочу начать рассказывать многим людям, новым поколениям о Подвиге экипажа и своих товарищей. Ситуация вынуждает ПРОСИТЬ ВАШЕЙ посильной помощи для издания книги. Могу ответить на любые Ваши вопросы. Пишите.
С уважением А. Гашин.          
Кто, если не мы? Вернее: НИКТО КРОМЕ НАС!

Контактная информация для связи будет размещена несколько позже. Предварительно, нужные контакты легко найти на сайте и в группе "одноклассники" Союза Десантников России.

   Для полноты картины читателям нашего сайта предлагаем ознакомиться с небольшими отрывками произведения, романа-посвящения "Непокоренные высотой". Обращаем внимание, что над созданием книги также трудятся:

Айдын Мамильянов - художник - иллюстратор.
Юрий Слатов - заместитель художественного руководителя  ансамбля «Голубые береты», Заслуженный артист Российской Федерации, полковник. Автор песни в Память об экипаже Ил-76 и 8 роты «Падала синяя птица». Написал к книге историю создания песни. Поддержал идею книги.
Петрий Ирина Николаевна (Андреева), оказывает огромную моральную поддержку и помощь в работе.
Дручинина Елена Ивановна, редактор независимой газеты "Одновременно".
Бессарабский Валерий Николаевич. В книге будут использованы отрывки из его песен. Певец, автор, и исполнитель многих стихов и песен о ВДВ. Лауреат всеукраинских и российских фестивалей, конкурсов песен.

От редакции сайта 1071g.ru  
 


* * * * *



Очень много раз я себе задавал вопрос:
«Для чего родился на свет я, взрослел и рос?»
Слова из песни Витаса «Звезда».

От автора.

     После трагедии 18.10.1989 года в моей душе (на всю жизнь) остались, слова мамы Адхамжона Кучкарова. Она назвала меня своим сыном. Долгие годы я думал: «А что ты можешь сделать для неё, для многих родных и близких погибших ребят, командиров, экипажа?» Всегда искал ответ. Думал: «Приеду в Болград. Посещу места былых лет, музей, знаковые места 217 полка. Возложу цветы к памятнику погибшим». И что-то мне всегда говорило: «Ты сделаешь другое. Не спеши». Пожалуй, расскажу всё по порядку. Я долго готовился к этому.
   
Сегодня 12. 08. 2012 года. Книга очень близка к полному завершению. На работе я говорю брату: «Старшой! Ты мне заменил отца и мать. Благодаря тебе я оказался в 8 роте. С твоей помощью я полюбил футбол, космос и многое другое, чему ты меня учил. Дай совет. Могу ли я рассказать обо всём?» Его ответ был положительным. Я не собираюсь что-то утверждать и доказывать. Буду просто рассказывать, рассказывать обо всём всё, что знаю, помню, и пережил.
    
Мне восемь лет. Однажды во сне я оказываюсь под кораблём инопланетной цивилизации. В тот момент я почувствовал некую могущественную силу и спокойствие. Подняв голову кверху, я увидел облицовку корабля, которая светилась разноцветными прямоугольными формами. Вокруг был свет и - ничего более. Но свет был не похож на обычный свет от солнца. Было ощущение того, что это всё искусственное. Позже, уже после службы в армии, в гражданской жизни, в разные годы я иногда задавал себе вопрос: «Это был сон или нечто другое?» После этого случая мой внутренний голос часто говорил: «Ты сделаешь в жизни так, как этого никто никогда до тебя не делал». Не понимая к чему это всё и не находя ответа, продолжал свой жизненный путь.
    
Лето 1986 года. Я весь в чемпионате мира по футболу в Мексике. Два игровых события очень сильно повлияли на меня. Одно из них: гол Д. Марадоны, забитый рукой в ворота англичан. На фото запечатлён момент, где в следующий миг великий футболист дотянется рукой до мяча и направит его в створ ворот. С того момента у меня и зародилась мысль о применении видеоповторов в игре. Чуть позже, также этим летом, я прослушивал  различные музыкальные произведения, одно из них осталось почему-то в душе. Это была песня группы «Би Джиз» «Трагедия». Позднее футбол и мелодия переплетутся в моей жизни и этой книге.
     Зима 1988 года. Мне 18 лет. Находясь у брата в квартире, я вышел покурить в подъезд. Вслед за мной вышла его супруга (она никогда не курила и не выходила на лестничную площадку, но тогда всё произошло именно так). У нас завязался разговор. Один из её вопросов запомнился на долгие годы в моём подсознании. Она спросила: «А что ты хотел бы сделать в жизни?» Я ответил мгновенно, не задумываясь: «Хочу написать книгу!» Почему я так ответил? Не знаю. Было какое-то предчувствие и желание написать, но что это будет за книга я даже не представлял.
    
Июнь 1988 года. Мне приходит третья повестка из военкомата с красной полосой. Я думаю: «Всё, пора, брат, в армию собираться». Меня направляют на службу в СА, в одно из подразделений ПВО под Ленинградом. Сделаны проводы. Проведена последняя ночь дома. Утром в районном военкомате дают военный билет и говорят: «Вклей фото в документ и езжай в областной военкомат». Выйдя из помещения, я подошёл к провожающему меня брату  и говорю: «Борис, нужно вклеить фотографию в военник, но у меня её нет». Он, не долго думая, достаёт портмоне. Покопавшись в нём, находит своё фото и со словами: «Только иди, родной, служить!» вклеивает его мне в военник. А ведь это называется подделкой документов. Скажу для ясности: «У нас с ним разница в 14 лет, и мы практически не имеем сходства, он похож на отца - я на маму. После всего этого оказываюсь в областном военкомате. Знакомлюсь с ребятами, с которыми иду служить в ПВО. Перед отбоем призывникам показали фильм «Бесконечная история». Это была сказка. Тогда я подумал: «Зачем нам эту сказку показывают?» А ведь в армии для меня всё произошло и закончилось как в сказке (это я пойму позже).
Ночуем в военкомате. Утром по селектору объявляют фамилии призывников нашей команды ПВО для построения и отправки к месту дислокации. Своей фамилии я не услышал. Ребята отправились на вокзал, а я подумал: «Раз нахожусь здесь, значит, куда-нибудь оформят».
Ближе к обеду по селектору меня вызывает к себе начальник военкомата. Зайдя в кабинет, я увидел его удивлённое лицо. После непродолжительной паузы он говорит, смотря на фото в военнике и переводя взгляд на меня: «Пойдёшь служить в ВДВ!». Вручая мне военный билет, он продолжает: «Смотри, там анаши не будет». Я ответил ему: «А мне без разницы: Афган, стройбат или ВДВ». Позже я понял смысл его слов. На фото брата был крепыш в возрасте 27ми лет. Я же в то время был худ, обросший и похож на повесу. Вот он и принял меня за наркомана. Так я оказался в команде, которая направлялась в ВДВ. Через день мы вышли из военкомата. Когда мы направлялись на вокзал светило солнце. На небе множество белоснежных облаков. Всё спокойно было. И вдруг… Всё резко меняется. Штормовой ветер склоняет верхушки деревьев.

Свинцовые тучи над нашими головами заслонили свет. Раздаётся гром и вслед за ним яркие вспышки молний. В этот момент начинается проливной дождь, который переходит в кратковременный град. Мы идём строем за командирами. Под руководством офицеров ВДВ наш строй не теряет своего порядка. Через короткий промежуток времени непогода стихает и вновь светит солнце. Уже, выжимая промокшую одежду, в здании вокзала пронеслась мысль: «Дождь - хорошая примета перед дорогой». После службы все солдаты алмаатинцы вернулись домой живыми и невредимыми.
     Начиналась служба с её изнурительным ритмом, который выдерживали не все. Однажды в карантине у меня сдали нервы, после чего был наказан весь алма-атинский взвод. Я сделал соответствующий вывод, и такого никогда больше не произошло. Я оказался в 8 роте 217 полка ВДВ, хотя и вспоминал много раз ту «маму». После гражданки нагрузки были порой запредельными. Начинались будни военной жизни. Однажды был эпизод. Это было в начале августа 1988 года. Весь полк прощался с разбившимся на прыжках товарищем. Идя в длинной веренице к клубу, где стоял гроб, я подумал: «Наверное, это не одна смерть, которую ты увидишь за время службы». После трагедии 18. 10. 1989 года я часто задавал себе вопрос: «Почему всё так произошло, и зачем ты так подумал?» В том же августе месяце, уже оказавшись в 8 роте, я всегда мечтал: «Хорошо было бы в конце службы снова оказаться в карантине, чтобы вспомнить, как начинал службу». Мечтал о том, чтобы уволиться из армии одним из первых, не шестеря при этом и не стуча на своих товарищей. Всё так и произошло, даже больше того, о чём я мечтал, несмотря на то, что один «охфицер» приложил все усилия к тому, чтобы не сбылись мои армейские мечты. Судьба или кто там ещё правил балом.
     После трагедии в нашу роту прибыл корреспондент окружной газеты. Он предложил мне писать о делах новой 8 роты. Я дал согласие, хотя и не выполнил своего обещания. В то время все помыслы были о доме, где я оказался спустя полгода.
     После демобилизации начиналась гражданская жизнь. Развал страны, в которую меня учили верить. Но? 18. 10. 1989 года оставило тяжёлый след в моей душе.
    

12
 
     Прошло не мало лет, когда я задал себе вопрос: «А что ты ещё можешь сделать в жизни?» Вспомнил детство: брат принёс домой одну книгу. Прочитав документальный рассказ о гибели «Титаника», я тогда был сильно поражен тем, что писатель М. Робертсон смог очень точно описать детали и будущую трагедию в водах Атлантики. Думал: «Как такое возможно?» Вспомнил и то, что всегда любил мечтать.
     В середине 2004 года я взялся за работу над фантастическим романом «Звёздная игра футбола», впоследствии переименованного в «Непокорённые высотой». Одной из причин, побудившей создать этот роман, были слова, сказанные мной летом 1985 года. Своим сверстникам я сказал следующее: «В 1986 году сборная СССР станет чемпионом мира по футболу!» Возможно, это и было бы, если бы великолепно созданный коллектив под руководством В. Лобановского не засудили в матче 1-8 финала. Мне захотелось написать свою историю к чемпионату мира по футболу 2006 года в Германии. Хотел удивить мир. Многие могут подумать: «Амбиции». На это я отвечу пословицей: «Какой солдат не мечтает стать генералом?». По ходу работы пытался придумывать что-то такое, чего на Земле ещё не было. Как-то придумал одному герою часы, которые заводятся от тепла человеческого тела. Рассказал жене. Проходит неделя - она зовёт меня к телевизору. По ТВ показывают, как такие часы японские учёные сделали. Пришлось историю с часами убрать из книги. Время шло, работа над романом набирала обороты. В голову приходили различные мысли, которые перекладывались на бумагу. В конечном итоге в феврале 2006 года работу закончил. Конечно, это был сырец, который нужно было очень скрупулезно обрабатывать. Я понял, что опубликовать уже не успею. Не долго думая, принялся за работу над продолжением первого романа. Решил сделать сюжет и т.д.
     Настал май 2006 года. За неделю до игр в Германии приходит вдохновение, я пишу ряд стихотворений на спортивную тему, которые позже помещу в этой книге.
     Весь мир ждал начала чемпионата мира по футболу в Германии. Покупаю газету. В ней наталкиваюсь на расписание матчей в группах с последующим выходом команд в стадию игр плей-офф, вплоть до финала. Начинаю отмечать в газете предположительные победу или поражение той или иной команды. Так добираюсь до финала, в котором по моему раскладу встречаются Испания и Италия. На самом деле в финале играли Франция и Италия. Победителем  называю Италию. Удивительное, что, когда, я наталкивался в газете на поединки итальянцев, закрыв глаза, я видел игру этой сборной образца 1982 года: их голубую спортивную форму маек, моменты радости итальянских игроков забивавших голы. Это был первый чемпионат мира, который я смотрел в детстве. Прихожу на работу и вывешиваю на стенку этот отрывок из газеты, где за неделю до начала чемпионата мира я назвал победителем сборную Италии. Многие смотрят и смеются. Правда, с окончанием турнира в Германии смешки закончились. Итальянцы выиграли.
     Время шло, но попыток к редактированию этого романа я не делаю. В 2007 году только немного его корректировал. Наступил 2008 год, у меня появился компьютер, и я сильно завис на сайтах Интернета. Затянуло, правда, о романах всегда говорил и дома, и на работе, потому что многое, о чём написал, начало напоминать о фантазиях в книге и их возможной реализации в реальной жизни.
     Предпоследними звонками того, что нужно продолжать работу над публикацией книги явилось произошедшее событие на зимней олимпиаде 2010 года в Канаде. Оно было описано мной в самом конце этой книги, а также строящийся стадион в Санкт-Петербурге, представляющий некое подобие супер-стадиона из этого романа. И главное на чём я хочу заострить внимание в книге - это внедрение в судейство видеоповторов.
     Все эти и многие другие события снова напомнили мне о книге. Последней каплей послужил чемпионат мира по футболу в ЮАР. Приведу ниже мою переписку в Интернете с одним человеком.

Болат  Етекбаев
* А как, по-вашему, будет на этот раз?
      21 декабря 2009 17:38
АЛЕКСАНДР ГАШИН
* Позже скажу, но не знаю, подтвердится ли.
      21 декабря 2009 17:40
Болат Етекбаев
* Испания?
      21 декабря 2009 17:40                                                                                                                                АЛЕКСАНДР ГАШИН
13
 

* Я думаю, чемпионом мира станет команда ранее не владевшая этим титулом. Испания тоже в этом списке.
      21 декабря 2009 17:49
* Не знаю почему, но я вижу красный цвет чемпионов. Это форма или ещё что-то не пойму. (После победы в финале игроки надели красные майки).
      21 декабря 2009 17:55
Болат Етекбаев
* Португалия, Дания, Швейцария рассматриваются?
      21 декабря 2009 18:14
АЛЕКСАНДР ГАШИН
* Я больше всего думаю, что Испания или Голландия! (Эти команды играли в финале 2010г.)
      21 декабря 2009 18:16
       
     Я не претендую на звание экстрасенса. Но думаю, уверен, что какая-то связь с событиями прошлых, нынешних, будущих дней и этим романом существует.
     К чемпионату мира по футболу 2010 года в ЮАР я пытался опубликовать роман и отправлял его (избранные и совсем неотредактированные главы) в некоторые издательства. Не получив ответа, немного разочаровался в надобности своего труда.
     Блуждая в Интернете и перерабатывая гигабайты информации, наткнулся на фантастический мультфильм "Галактический футбол" (его смотрели в 29 странах мира). Снят он по мотивам одноимённого рассказа Скотта Риглера. Новость о фильме снова вселила в меня уверенности.
     Середина декабря 2010 года. Я лежу на диване и смотрю прямую передачу из Цюриха, где решался вопрос о будущем хозяине чемпионата мира по футболу 2018 года. Хотя мы с женой заблаговременно знали, где пройдёт этот турнир (об этом я заранее написал Виктору Гусеву комментатору ОРТ), но пока этого не произнесли, волнение присутствовало. И вот представители России начали демонстрацию ролика про Сашу. Когда пошли первые кадры ролика, и прозвучали первые слова, мы переглянулись с супругой. Она в это время сидела у компьютера. Супруга знала этот роман не хуже моего (было дело, доконал её с ним). После просмотра ролика про Сашу смотреть было уже не интересно. Для нас всё было ясно. Получилось так, что и в ролике, и в моём романе всё произойдёт одинаково. 
     «Непокорённые высотой». Глава четвёртая: «День урок». Отрывок:                                                                                                                                                
     - Алекс! Малыш! Вставай! - будила своё чадо мать. Это я писал, вспоминая маму. И ролик про Сашу начинался с этих действий и слов.
     В январе 2011 года со мной происходит событие:
     В течение 19 лет, по нескольку раз в году, мне снилась трагедия, произошедшая 18. 10. 1989 года. А как увижу самолёт, набирающий высоту, всегда провожаю его взглядом. Отвечая себе на заданный вопрос: «Что ты можешь сделать для погибших?» я в 2009 году на сайте «Мой мир», на своей странице, создал видео и фотоальбомы под названием «Страницы Памяти Экипажа и 8 ПДР», где собираю и размещаю различный материал по данной теме. Из имеющихся дома армейских фото создал фоторолик. После этого сны о трагедии прекратились. Но мне казалось, что всего этого недостаточно. Повторюсь, с середины 2004 года я работаю над фантастическим романом о футболе. Именно с этого момента со мной стали происходить невероятные истории (выше приведены некоторые примеры).
     Когда я смотрел фильмы про 6 и 9 роты, то всегда думал: «Почему нет ничего про 8 роту, экипаж? Прошло столько лет, а о них ничего нет». Было обидно до глубины души. При работе над романом меня не покидала мысль: «А ты можешь написать книгу о 8 роте? Можешь сделать так, чтобы Память о погибших сохранилась на долгие годы? Рассказать многим людям, новым поколениям о том, что была такая рота, были такие ребята, экипаж?» И в одну из зимних ночей, в начале 2011 года, мне во сне приходит Н. Морозов, старшина срочной службы, погибший в авиакатастрофе. Он говорит: «Саня, вписывай наши фамилии в свой роман». И тут я решился сделать то, о чём долго размышлял и терзался. Когда я писал, у меня всегда были проблемы с фамилиями действующих лиц. После сна внутренний голос сказал: «Что ты мудришь? Тебе есть чьи фамилии вспомнить!» Я подумал: «А что в этом плохого? Пусть ребята участвуют и рассказывают об этой футбольной истории всему миру. Их нет с нами, но пусть через книгу они примут участие в наших делах нас, живых». Да! Сложная задача - совместить Память, футбол и фантастику. Ответственность огромна. В этот момент вспомнил слова
 

14
 
непобедимого, великого русского шахматиста А.А. Алёхина. Он говорил: «Безвыходных ситуаций не бывает!», а некая сила дополняла: «У тебя всё получиться! Ничего не бойся! И только вперёд!» У меня нет литературного образования. Нет многого, что необходимо писателям, поэтому, может, и книга написана не слишком выразительно. Но меня это не страшило. Было одно: огромное желание, порой вдохновение и неимоверный труд, десятки сотен часов работы с текстом и у компьютера в сети Интернета. Да… И многое начал осознавать. Главное для меня стало ясным - в дело Памяти можно внести свой вклад! Началась работа по внесению ребят в роман.
     Сергей Байков?!... Помню, как он рассказывал по ночам различные страшные истории. Многие из погибших и оставшихся в живых с замиранием сердца и дыхания слушали его рассказы из фильмов ужасов. Работая над книгой, я думал: «Серёга! Друг мой! Расскажи миру о стадионе, который вполне вероятно, смогут построить в будущем». Таким образом, он стал директором стадиона «Вселенная спорта». Если продолжать говорить о невероятности трагедии приведу доказательством последние слова Сергея, сказанные сослуживцу в самый канун гибели. Он говорил перед загрузкой в самолёт: «Мне приснился сон, что я никогда не вернусь домой. И очень плохое предчувствие». Он весь тот день был сам не свой.

     Ильдар Галивеев?!... «…11 октября гвардии ефрейтор Галивеев И.Н, выполняя приказ по оказанию помощи посту милиции, который блокировали хулиганствующие элементы, смело вступил в рукопашную схватку и обезвредил бандитов…» Короткие строки из наградного листа говорят о многом. В память о своём герое в его родной СОШ № 20 г. Салавата установлена мемориальная доска и открыт школьный музей. Также в его родном городе 25 04 2010 года на бульваре Салавата Юлаева был открыт мемориал, где фото и имя Ильдара находится в числе погибших воинов, участвовавших в различных боевых конфликтах.
     Вадим Воробьёв, Чингирхан Магомадов, Владимир Суслов?!... Помню о них не очень много, они были не с моего призыва. Думаю, что они имели свои планы на жизнь и вряд ли бы все остались служить в армии после срока службы. В этой связи я упомянул их авторами спортивных творений и изобретений.
     Фазлиддин Солиев?!... Собрав около тысячи сохранённых фото 8й роты и экипажа у меня оказался лишь только один его снимок. Фаза, так мы называли его, всегда был спокоен, чистоплотен и порядочен. Всё, что помню о нём, это его ответ, на заданный мною ему вопрос. По ответу было понятно, что он человек, способный постоять за себя. По эпизоду, оставшемуся в памяти, я знал, что он никогда не спрячется за спину другого, а если нужно, то всегда придёт на выручку. Я ничего не выдумываю, всё помню.
     Владимир Ананченко?!... Помню его как очень тихого и спокойного человека.
     Руслан Абазов?!... Когда я был в первом взводе, он был на должности командира отделения. Почему он везде числится рядовым, я только догадываюсь. Руслан был исполнителен и требователен как к себе, так и к своим подчинённым.
     Рамиль Исламгулов?!... Хотя он и старше меня, но пришёл в армию на полгода позже. В 8ю роту он попал после учебного центра. Я знал его не более пяти месяцев. Навсегда запомнил Рамиля, занимающего своё место в строю. Приведу короткие строки из наградного листа: «… 9 октября  гвардии ефрейтор Исламгулов Р.В. во время патрулирования у аэропорта лично, проявив мужество и героизм, задержал и обезвредил двух хулиганов, которые спровоцировали драку с милицией…»
     Племянник Рамиля Исламгулова рассказывает: «Я всем своим друзьям рассказываю про эту катастрофу, что у меня был такой дядя. У нас в Уфе есть памятник, где увековечены 4 десантника 8

15
 
роты из Башкирии. Бабушка до сих пор иногда читает письма, а вот дедушки уже нет».                         
     Александр Хазов?!... Глядя на фотографию, которую я хранил дома, часто его вспоминаю. И брата Павла, который после гибели Саши, пришёл служить в 8ю роту.
     Влад Мачитидзе?!... Из последнего письма гвардии ефрейтора Владимира: «Вот только недавно приехали мы с полевого выхода, а во вторник наш полк опять улетает в Баку... Будем мирных жителей защищать от всякой... Самолёты уже прилетели... Вот такие дела. Не успели приехать - и снова улетать. Как цыгане, кочуем по земле».
     Олег Мерзликин?!... Часто общаясь с ним, я запомнил его улыбку. Как и все ребята, он всегда справлялся со своими обязанностями и трудностями воинской службы. Вот и сейчас вспомнил один эпизод с его участием, и улыбнулся…
     Вячеслав Ровенко, Михаил Пастухов?!... Они были не из 8й роты. Пишу и думаю: «Почему в тот день наша рота летела не вся в одном самолёте. Ведь мы всегда летали вместе?» В очередной раз судьба внесла свои коррективы в историю этой катастрофы (сначала в этот самолёт было загружено другое подразделение, потом всё переигралось).
     В процессе работы я вспоминал о каждом из погибших, что осталось в моей памяти.
     Максим Болтушкин, Руслан Кутлугузин, Мурад Резник, Юрий Жуков, Владимир Гайдай, Сергей Рыбко?!... Невозможно вспомнить всего. Простите ребята, что так поздно и таким образом рассказываю о Вас. По собранным фотографиям я вспомнил практически все эпизоды с Вашим участием.
     Станислав Свинцыцкий?!... Перед этим человеком я низко склоняю голову.
     Александр Гуров?!...Лично я его не знал, но уверен, что в жизни он нисколько не уступал своему герою из книги.
     Сергей Витальевич Петров?!... Он был офицером и командиром от бога. Именно на таких, как он должны ровняться те, кто исполняет свой воинский долг, выбранный ими самими. 02 12 2011 года на здании СШ № 4 города Бор была открыта мемориальная доска. Летом 2012 года был показан документальный фильм о лейтенанте Петрове под названием «Дорога Памяти - Сергей Петров».
     Прапорщик Арсёнов?!... Юрий Николаевич всегда проявлял заботу о составе роты. Являлся нештатным фотокорреспондентом подразделения. Отчётливо помню его голос. Улыбнулся я сейчас… Вспомнил, как однажды он нас шуганул за некоторую шалость.
     Геннадий Байков?!... он был не из 8 роты. По отзывам о нём, прочитанным в сети Интернета, я понял, что его уважали многие. А самое главное, что не забыли и Помнят! Спасибо Вам, ребята!
     Игорь Стрелецкий, Паша Пузиков?!... Буду писать правду. Помню их эпизодически. Что могу сказать с уверенностью о них? Они выполняли свой долг, не уронив чести и достоинства, всегда справляясь с поставленными задачами.
     Валера Кульбицкий?!... Он был не из 8 роты. Его помнят многие сослуживцы из третьего батальона.
     Олег Васючков?!... Трудновато ему давались армейские нагрузки. Но при правильном и умелом командовании офицеров он справился с собой. А я тогда впервые увидел и понял смысл слов: «ВДВ своих не бросает!»
     Игорь Анатольевич Резниченко?!... Товарищ лейтенант! Помню Вас! Помню, как обучали военному делу. Помню, как справедливо наказывали и умело поощряли.
     Валера Шевченко?!... Отчётливо помню его голос, телодвижения, улыбку. Он был старше моего
призыва на полгода. Помню его по многим эпизодам ротной жизни.
    
16
 

     Станислав Морозов?!... у нас были одинаковые характеры. Всё, что помню о нём, сказал на страницах книги.
     По ходу сюжета фантастического романа я старался как можно лучше связать и рассказать в нём об истории установленного в городе Болграде, временного обелиска, а позже и памятника. Всегда старался напомнить читателям о трагедии, 8 роте и воздушно-десантных войсках. Это дань Памяти воинам десантникам, погибшим при исполнении воинского долга.
     Валера Мостовский?!... Валеру в роте уважали за трудолюбие и рвение в исполнении своих обязанностей. Позже я узнал следующее: «В канун трагедии он был избран комсоргом нашей роты». Когда я увидел в Интернете обращение его родителей к людям (оно опубликовано на последних страницах книги) то представил всю их боль и страдания.
     Чуйкин?!... Влад - так мы его всегда называли. Неординарный человек. Я чувствовал в нём качества лидера, умеющего сплотить вокруг себя людей. И в книге он занял место одного из главных героев. Это всё у меня получалось не специально. Позже понял, что жизнь сама многое расставляла и помогала мне в работе над книгой. Если вы, уважаемые читатели, обратите внимание на дату его рождения, то увидите её соответствие дате гибели. А теперь представьте всё… Всё в этом мире не просто так, и подтверждением этому служат слова, сказанные мне его супругой, Ольгой: «А я в ночь с 17го на 18е видела сон, утром бабушке своей рассказываю, а она мне говорит: «Никому не рассказывай, сон плохой». Так и получилось, сон в руку. А когда по ТВ передали, что самолёт разбился, я прямо заметалась по квартире, давай свёкру звонить, а он меня успокаивает, говорит: «Они же в Болграде, что им в Баку делать». Я к его родителям собиралась, и тут с военкомата пришли... Тогда мне казалось, что жизнь кончена. Я не представляла, как я буду без него. Если бы не дочь Яна, не знаю...»
     Евгений Николаевич Бородулин?!... Отличный политрук! Смотря фильм о 9й роте, всегда вспоминаю его.
     Вот уже на протяжении двух лет я просыпаюсь, бодрствую и ложусь спать, думая о них. Работая, смотрю на их фотографии. После паузы размышлений продолжаю работу. Думаю о родных и близких погибших, о тех, кто помог мне в написании книги. К сожалению, у многих людей остались в памяти только дата трагедии. Эти выводы я сделал после того, как многим предлагал мне помочь, но это было как горох об стенку. Жаль, что однополчане остались в стороне. Особенно это касается вас, восьмиротники. «Спасибо, сынки, хоть вы живы». Эти слова были сказаны одной из узбекских матерей в канун похорон в Болграде… Откликнулись единицы. Слава Богу, что есть ещё люди, которым не безразличны судьбы ребят - десантников, командиров, экипажа. Я имею в виду тех, кто на деле прилагает усилия для сохранения Памяти о погибших. Спасибо всем Вам!
     Многие порой меня не понимали, когда я им рассказывал о романе. Всегда, работая над книгой, я задавал себе вопрос: «А ты имеешь право выразить таким образом свою Память и скорбь?» И всегда отвечал: «Это часть твоей жизни. Имеешь!» Уже когда я работал над этим вступлением, то увидел одну передачу, в которой был ответ на всегда мучивший меня вопрос. В ней рассказывалось о статуе Иисуса Христа. Она находилась в небольшой бухте, на глубине нескольких метров под водой. Иисус стоял с поднятыми кверху руками, его взор из бездны был обращён к поверхности воды, сквозь которую были видны лучи светящегося солнца. Автор показа комментировал: «В 1947 году в этом месте вели работу аквалангисты. Один из них во время работ погибает. Спустя некоторое время друг погибшего аквалангиста на месте гибели в дань о его Памяти устанавливает статую Иисуса». Я подумал: «Необычное выражение скорби. В этом нет ничего предосудительного, точно так же, как и в моей книге, которую я посвятил Подвигу и погибшим товарищам».
     Сергей Япрынцев?!... Из воспоминаний Тамары Ситдиковой: «Перед армией он, как бы в шутку, сказал: «Я погибну, меня наградят орденом и обо мне напишут в газете». Всё так и произошло. Что это? Его фантазии или...? Наверное, у человека все-таки есть шестое чувство. Из статьи Е.Смирнова: «...12 октября гвардии ефрейтор Япрынцев С. М. участвовал в задержании граждан, нарушающих общественный порядок. Проявив смелость и решительность, он не дал им возможности скрыться на автомобиле. У нарушителей изъято холодное оружие и антисоветские листовки». В городе Стерлитамак, где живёт и работает его мама, по одному городскому маршруту ходит троллейбус имени Сергея Япрынцева. Так его земляки чтят Память о своём герое. Отрывок из стихотворения, написанного тётей Сергея Галиной Евгеньевной Савельевой:
     Нет, неправда, что мы забываем
     Тех, кого небеса забывают.
    

 

17

     Если скажут: «Сергея нет рядом»,
     Вы не верьте, живей не бывает.
     Разве можно детей забывать?!!!
     Виталий Трохалёв?!... Очень хорошо помню его. Помню многие фрагменты его жизни. В те моменты он подвигов не совершал. Мы служили, смеялись, было и другое. Часто вспоминаю один эпизод: Виталий читает письмо и улыбается. Это он читал письмо от жены, написанное мной. Ох, и пошутили мы тогда! Весь первый взвод до самого отбоя смеялся. Я уверен! Он не дрогнул в час испытания! Помню момент его опознания, но об этом не хочу говорить.
     Дмитрий Орестович Ковригин?!... Мой земляк. Информации о нём практически не имею. Знаю только одно: существуют ещё на земле гниды, которые старались списать на него грехи одного отщепенца. Это я узнал из переписки по Интернету. Позже всё встало на свои места, бандита поймали. Имя Дмитрия осталось чистым.
     Вахид?!... Гиесидин Вахидов - один из гигантов 8 роты. Зная о своей силе, он никогда не применял её в корыстных целях. Воистину он обладал железными нервами и хваткой. Частенько готовил узбекский плов, пока мы несли наряд по столовой, и позже всех без исключения им угощал, пусть был это дух, черпак или дембель. В трудную для меня минуту, он одним из первых пришёл на выручку.
     Игорь Кузнецов?!... Кузя был очень добрым человеком. Помню тембр его голоса, улыбку, манеру движения и жестов. Он всегда был готов поделиться последним со своими товарищами. По моей просьбе однополчанин Олег Сапёлкин сходил к его маме. Встретившись с ней, он узнал, что в тяжёлый момент мама Игоря продала его орден. На то значит были причины. Также он сделал снимки его некоторых документов и рисунка, сделанного Игорем в детстве. Его мама всю жизнь хранит этот рисунок. На нём изображён самолёт, у которого отделён хвост от фюзеляжа. Со слов очевидцев трагедии, когда ИЛ 76 рухнул в воды Каспия, он вонзился носом в морское дно, и над водой остался торчать хвост самолёта.
     Виктор Мотузка, Сергей Чугай?!... У меня нет музыкального образования и слуха, но я всегда отчётливо помню многие голоса по памяти. Если бы в темноте они мне что-нибудь сказали, то я сразу бы вспомнил, кому они принадлежат: звонкий голос Виктора и в чём-то необычный голос Сергея.
     Сергей Терёхин?!... Терёха… Многие из нас обращались к нему именно так. Надёжный товарищ, умеющий шутить и быть серьёзным.
     Адхамжон Кучкаров?!... Как и все узбеки нашей роты, он был исполнителен, с уважением относился к своим обязанностям и товарищам. Он знал, что я родом из Азии, и в момент получения посылок из дома всегда звал и угощал различными вкусностями, говоря при этом: «Саня, поешь мои угощения и вспомни свой дом, мы же почти соседи». Это был человек, на которого всегда можно было положиться. Такие, как Адхамжон, в бою не дрогнут. Проверено… Уважаемая Журахон апа (мама)! Я помню Ваши слова. Помню и ношу в сердце их всю жизнь. Делаю всё, что в моих силах. Буду помнить всех и всегда!
     Авиаторы?!... Прав Владимир Зиновьев в вступительной статье: «В жизни бывает много различных совпадений и случайностей». Его слова подтвердила своим рассказом Ирина Петрий (Андреева): «Накануне этой трагедии мне снились сны, тяжелые: война, летят вертолеты, и вдруг мне звонит Женя и говорит: «Я погиб». Я кричу в трубку: «Так не может быть, ведь я тебя люблю...» И просыпаюсь. Но в то время я не придала значения, а когда все случилось... И ещё один эпизод: «Как-то вечером сидели

18

на кухне с Женей, ужинали, а он мне говорит: «Вот умру, только фамилию сыну не меняй». Я обиделась, даже поругались. А вот как всё случилось...

     Александр Николаевич Калмыков, Фасхадин Закиров, Валерий Викторович Вологин, Юрий Николаевич Гавриков, Игорь Александрович Краюхин, Александр Владимирович Андрияш, Евгений Викторович Андреев, Александр Николаевич Пестерев, Алексей Хачуевич Гашимов, ?!... Я никого из них не знал. С годами понял: «В те минуты они выполняли свой долг, совершая Подвиг!» Я пишу эти строки, а из глаз текут слёзы. Задаю себе вопрос: «Что в моих силах сделать для экипажа?» Отвечаю: «Могу лишь вписать их в эту необыкновенную футбольную историю, в которой по мере разумного подхода можно вспомнить всех». Отрывок из письма Николая Дели: « В состав экипажа ВТА ИЛ-76МД входят семь человек, но на борту 569го находились ещё два специалиста наземной службы: инженер по АО майор Краюхин и старший техник группы обслуживания авиационной эскадрильи по АВ старший лейтенант Гашимов. Повторюсь, перелёт совершал полк, а не одиночные самолёты, и в таких ситуациях для проведения предполётных подготовок и осмотров, всегда летят наземные специалисты по всем службам. Это была среда, игры еврокубковых турниров. Майор Краюхин и старший лейтенант Гашимов сели на командирский самолёт, чтобы успеть на футбол, который начинался в пределах 22х часов – это примерное время посадки в Арцизе, а там минут десять на командирской машине с аэродрома до дому. Хотя представители наземных служб, обычно летали на замыкающих самолётах. Это уже не для прессы, а так для того, чтобы ты знал более подробно обо всём, что касается того дня. Видишь сколько многого вокруг самолёта 569ть: у одного экипажа командир в отпуске, затем в Кривом Роге пересели на другой самолёт, потом радист, который должен был получить допуск начальника связи к самостоятельным полётам и который проспал и не полетел, специалисты наземных служб, чтобы успеть посмотреть футбол подсели на этот самолёт. Наверное, это воля всевышнего или как мы на земле называем Судьба»………………………… 
     От прочитанного меня переполняли эмоции. Закурил. Думал: « Спешили на футбол… Вот Вы и в книге о футболе. Ничего мужики, мы ещё сыграем».     
     В дань Памяти о погибших, именно о его командире, снят короткий документальный фильм: «Полёт длиною в жизнь».
     По предложению Евгения Смирнова в декабре 2011 года я направился в Национальную библиотеку Республики Казахстан,

19

расположенную в городе Алматы. После недолгого времени поисков в архивах был найден журнал «Кругозор», в котором была на мягкой пластинке запись «чёрного ящика». Читая материалы о трагедии в зале для посетителей, я еле сдерживал катившиеся из глаз слёзы, отвернувшись от присутствующих в сторону окна. В те минуты я вспоминал многие эпизоды, связанные с армейской жизнью, и всех погибших.
     Позже в здании библиотеки при помощи её сотрудников эта запись была переведена в цифровой формат (на фото фрагмент сканирования), которую также разместил на страницах Интернета. Работая с книгой, я сотни раз включал её и, слушая, печатал текст, временами останавливаясь, чтобы вытереть платком глаза. По голосам, которые слышны на записи «чёрного ящика», понятна вся сложность и ответственность происходящего.    
     Из слов генерал-лейтенанта Е. Русанова: «С первых же секунд ава¬рийной ситуации экипаж действовал чётко и хладнокровно. Никакой спешки в радиообмене, что порой бывает в сходных ситуациях у некоторых экипажей многоместных самолётов, здесь не отмечалось - шла обычная коллективная работа понимающих друг друга с полуслова профессионалов».
     Николай Дели пишет: «Хочу акцентировать внимание на Подвиг старшего воздушного стрелка прапорщика Андрияша Саши, который в том полёте увидел настоящий ад, и остался верен своему долгу, командиру и экипажу. При обычных полётах, вне военных действий, воздушный стрелок выполняет функции бортмеханика и следит за задней полусферой самолёта. ИЛ 76 оборудован автоматической системой РИ-65, которая предупреждает экипаж женским голосом в аварийных ситуациях. В кабине экипажа каждый лётчик занимался своим делом: следили за приборами, вели радиосвязь, смотрели на приближающуюся полосу. Она в ночное время видна очень хорошо и далеко. Не дотянули каких-то полторы, две минуты лёту, а стрелок в корме видел этот пылающий ужас и всё больше разгорающееся пламя. В это время можно сказать он был, повторюсь, в настоящем аду. Пламя достигло кабины стрелка. От высокой температуры начали плавиться окна кабины. Но слышен его спокойный голос: «Командир, второй двигатель отвалился, крыло рушиться». Комиссия затем установит, что температура в кабине стрелка в тот момент была не менее плюс 180 градусов. Много было разговоров, почему хотя бы стрелок не выпрыгнул, чтобы хоть один остался в живых. Но тут несколько причин: команды командира не было, он до последнего следил за происходящим с тыла, и главное весь экипаж был уверен, что совершит посадку. У Саши был парашют, лодка, спасательный жилет, аварийный запас, но самое главное он до конца оставался на своём рабочем месте, выполняя свои функции… Совершая Подвиг! Когда Сашу нашли в кабине на дне, говорят он был накрыт кожаной курткой. Лётному составу кожаные куртки выдавали не для красоты, а на случай пожара, и перчатки тоже. По словам очевидцев, было два взрыва. Первый в воздухе, второй при прикосновении с водой. Местным жителям показалось, что спускается парашют, думали стрелок выпрыгнул, но это после взрыва из грузовой кабины, скорее всего швартовочные сетки полетели, поэтому и показалось, что это был парашют. Саша Андрияш был активным участником художественной самодеятельности играл на баравнах в полковом ВИА».
     Спустя несколько дней после катастрофы над Каспием, в полку военно-транспортной авиации однополчане погибшего экипажа 569-го, молча, с комом в горле, слушали записанный на магнитную ленту радиообмен с руководителями полётов и теми, кто был уже обречён.    
    
     Авиаторы без паники выполняли свой долг. Это последние слова, которые легли на магнитную ленту:   
     На фото изображён «чёрный ящик».
 

20

18.27.43.                                                                                                                                                                               Доклад воздушного стрелка А. Андрияша: «Командир, у нас левый двигатель горит!»                                                                     18.27.47.                                                                                                                                                                  Полковник Калмы¬ков: «Применить пожаротуше¬ние!» (команда на долю секунды опережает «железный» голос автоматического речево¬го информатора: «Пожар, я - борт 76569, пожар, я - борт 76569, пожар!»).                                                                                                                                                              18.27.57.                                                                                                                                                                           Доклад старшего борттехника Е. Андреева: «Си¬стема пожаротушения сработала...»                                    18.28.00-18.28.58.                                                                                                                                                         Воздушный стрелок: «Командир, вижу пламя!»                                                                                              Применяются вторая и третья очереди пожаро¬тушения.                                                                                   Помощник командира корабля В. Вологин докладывает руководителю полёта о заходе на экстренную посадку на аэродром вылета.                                                                                                                                       18.29.00-18.29.53.                                                                                                                                                Руководитель полётов: «Заходите на посадку, полосу вам освобождают».                                                      Воздушный стрелок: «Командир, пожар продолжается!»                                                                                              Речевой информатор: «Крен велик! Крен велик!»                                                                                               Командир: «Сильно горит двигатель? Удаление от точки, штурман?»                                                    18.30.03-18.30.58.                                                                                                                                                   Воздушный стрелок: «Да, горит очень сильно... Двигатель отваливается... Закрылки, закрылки горят». (Во время снижения горящий двигатель отделился от самолёта и упал в районе химического завода.)                                                                                                                                                                                Помощник командира корабля: «Так, закрылки не выпускаю»                                                                              Командир: «Шасси выпустить!»                                                                                                                                 Старший борттехник: «Шасси задние выпустились, передние - нет... Командир, аварийный выпуск надо применять».                                                                                                                                                                Командир: «Давай аварийно... Ну как там, потухло, нет?..»                                                                                  18.31.00-18.31.53.                                                                                                                                                      Воздушный стрелок: «Да, командир, пламя уменьшилось, но горит, перед крылом как будто, я не вижу...»                                                                                                                                                                                     На четвертой минуте пожара пламя на двигателе, как доложил стрелок,  уменьшилось, а с земли руководитель полётов сообщил экипажу, что факела за самолётом не стало.                                                                                                                                                          Устанавливается по прибору атмосферное давление в районе аэродрома.                                                       Помощник командира корабля: «Я-569-й, разрешите снижение?»                                                                     Руководитель полётов: «Разрешаю! Стройте заход вправо».                                                                                    Помощник командира корабля: «Понял, вправо разрешили снижение, приступил к снижению...»                                                                                                                                                               18.32.00-18.32.59.                                                                                                                                                 Командир: «Малый газ!»                                                                                                                                                Старший борттехник: «Малый газ установлен».                                                                                                        Командир: «Пожарный, санитарный посты, как положено...»                                                                         Воздушный стрелок: «Командир, пламя снова...»                                                                                                    Помощник командира корабля - руководителю полётов: «Прошу санитарную и пожарную на полосу». Старший борттехник: «Левая передняя стойка шасси не выпустилась, не до конца выпущена, коман¬дир».                                                                                                                                                                 Командир: «Аварийно!»                                                                                                                                                      Старший борттехник: «Аварийно выпускаю».                                                                                                    Штурман Ф. Закиров: «Командир, доворачиваем вправо на посадку... вправо».                                         18.33.01-18.33.58.                                                                                                                                                    Уточняется курс. Воздушный стрелок: «Горит плоскость».                                                                                          Старший борттехник: «Пожарная система не сработала, командир!»                                                                  Командир: «Ещё раз попробуй!»                                                                                                                                    Старший борттехник: «Включил пожарную… Не включается, кран не открыва¬ется…»                                                                              18.34.00-18.36.58.                                                                                                                                                     Командир: «Посадка без выпуска механизации, с голым крылом!»                                                                           Старший борттехник: «Шасси выпустились».                                                                                                             Коман¬дир: «Система пожаротушения?»                                                                                                                   Старший борттехник: «Пожарный кран перекрыт!» Генерал-лейтенант авиации Е. Русанов:
21
«Трагическая развязка наступила за минуту до приземления, когда казалось, что всё позади. Но к этому времени левая плоскость, прогорев, потеряла несущие качества. Самолёт вошёл в левый крен. Резко увеличилась скорость снижения. Исправить положение не хватило рулей...»                                                                                                                                
     Дальше счёт пошёл уже на секунды.
     На этом рисунке показано, как борт А.Н. Калмыкова отсчитывает последние секунды полёта. Фото предоставил А. Кузнецов.
18.37.03. Руководитель полётов: «5б9-й, влево пять «градусов» возьмите».                                                                                                                                                                                                                                06. Воздушный стрелок: «Командир, крыло рушится, плоскость горит!»                                                                       13. Штурман: «Удаление - десять километров».                                                                                               21. Командир: «Пожарный, санитарный пост».                                                                                                   23. Руководитель полётов: «569-й, контроль за высотой!»                                                                                                    39. Командир: «Борттехнику по АДО приготовиться к открытию дверей и люков!»                                       42. Руководитель полётов: «До полосы восемь. На курсе 569-й »                                                                                      45. Борттехник по авиационно-десантному оборудованию А. Пестерев: «К открытию дверей и люков готов!»                                                                                                                                                                                       48. Командир: «Хорошо, по команде».                                                                                                                49. Речевой информатор, записанный женским голосом: «Угол атаки уменьшить!»                                                                                             58. Помощник командира корабля: «Командир, от себя!»                                                                                18.38.03. Руководитель полётов: «569-й, не снижайтесь, удаление шесть».                                                                   08. Речевой информатор: «Крен велик!...»
Потом - взрыв........................................................................................................................................................
     А. Мурсалиев: «Столб огня, взметнувшийся на высоту до 50 метров, на мгновение осветил всё вокруг. Люди из близлежащих домов высыпали на берег, тщетно вглядываясь в темноту. Но уже через пять минут в море выш¬ла первая лодка - надувная вёсельная. Еще через несколь¬ко минут её обогнала мотор¬ка - весь имеющийся в нали¬чии флот спасательной стан¬ции».                                                                                           
     - Было темно, но мы при¬мерно запомнили, место паде¬ния самолёта и уже минут через 15 заметили хвост, торчащий из воды, - рассказывает на¬чальник спасательной станции Назим Гашимов. - Зажгли
 

 

22

факелы. Заметили пятно располз¬шегося по поверхности керо¬сина, в котором плавали об¬ломки. Долго кружили, крича¬ли, звали. Но, увы, никто уже нас услышать не мог. Нашли мы только спинку от кресла пилота да спальный мешок.
     Генерал-лейтенант авиации Е. Русанов: «Экипаж до последней секунды боролся с аварийной ситуацией. Бортовой самописец бесстрастно зафиксировал огромные физические усилия лётчиков на штурвалы, которых авиаторы не бросили до самого прекращения записи».
      Е. Жирнов: «Подвезенные к берегу прожек¬торы высвечивали в ночной тьме только хвост самолёта и волны. Вновь с надрывным гулом взлетит «чёрный тюльпан», сно¬ва будут литься слёзы».
     Подполковник В. Коржавых. (Спец. корр. «Правды»): «Погибли люди. Подлинные профессионалы, которые лю¬били своё дело большой, преданной и некрикливой любовью. Они достойно жили и точно так же вели себя в гибельной ситуации. Никто не схватился за парашют, хотя был он у каждого из экипажа под рукой. Не сомневаюсь: никто ни на миг не забыл, что за спиной - с полсотни пассажиров».
     В Память об экипаже и 8 роте ансамблем «Голубые береты» была написана песня «Падала синяя птица»

Синяя птица падала в море,
Синяя птица с пробитым крылом.
Рядом парило чёрное горе,
Гостем незваным входя в каждый дом.
Вскрикнула мама, хватаясь за сердце,
Крепче ребёнка прижала жена.
Синяя птица падала в море,
Словно горящая в небе звезда.

А он ещё кричал: «Держись!»
А они ещё живы были!
И земля взорвалась огнём,
Когда в воду они уходили.
А он ещё кричал: «Держись!»
А они ещё живы были!
И земля взорвалась огнём,
Когда в воду они уходили.                                                                                                                                            Синяя птица падала в море,

Криком тоскливым пугая детей.
В синем просторе горящие крылья
К смерти толкали горящих людей.
Вот и обнялись десантник и лётчик,
Дети и братья одной синевы,
В пламени мрамора, в стоне гранита
Символ отваги и скорби они!

- Командир! Пожар в правом двигателе!
- Включить пожарную систему!
- Пожарные системы включены.
- Всему экипажу приготовиться к открытию дверей и люков!
- 561! Идёте мимо полосы!
- Командир, держись!
держись...
держись...
держись ...

23


     По моей просьбе автор песни Юрий Слатов рассказал историю её создания: «История достаточно проста. Сама трагедия, случившаяся тогда в Насосном, просто оглушила. Тем более, что нам вскоре предстояла поездка в Болград. Сразу появилась идея написать песню, посвящённую 8 роте. И тут произошёл удивительный случай. Мы возвращались из Алма-Аты на военном Ил-76. Во время полёта к нам с Сергеем Яровым подошёл прапорщик - лётчик, член экипажа самолёта. Он передал нам приглашение командира подняться в кабину. Познакомились с командиром - им оказался родной брат командира авиаполка из Арциза, который пилотировал погибший самолёт. Он и передал нам кассету с последними переговорами экипажа с землёй перед катастрофой. На концертах мы ставили эту запись почти полностью, около двух минут... И вскоре появилась и сама песня "Падала синяя птица"...»
     Николай Дели пишет: «У меня дома хранятся кассеты МС-61 (один из элементов «чёрного ящика», внутренние и внешние переговоры) от предыдущих полётов. 569й был оборудован системой СИВ. Это такой аппарат вставляется в лобовое стекло лётчиков, который автоматически устанавливает видимость, когда хорошая видимость, а когда нужно совершать посадку только по приборам. Так на одной из кассет А.Н. Калмыков проверял многих лётчиков полка. На другой кассете командировки в Баку, Ереван, Мары. В подтверждении моих слов храниться шлемофон с моей фамилией, который подняли с Каспия. Когда привезли супруге Ю.Н. Гаврикова Ире (к сожалению тоже покойной) она мне говорит: «Коля, я же знаю, что это не Юрин шлемофон». Я ей принёс с командирского самолёта шлемофон Юрия Николаевича».
     Николай Николаевич Зорев?!... Мужественный человек! Помню, как он вызвал меня к себе в кабинет и долго рассматривал фотографию в моём военном билете, временами переводя свой взгляд на меня. Помню, как он перевёл меня из первого взвода (погибшего) в третий и сделал из автоматчика пулемётчиком. Ох, и недоволен я был тогда! Позже это, как и смерть отца (по этой причине я не был в Баку), сыграли свою роль в том, что я остался жив. Помню, как узнал о трагедии: всё произошло так же, как я почувствовал смерть отца за тысячи километров. Ещё до трагедии я всегда гордился ротным. Всегда восхищался, когда видел на его груди орден «Красной звезды». Думал: «Под командованием этого командира не страшно будет в бою». Годы не стёрли наш последний с ним взгляд друг на друга. Это произошло в начале 20х чисел сентября 1989 года на полигоне в Тарутино. У ротного взгляд был необыкновенный. Он в буквальном смысле слова пронизывал взглядом человека насквозь. Помню последний его взгляд и интонацию голоса, когда он передавал мне телеграмму о смерти отца. В этом взгляде было многое. Мне всю жизнь казалось, что он что-то чувствовал в тот момент. Так прошло наше с ним расставание в этой жизни. Николай Николаевич всегда принимал смелые и верные решения, и поэтому у меня сложилась только самая добрая Память о нём. И в этой книге Н.Н. Зорев по праву станет у руля боевой команды футболистов.
      Старшина Н.Г. Морозов?!... Его не просто так командир роты назначил на эту должность, которая должна совмещать в себе решительность, справедливость, честность и многие другие положительные качества человека. Не редко вспоминаю моменты, когда Николай командовал ротой, ведя нас на различные мероприятия. Под его голос и слова: «Раз, раз, раз, два, три». Мы чеканили шаг и шли все в ногу. Поэтому в этой книге именно он выступает в своём послании, за справедливую и честную игру. Николаю оставалось служить не более трёх недель.
     Юрий Лаков?!... Помню, как он прибыл в роту. Весь загорелый, молодой, рослый и немножко растерянный от перемены места службы (после карантина). Он только начинал жизненный путь и службу, как и многие из них.
     Ильдар Зарипов?!... Практически не помню его. По собранным фото и материалам, присланным Р. Асадуллиной и Е. Смирновым, я многое узнал об этом человеке. Изучая их, сделал следующие выводы: Ильдар обладал качествами человека, умеющего ставить перед собой цели и добиваться их решения. Он умел помогать слабым, и многие остались благодарны ему в этом. Ильдар любил спорт. Мечтал о том, чтобы у себя на родине открыть спортивные секции и воспитывать в них подрастающее поколение здоровых и сильных духом людей, будущих защитников Отечества, будущих чемпионов. Но судьба внесла свои нелепые коррективы. Честно скажу: «Изучая материалы о нём, я думал, что он не будет против этой книги». И снова, работая с книгой, делаю вывод: неспроста я пишу о нём последним, всё происходит так, как будто он наставляет меня и говорит: «Не сдавайся! Иди к победе!»
     Прежде чем вписывать их имена в роман, я начал советоваться со своими родными, родными погибших, близкими, друзьями, однополчанами и тд. Ни один человек не сказал мне слова против, наоборот. Их поддержка была для меня очень важна. Особую моральную поддержку оказала Тамара Ситдикова (Полотненко), девушка погибшего С. Япрынцева, а также многие родные погибших.
 

24


Получив письмо от мамы Сергея Япрынцева, Александры Евгеньевны, я окончательно поверил в полезность своего труда. Она писала: «Здравствуй, Саша! Прочитав твоё письмо, хочу сказать тебе большое материнское спасибо. Серёжа ещё в детстве любил фантазировать, занимался музыкой, любил жизнь и интересовался, есть ли жизнь на других планетах? Для нас главное, что память о наших детях будет храниться не только в музеях, но и в книге, которую многие будут читать. Хочу передать огромный привет твоей семье и пожелать успехов во всём, здоровья и всего самого наилучшего. Твою книгу одобряю. Буду рада, если приедете в гости. С приветом, Александра Евгеньевна!»  И даже имея абсолютное большинство меня поддержавших, волнение и ответственность не покидали меня. Работая над материалом книги, где переплёлся футбол и Память, я изучил массу материалов о трагедии. Многие факты, рассказанные родными, близкими и однополчанами погибших, убедили меня в том, что эта трагедия была в какой-то мере необычным трагическим случаем. Хитросплетения судьбы вели жизни всех погибших и многих оставшихся жить неведомым для всех курсом.
     Николай Дели пишет: «Ещё один момент. ВТА и ВДВ - это всегда не разделимо, потому что жизнь десантников всегда зависела от лётчиков. Но пойми, в тот момент в самолёте они были пассажирами, и всю борьбу за жизнь десантников и свою вёл экипаж».
     Специально отвечу на страницах книги, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему: «Десантники летели не в самолёте Аэрофлота, и не куда нибудь на Багамы. Они выполняли свой гражданский долг, приказ Родины и Правительства. Как и многие их сослуживцы, десантники стойко и мужественно переносили все тяготы и лишения воинской службы (в данном случае неоднократно участвуя в локальных конфликтах). Есть правило в футболе: игра завершается со свистком судьи. Так вот, они были не дома и даже не в Болграде, а как принято сейчас называть в «горячей точке». Многие из нас прошли это всё и остались живы. Есть только одно «НО», они отдали свои жизни, во имя мира и жизней многих людей, втянутых в нелепые межнациональные конфликты». «Мужчины умирают, если нужно, и потому в веках живут ОНИИИИИ!» - слова из песни Маршала, Солдат.
     После всего вышесказанного я понял смысл многих событий, произошедших в моей жизни. Понял, к каким датам и событиям прошлого, настоящего и будущего вела мою книгу судьба.

      PS.  Крайне малые и сжатые сведения о более, чем половине погибших не позволяли мне сделать другую книгу. В разговоре с корректором был поднят вопрос о Памяти и возможной другой книги о трагедии. Я ей ответил: «Поиски полной информации о многих ещё займут немало времени. Да и вряд ли уже кто напишет о них. В этой связи я принял решение сделать книгу такой, какая она перед Вами. Я поставил перед собой задачу: пусть через футбол, спорт и фантастику я должен рассказать многим людям и новым поколениям, что была такая рота и экипаж. После выхода этой книги в свет, может быть, найдутся те, кто сможет сделать другую книгу. Возможно, снимут полнометражный фильм, как это было сделано в Память о 6й и 9й ротах. Не исключаю возможности создания мультипликационного фильма. Возможно, появятся другие варианты Памяти, как, к примеру, концерт в городе Иваново. Думаю, что книга будет переиздаваться, и появится много фотографий и другой информации о ребятах, которые останутся в наших сердцах. Считаю, что свой долг в деле Памяти выполняю по мере своих возможностей».
     Более 20ти лет я носил это в душе, ни с кем не делясь: «Увидев самолёт, набирающий высоту, всегда провожаю его взглядом. Даже просто услышав его звук и не имея возможности выйти, чтобы увидеть его, я мгновенно отключаюсь от работы и других мыслей, вслушиваюсь в рёв двигателей до тех пор, пока расстояние не разделит нас».
    

25

     Николай Дели пишет: «Знаешь, я высылал тебе в основном, то, что касается экипажа, а вот потусторонние чувства как у некоторых тобой описанных, если правильно назвать исторических персонажей, ведь всё было в реальной жизни, и у меня тоже были. У меня был самолёт из пластилина ИЛ 76. Незадолго до катастрофы у него отвалился первый двигатель на левой плоскости, как раз тот, который начал гореть у экипажа Калмыкова. Это могут подтвердить моя дочь, бывшая супруга, соседи. Затем, примерно недели за три до катастрофы я прилетел из командировки. Из военного городка в городском автобусе ехал домой. Живу я в самом городе. Впереди шла похоронная процессия. Справа от дороги была объездная грунтовка, ЗИЛ 130 из аэродромовского автобата не стал тянуться сзади, а просто по грунтовке объехал и пошёл себе дальше. В автобусе одна пожилая женщина высказала такую фразу: «Плохая примета, скоро будет много гробов». Я, почему-то подумал, что она предвидела какое-то ДТП, но не как не авиакатастрофу. В это тяжело поверить, но это действительно, правда».
     Ранее много было сказано о совпадениях и случайностях. Хочу сказать ещё об одном совпадении или случайности - это уже решать Вам уважаемые читатели. Николай Дели вспоминает: «В 1990 году авиационному полку, которым командовал А.Н. Калмыков, вручили переходящее знамя лучшего полка ВТА. М.С. Горбачёв (Президент СССР), лично присутствовал на учениях, где принимал участие Арцизкий полк». В том же 1990 году 217 полк ВДВ получает Вымпел Министра Обороны СССР, что в третий раз знаменует о признании полка лучшим в стране. Наверное, тысячи людей, кто служил в этих полках, гордились этим и рассказывали своим родным и близким. Думаю. Уверен - это не простое совпадение. Экипаж и десантники, погибшие в трагедии над Баку, своим Подвигом и жизнями внесли свой вклад в признании полков ВТА и ВДВ лучшими в стране.
     - Склоните головы перед людьми, не успевшими даже попрощаться с нами, оставшимися жить! Они не успели… Борис Барышников «Тайны «чёрного ящика».

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (14 оценки)

Бурый. Рассказ

Рассказ о жизни военных разведчиков в ДРА. Впервые увидел свет в 2009 году для сборника военных пилотов, ветеранов Афгана, в Интернете публикуется впервые... (от редакции 1071g.ru).

Далекие восьмидесятые, где-то под Кандагаром...
На аэродроме маленький вертолетный пятачок, «убитая» прокопченная «шестерка» («паровоз», или «контейнер», как вам угодно). Рядом в утренней пыли вповалку лежат разведчики. Трое уже в глубокой отключке, спят как сурки. Один смиренно полусидит и смотрит в точку (он так и будет до конца своей недолгой жизни смотреть в точку). А вот старший сержант Виталик Буровой (Бурый) сидит и думает о своем. Сегодня с восходом солнца он нечаянно стал командиром группы. Опять штабные облажались и вместо обычного разведвыхода получился нехилый трах-тибидох. «По данным военной разведки…», нах, в горах, нах, должен был быть маленький караван. А они группой наткнулись на толпу духов человек в пятьдесят. Огонь все открыли одновременно. Мысли у Бурого так и скакали, как пули.

«Черт возьми, а командир был прав. Жаль…Кто-то в Союз повезет. Но точно не я.».
Его опять начала бить мелкая дрожь. Ни папироса, ни изрядная порция султыги из кружки не помогали.

«Да, а того рядового Васильева... А вот как получилось…».
Рядовой Васильев был реальным чмондом, его даже сержанты расстрелять хотели один раз. А видишь, с духами сцепились, он с командиром и остался. Даже очень бахвалисто ладошкой помахал на прощанье. Мол, давайте, валите к … матери, на базу. А мы тут с уродами разберемся.
Так вот они и остались прикрывать отход разведчиков. Виталик взял командование на себя и всех вывел. Кто-то был ранен, кто-то контужен. Но, слава богу, прорвались. А вдалеке шел бой.

Долбили «акаэсы», рвались «эфки», короче, все очень штатно и без изысков, погибли, нах.
И вот этим нескушным утром мимо вертолетной площадки с группой разведчиков проходил капитан. Как он там оказался, богу и черту известно. Но прибыл кэп недавно, был еще очень новенький и непомятый. В заднице у него «торчало шило» и прогрессировало понимание воинской дисциплины. Взгляд наткнулся на банду партизан. Кто-то в панамах, кто-то в банданах, в джинсах. Почти все в кимрских и пакистанских кроссовках. «Эрдешки» и туристические рюкзаки с автоматами в грязище. Неумытые, небритые. Как в свинарнике, одним словом. Еще и водку пьют. Ну не по У-С-Т-А-В-У!! Капитан долго и не думал. Команда из головы поступила сама по себе, очень правильно и привычно. Их глаза с Виталиком пересеклись и метров с двадцати он заорал:
«Эй, солдатик, ну-ка… Ко мне…Живо…».

Бурый сидел и метал свои мысли как дерьмо. А тут вот кто-то захотел с ним поговорить. Наконец-то можно забыть обо всем. Он секунду помешкал, потом упруго вскочил (будто и не было недельного променада по горам). Быстро потрусил в сторону капитана, потом за три метра перешел на четкий строевой шаг и отдал честь.
«Разрешите доложить, группа вернулась с задания, жертв и разрушений нет…».
Капитан начал улыбаться. Вот, видишь как. Не успел прибыть на новое место, а уже порядок во всем.

Правая рука Бурого вдруг сделала короткий молниеносный бросок. Даже, можно сказать, невидимый без кинокамеры с замедленной съемкой. Да, за это его и не любила челябинская братва, когда он выходил дежурить в отряде ДНД. И в чирчикской учебке все деды «вешались» из-за упрямого молотобойца. Драться он всегда любил (научился этому на улице). Сегодня день выдался просто особенный.

Сначала стартовала голова капитана со сломанной челюстью и носом, потом с хрустом шея, затем бренная туша в новенькой форме. Нет, не думайте, что он хотел его уничтожить. Бурый знал, как ударить нетравматично, ну, то есть несмертельно. Так вот. Тело тихо взлетело, потом плавно опустилось в песчаник. Бурый молча смотрел на капитанскую глиссаду. Потом подскочил к нему, взял за уже окровавленный подбородок и начал трясти за китель.

«Товарищ капитан, товарищ капитан, вам что плохо? Может попить хотите? А чтой-то у вас за кровь?» Потом вытащил замызганный индивидуальный пакет из бокового кармана и вложил в дергающуюся от болевого шока руку капитана. Тихо плюнул и молча пошел. Вернулся на место, сел и продолжил свои думы.

«Леху надо в лазарет, этого кренделя комиссуют, а вместо командира и Васильева наверно пустые цинки поедут…»
Да. Вот такая история. Капитана, естественно, госпитализировали. Его даже наградили медалью и повысили в звании. Он потом детям в школе рассказывал про то, как день за три. У него и было в совокупности три дня. Т.е. в Афгане он провел ровно одни сутки. А разведчиков в тот день даже не покормили. Война, понимаете ли.

Про Бурого ничего не известно. Если увидите, то передайте ему пожелания здоровья и долгих лет жизни.

Материал подготовлен по воспоминаниям летчиков 280-го отдельного вертолетного полка (Кандагар), всякое сходство с реальными местами и временем происходящих событий считаются недействительными...
Ваша оценка: Нет Средняя: 2.5 (2 оценки)

В Москве установлен памятник разведчику - нелегалу

В Москве на Троекуровском кладбище накануне Дня Военной разведки (и по "удивительному" стечению обстоятельств в День Спецназа ГРУ Генштаба, 24 октября) состоялось открытие памятника легендарному разведчику Герою Советского Союза Геворку Вартаняну.

Как рассказал ИТАР–ТАСС руководитель пресс–бюро Службы внешней разведки /СВР/ России Сергей Иванов, автором памятника скульптурной композиции стал Народный художник России, лауреат государственной премии, член Совета по культуре при президенте России А.Н.Ковальчук.

"В церемонии приняли участие ветераны СВР России, деятели культуры и искусства, друзья и родственники разведчика", — добавил он.

Легендарный советский разведчик-нелегал Геворк Вартанян скончался в Москве на 88–м году жизни 10 января этого года.

Геворк Вартанян родился 17 февраля 1924 года в Ростове–на–Дону в семье иранского подданного Андрея Вартаняна. В 1930 году, когда Геворку было шесть лет, семья выехала в Иран. Его отец был связан с советской внешней разведкой и покинул СССР по ее заданию. Под прикрытием коммерческой деятельности Андрей Вартанян вел агентурную работу, и именно под его влиянием Геворк стал разведчиком.

В 16 лет он возглавил в Тегеране спецгруппу по выявлению фашистской агентуры и немецких разведчиков в различных иранских городах.

Вартанян также участвовал в противодействии британской разведке. По заданию Центра "Амир" /оперативный псевдоним Геворка Вартаняна/ внедрился в британскую разведшколу, где готовили агентов для работы на территории советских Средней Азии и Закавказья, и прошел в ней полный курс обучения. Резидентура советской разведки в Тегеране получила подробную информацию о самой школе и ее курсантах. Заброшенные на территорию СССР "выпускники" школы обезвреживались или перевербовывались и работали под надежным присмотром.

"Амир" принимал активное участие в обеспечении безопасности лидеров "большой тройки" — СССР, США и Великобритании в ходе работы Тегеранской конференции в ноябре 1943 года.

В 1951 году вместе с женой Гоар Вартанян вернулся в Советский Союз для переподготовки. Затем много лет — до 1986 года — супруги Вартанян работали в различных странах, включая Иран, Италию, Францию и Грецию. Загранкомандировка разведчика длилась до 1986 года, а на службе он оставался до 1992 года.

По материалам ИТАР - ТАСС




 

Ваша оценка: Нет Средняя: 1 (1 оценка)

В Сертолово встретятся ветераны-"кубинцы"

12 сентября городе Сертолово Ленинградской области встретятся ветераны 7-й отдельной мотострелковой бригады (омсбр), выполнявшие интернациональный долг на Кубе. Там пройдут торжественные мероприятия, приуроченные к 50-летию со дня образования Группы советских военных специалистов на Кубе.

Специально для участия в торжественных мероприятиях в Сертолово из Киева и Москвы приедут командиры 7 омсбр, возглавлявшие ее в различные исторические периоды: генерал-полковник Анатолий Лопата, который командовал бригадой с 1980 по 1982 г. и генерал-майор Владимир Высоков (1983-1985).
От лица Президента Кубы Рауля Кастро ветеранов поздравит заместитель главы миссии Кубы в Украине Эмилио Певида Пупо.

В ходе торжественных мероприятий ветеранам будут вручены юбилейные нагрудные знаки «50 лет Группе советских военных специалистов на Кубе».

С 1962 по 1993 гг. в учебных частях и подразделениях Ленинградского военного округа проходили подготовку младшие военные специалисты, выполнявшие интернациональный долг на Кубе.

Пресс-служба Западного военного округа

Hasta siempre (исп. hasta siempre Comandante — навсегда командующий) — песня кубинского композитора, певца и гитариста Карлоса Пуэблы, написанная в 1965 году. Текст песни является откликом на «Прощальное письмо Че Гевары», которое он написал Фиделю Кастро перед отбытием с Кубы в Конго.

А здесь смотреть культовый фильм эпохи "Дневники мотоциклиста"

Тебя любить мы научились, Лишь с высоты истории, Где солнце твоей отваги Осаду смерти воздвигло. Твоё незримо присутствие Здесь, в местечке Санта Клара. Оно прозрачно и чисто, Команданте Че Гевара! Своею славною рукою Ты смело зажёг историю, Теперь любой в Санта Кларе Видит лик твой, Че Гевара!

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 оценка)

В ЦРУ адюльтер и "деликатные операции" не считаются преступлением

В разное время Центральное разведывательное управление США возглавляли генералы и адвокаты, профессоры и конгрессмены, партийные функционеры и даже один кадровый разведчик. Но мало кому их них удавалось надолго задержаться в кабинете на седьмом этаже в штаб-квартире ЦРУ в Лэнгли. Главы ФБР сидели в своих креслах по восемь, а то и больше лет. Госсекретари США непременно сопровождают своих президентов весь их четырёхлетний срок. А руководители самой могущественной спецслужбы мира уходили в отставку, как правило, через два-три года, а то и раньше. Некоторые со скандалом, как, например, Дэвид Петрэус. Четырёхзвёздный генерал, герой иракской и афганской войн, вся грудь в орденах, а был пойман на банальном адюльтере и покинул своё кресло, не прослужив и полутора лет.
 
Разведка встаёт с колен

В астрологии есть слово "надир", обозначающее точку, противоположную зениту. В английском языке это ещё и "крайний упадок" или "полное разложение". Во всяком случае, именно так бывший замдиректора ЦРУ и ветеран с 31-летним стажем Марти Петерсен охарактеризовал состояние своего ведомства в начале 1990-х годов. Главный враг Америки Советский Союз был к тому времени повержен, холодная война закончилась, а новые серьёзные враги, подобные "Аль-Каиде", тогда ещё не возникли. Агенты ЦРУ, включая тех, кто работал в знаменитом "Оперативном директорате", или, как его называют для краткости, DO, не знали, чем заняться. Кого вербовать? В каких странах? За кем шпионить?
 


Бюджет ЦРУ стремительно сокращался. Зарплаты падали. Мораль была исключительно низкой. Десятки квалифицированных сотрудников покидали спецслужбу, уходя на перспективные места в набирающем силу интернетовском и телекоммуникационном бизнесе.

К этим объективным трудностям добавлялось и то, что к ЦРУ совершенно потерял интерес тогдашний президент Билл Клинтон. По словам журналиста Ричарда Майнитера, Клинтон ни разу не принял в Овальном кабинете директора ЦРУ Джима Вулси, который управлял агентством с 1993 по 1995 год.

В 1994-м некий полубезумный американец на легкомоторном самолёте "Сессна" сумел обмануть радары всех ПВО и совершил жёсткую посадку на лужайке Белого дома. Вулси невесело шутил: "Это на самом деле был ваш покорный слуга. Я таким образом пытался получить аудиенцию у президента".

Позже Вулси вспоминал уже без тени иронии: "Дело не в том, что у меня были плохие отношения с президентом. Этих отношений не было вовсе".

Джим Вулси покинул свой пост, и на смену ему пришёл Джон Дейч. Его срок службы в ЦРУ не превысил полутора лет. Более того, из кабинета в Лэнгли он чуть было не угодил за решётку. Выяснилось, что на личных ноутбуках Дейч хранил совершенно секретную информацию. Уже после того как он вышел в отставку, в ЦРУ началось служебное расследование по факту халатности бывшего патрона, но оно так ни к чему и не привело: инспекторы не решились обнародовать содержимое документов. Дело было передано в министерство юстиции, однако генпрокурор Джанет Рино также не смогла вынести вердикта. Дейча помиловал президент Клинтон в последний день пребывания в офисе: мол, что поделаешь с этими шалопаями-цеэрушниками.

В разведсообществе США полагают, что возрождение ЦРУ началось, когда в 1996 году его возглавил Джордж Тенет. Он единственный, кто продержался в кресле директора целых семь лет и ушёл с почётом.

В заслугу Тенету вменяют и то, что под крылом ЦРУ ему удалось собрать вышедших в отставку опытных разведчиков и реанимировать шпионскую сеть по всему миру. "Мы крадём секреты, — говорил он, — для того, чтобы наш президент мог знать, что будет происходить сейчас и позднее в местах, которые нас интересуют. Это то, чем мы должны заниматься. А без зёрен тмина (так в ЦРУ называют людей, добывающих информацию. — Прим авт.) эту работу нам не сделать".

Тенет, кстати, приглашал на работу не только кадровых агентов. На Уолл-стрит он, например, нашёл бизнесмена и инвестиционного банкира Эйлвина Кронгарта, которому предложил пост исполнительного директора ЦРУ, вторую по значимости должность в агентстве.

Кронгарт по прозвишу Buzzy, "Шумный", был потрясающе колоритной личностью. Он носил на ремне именной пистолет "Вальтер", любимое оружие Джеймса Бонда, блестяще владел восточными единоборствами, курил кубинские, выпущенные ещё в докастровскую эпоху сигары. Однажды, когда "Шумный" нырял с аквалангом с группой дайверов, к нему приблизилась большая белая акула, и Кронгарт, не растерявшись, со всей силой врезал ей кулаком по носу. Сопровождавшие его пловцы подтверждают: потрясённая акула, совершив круг, уплыла.
 

Но вместе с этими подвигами настоящего мачо Кронгарт был известен ещё и тем, что мог часами говорить о философах, наследие которых хорошо знал, — о Спинозе, Сократе, Дэвиде Юме. А как он рассказывал о своих любимых полотнах в Лувре!

Под руководством Тенета и Кронгарта ЦРУ, может быть, впервые за всю свою историю пережило по-настоящему серьёзную реорганизацию. В Лэнгли были созданы новые управления: информационных технологий, кадровых ресурсов, финансов и многие другие. Не Пентагон, а именно ЦРУ начало проектировать, а потом активно использовать для ведения воздушной разведки беспилотники типа Predator, показавшие высокую эффективность. Тенет и Кронгарт сумели в разы увеличить бюджет ЦРУ: на новые разработки Конгресс выделил им дополнительно миллиард долларов.

По иронии судьбы эта реорганизация произошла в первой половине 2001 года, незадолго до нападения "Аль-Каиды" на Америку.
 

Бюрократы и просто мелкие воры


11 сентября 2001 года стало мощнейшим ударом по всем американским спецслужбам. Наибольшие имиджевые потери, правда, понесло ФБР. ЦРУ сумело доказать: именно оно предупреждало внутреннюю разведку о том, что в школе для пилотов обучение проходят два подозрительных араба. Но ФБР не смогло связать донесения из разных агентурных источников.

Тенет был оправдан. Произошло это вскоре после того, как компактные, численностью до 12 человек, отряды коммандос из ЦРУ возглавили борьбу афганского Северного альянса против талибов. Власть средневековых варваров была сметена в считанные недели без особого участия Пентагона. У Тенета, который к тому времени перешёл на службу к президенту-республиканцу, установились тёплые, доверительные отношения с Джорджем Бушем-младшим. Шеф ЦРУ лично докладывал ему о положении дел в мире и стране как минимум шесть раз в неделю.

В июле 2004 года Тенет, как и обещал, добровольно ушёл в отставку. И в ЦРУ вновь началась кадровая чехарда, связанная с приходом в офис на седьмом этаже конгрессмена Портера Госса.

Госс, мало смысливший в делах разведывательной службы, привёл с собой и разместил на ключевых постах нескольких бюрократов из комитета палаты представителей по разведке. Их методы работы, откровенно пренебрежительное и высокомерное отношение к профессионалам-разведчикам вызвали резкое неприятие со стороны всей верхушки агентства. Заместитель директора ЦРУ ветеран с 32-летним стажем Джон Маклафлин и несколько глав отделов подали в отставку. Взорвалась и пресса. Достоянием газеты The Washington Post стал следующий факт: некто Майкл Костив, которого Госс прочил на третий по важности пост в ЦРУ, оказывается, уже когда-то работал в управлении, но вынужден был подать в отставку после того, как его арестовали в супермаркете за кражу пакета с беконом.

Портер Госс продержался в кресле директора ЦРУ чуть больше полугода. Его отставка была предрешена. Против Госса выступили не только ветераны ЦРУ, но и пресса и демократы в Конгрессе, которые сочли своего бывшего коллегу слишком "партийным" главой разведслужбы.

Была, правда, ещё одна причина, по которой его отправили на пенсию. Несмотря на победоносные войны Америки в Ираке и Афганистане, раковая опухоль "Аль-Каиды" стала расползаться по миру. Исламистские фундаменталисты отвоевали себе территории в Йемене и Сомали и фактически взяли под полный контроль пограничный район между Пакистаном и Афганистаном. Американское политическое руководство решило, что ЦРУ должно начать заниматься не только сбором информации, но и точечными операциями по ликвидации террористов.

Должность главы ЦРУ считается одной из самых трудных в Америке. Может быть, даже труднее, чем должность президента страны. Последний имеет хоть какую-то свободу рук. Директор ЦРУ должен поставлять в Белый дом качественную объективную информацию. Но при этом ему следует помнить о политической репутации лидера и планах его переизбрания на второй срок. И одновременно учитывать настроения в Конгрессе, перед которым шеф ведущей разведслужбы ответственен. Иными словами, эта должность заставляет его чётко отслеживать политическую конъюнктуру в Вашингтоне и очень часто проходить между Сциллой и Харибдой.

Но и выбор политическим руководством США кандидата на должность директора ЦРУ — занятие непростое. Следует учитывать интересы большинства правящих групп, каждая из которых может иметь своего кандидата. В результате процесс избрания главы разведки становится лотереей. Не случайно в истории ЦРУ, созданного в 1947 году, был только один кадровый разведчик, прошедший все ступеньки служебной лестницы в управлении, — Роберт Гейтс. Стоит ли удивляться тому, что, часто имея непрофессионалов во главе ЦРУ, Америка не смогла предсказать развал СССР, а в последние годы не знала, как реагировать на бунт арабской улицы?

Оседлавшие "хищников"

В середине нулевых перед ЦРУ уже официально была поставлена стратегическая задача: начать не просто выслеживать, а поражать цели с помощью напичканных современной электроникой самолётов-беспилотников Predator, которые из разведчиков превращались в орудие убийства. Это серьёзно меняло само содержание деятельности Лэнгли. Прежде управление чужими руками убирало неугодных Америке зарубежных лидеров, организовывало перевороты и операции наёмников, но никогда само не нажимало на спусковой крючок. Теперь же ЦРУ превращалось в некое полувоенное формирование с неограниченными полномочиями и лицензией на отстрел предполагаемых террористов по всему миру. При этом убийства не оставляли следов, и от них всегда можно было откреститься.

В Лэнгли в момент террористической атаки "Аль-Каиды" уже существовал специальный Контртеррористический центр, СТС, насчитывавший 300 сотрудников. В настоящее время в нём работает не менее двух тысяч человек, а это почти 10 процентов всего штата ЦРУ. В мире нет ни одной крупной столицы, в которой не присутствовал бы представитель СТС. На центр работают и сотрудники других отделов. По данным The Washington Post, 20 процентов экспертов из аналитического отдела являются так называемыми "поисковиками": они засекают местонахождение предполагаемых террористов и наводят на них перекрестие дронов.

Эта работа стала со временем абсолютно приоритетной в ЦРУ, а Контртеррористический центр превратился в некое самостоятельное управление, своего рода государство в государстве. И при этом работу, масштабно начатую Джорджем Бушем-младшим, весьма энергично продолжил "миротворец" Барак Обама. "Обама проявил себя на этом направлении гораздо большим "ястребом", чем от него этого ожидали и противники, и сторонники", — подчёркивает в книге "Конфронтация и сокрытие: тайные войны Обамы и неожиданное использование американской мощи" шеф вашингтонского бюро газеты The New York Times Дэвид Сеттер.

О результатах войны дронов говорят следующие цифры. По данным правозащитной организации New American Foundation, начиная с 2004 года только в Пакистане беспилотники совершили 337 боевых вылетов. В 2012 году они уничтожили от 1932 до 3176 человек. Из них членами экстремистских групп были предположительно от 1487 до 2595 человек. Иными словами, от 18 до 23 процентов всех поражённых целей были мирные жители.

А как же быть с уставом ЦРУ, который определяет агентство как "независимую гражданскую разведывательную организацию правительства США"? Этот вопрос уже не первый год задают члены Конгресса. "Мы полностью утратили контроль над военными операциями ЦРУ", — сетует председатель сенатского комитета по делам разведки Дайан Фейнштейн. "Пентагон берёт под контроль деятельность Лэнгли", — вторит ей член родственного комитета палаты представителей Джейн Хармен.
 

Нападение "Аль-Каиды" на Америку 11 сентября 2001 года стало одним из главных провалов ЦРУ за всю историю страны.
 

Ввод советских танков в Афганистан в декабре 1979 года застал врасплох администрацию президента Джимми Картера. ЦРУ считало, что перспектива испортить отношения с Западом незадолго до московской Олимпиады убережёт Советы от этой авантюры. Но в Лэнгли ошиблись.
 
А он кричал: "Огня, огня!"


Опасения, что ЦРУ берёт на себя несвойственные ему военные функции, лишь укрепились после того, как в апреле 2011 года новым директором стал генерал Дэвид Петрэус.
Заканчивавший военную карьеру Петрэус принимал парад на базе в Форт-Майерс. И слышал здравицы от коллег в свою честь, в которых его называли самым выдающимся генералом в американской истории. Стреляли пушки, и военный оркестр исполнял патриотические марши.

Тогда трудно было представить, что вскоре он вынужден будет уйти в отставку при чрезвычайно унизительных для него обстоятельствах. И, как это часто бывает в подобных случаях, многие историки и журналисты в Америке быстро пересмотрели своё отношение к герою. The New York Times в передовой статье даже назвала его "дутым героем странной войны".

Заслуги Петрэуса, за плечами которого были 37 лет военной карьеры, заключались в том, что он, как заявляли в Белом доме, изменил ход событий в Ираке, вытащил эту страну из кровавого тупика и помог политическому руководству Америки сохранить лицо.

Эксперты подтверждают: Петрэус внедрил в Ираке правильную стратегию. По его предложению были вооружены, обучены и получили денежное довольствие около 100 тысяч суннитов, которые в прошлом были бойцами армии Саддама Хусейна, но после его свержения стали проигрывать войну шиитам, имевшим поддержку Ирана. Число смертей среди гражданского населения, достигавшее 3500 в месяц, пошло на убыль.

Резкое падение насилия в Ираке убедило Белый дом и Конгресс, что стратегия Петрэуса работает. Так, вероятно, оно и было, иначе зачем надо было перебрасывать генерала в Афганистан. Но там его миссия не удалась: то, что он с успехом применял в условиях иракских городов, в афганских горах не срабатывало. Настал момент, когда генерал понял, что войну против талибов на их территории выиграть невозможно. Знающие Петрэуса люди вспоминают, что в тот момент он замкнулся, стал раздражительным. Петрэус, видимо, устал.

И тут его ждало неожиданное и спасительное приглашение возглавить ЦРУ. В Белом доме по-прежнему считали во-оружённую борьбу против исламских экстремистов главным направлением работы спецслужб. Там не забыли, что, находясь в Ираке, Петрэус написал целый учебник о том, "как бороться и побеждать исламистов". Обама, скорее всего, решил, что в Кабуле обойдутся и без генерала, тем более что накануне было принято решение сворачивать масштабные боевые действия в Афганистане и выводить оттуда войска.

В ЦРУ в отношении уволенного Петрэуса начато внутреннее служебное расследование. В отличие от армии, в Центральном разведывательном управлении адюльтер не считается преступлением.
 

Инспекторы будут проверять, мог ли генерал, вступивший в интимную связь со своим биографом Полой Бродуэлл, вольно или невольно выдать какие-то секреты, мог ли он стать объектом шантажа.

Это расследование, скорее всего, ни к чему не приведёт. Точно так же, как оно не дало никаких результатов в отношении Джона Дейча, хранившего секреты на своих ноутбуках. Генерала прикроет Белый дом. Единственная неприятность, которая ему грозит, это развод с супругой, с которой он прожил почти всю жизнь.

Но эта позорная история лишь добавила поленьев в огонь полемики, которая уже не первый год ведётся в Америке. Выполняет ли свои, прописанные законом, функции ЦРУ, во главе которого стоят генералы, готовые применять и на новом фронте исключительно боевой опыт? И не выхолащивается ли работа управления в условиях, когда главным направлением деятельности становится истребление противников, "поражение цели"? Ведь по уставу главная задача ЦРУ — собирать информацию и предоставлять её политическому руководству страны, с тем чтобы оно принимало правильные решения.

"Если террористов из "Аль-Каиды" убивают беспилотные самолёты, то как мы можем узнать об их зловещих планах, сети, источниках финансирования, вербовке сторонников? — задаётся вопросом журналист и историк Глен Гринфальд. — Когда во главе ЦРУ стоит генерал, исчезает разница между многочисленными боевыми действиями, которые ведёт Америка, и разведкой, которой она занимается. Всё это превращается в одну бесконечную войну".
 



Крупнейшим достижением ЦРУ в начале 1960-х считается использование самолёта-шпиона U-2. Директор ЦРУ Джордж Тенет назвал это настоящей революцией в мире шпионажа.
 
Ролевые игры

Газета The Washington Post сообщила: Пентагон разработал план по засылке в зарубежные страны целой армии новых шпионов численностью до 1600 человек. В неё войдут и военные атташе в американских посольствах за рубежом, но большую часть составят нелегальные агенты, работающие без прикрытия. Проект предусматривает реорганизацию Разведывательного управления министерства обороны, Defenze Intelligence Agency, и превращение его в полноценную шпионскую службу, которая по размерам и сложности стоящих задач была бы сравнима с ЦРУ. Сотрудники Лэнгли отныне будут обучать и тренировать новых шпионов на своей базе "Ферма" в штате Вирджиния, но задания те будут получать от руководства Пентагона.

Реорганизацию в Вашингтоне рассчитывают провести в течение пяти лет. Чиновники оборонного ведомства сообщают, что основными приоритетами в работе шпионов Пентагона станет отслеживание деятельности исламистских групп в Африке, ядерная программа Ирана, оружейные перевозки между Тегераном и Пхеньяном, а также модернизация Китая.

"Этот проект не является периферийным и маргинальным для Пентагона, — заявил директор разведуправления генерал-лейтенант Майкл Флинн. — Это будет серьёзнейшим вкладом в укрепление национальной безопасности".

Пентагоновские генералы заверяют, что они ни в коей мере не пытаются подменить ЦРУ. Но факт остаётся фактом: главная секретная служба Америки освоила стратегию превентивных боевых ударов по террористам, а военное ведомство взялось всерьёз окучивать поляну разведки.

Главой Пентагона теперь стал бывший руководитель ЦРУ Леон Панетта. Можно предположить, что новым шефом ЦРУ станет очередной пентагоновский генерал с несколькими звёздочками на погонах. И тогда американским лидерам останется уповать только на свою недюжинную политическую интуицию — ничего другого, кроме точечных ударов по противнику, "гражданское разведывательное управление" им предложить уже не сможет.

Журнал "Эхо Планеты", Евгений Бай
Голосов пока нет

В десант служить пойду, но с парашютом прыгать не буду!

Младший сержант Мазилкин Г.Г.Кто из мальчишек не мечтал служить в десантных войсках? Это особая честь и престиж. Называют эти войска по-разному и «голубыми беретами», и «крылатой пехотой», но во все времена мужеством и отвагой, надежностью и силой веет от этих людей, которые живут в соответствии с принципом: «Никто, кроме нас!» Завтра наша страна справляет праздник День ВДВ. Более миллиона россиян, носивших в свое время голубые береты, отметят его. Мы же хотим рассказать об одном из них, честно отдавшем свой долг родине во время боевых действий на Северном Кавказе.

В десант служить пойду, но с парашютом прыгать не буду!.. Редко встретишь десантника, который бы не прыгал с парашютом. Нам же удалось встретиться с  человеком, у которого все именно так и сложилось в армейской службе. Случай, можно сказать, из ряда вон выходящий. Впрочем, давайте обо всем по порядку.

Григорий Мазилкин, родом из Калашниково Лихославльского района Калининской (сейчас Тверской) области. Рос, учился, потом, как и положено армия. Служил в далеком глухом поселке Свердловской области во внутренних войсках. К слову, с отличием окончил сержантскую «учебку». Уже отдав долг родине, служил во вневедомственной охране в Калашниково, Лихославле, потом во Пскове.


Фото: срочная служба, Свердловская область, Г.Мазилкин справа

До Воздушно-Десантных Войск срочка в Свердловской области

В общем, к службе в ВДВ он подошел, будучи зрелым и обременённым житейским и профессиональным опытом человеком... В 1994 году знакомый пригласил его пройти собеседование и подать документы в Псковскую дивизию. Так и стал десантником (должность – техник взвода материально-технического обеспечения). Мазилкин сразу же выставил «для контракта», как это ни смешно звучит,  и свои условия (нигде не прописанные). С парашютом, мол, прыгать не буду. Хотя все  знают, что в десанте без этого, ну, никак нельзя. Прыгают все. Даже медсестры,  поварихи и оркестранты. Впрочем, ответ кадровиков был вполне лояльным: «Не хочешь – не будешь».

Иллюстрация: пункты контракта военослужащих, убывающих в Чеченскую республику

Пункты контракта военослужащих, убывающих в Чеченскую республику

Видимо в зачет пошли предыдущие вехи трудовой и армейской биографии. И отношение потом в коллективе десантников тоже было соответствующим, а не как к обычным рядовым «контрабасам», которым еще только предстояло в жизни что-то совершить.

Сам Григорий Григорьевич так вспоминает начало своей службы:
-  Это было как раз где-то начало августа 94-го. А 11 декабря случилась чеченская война. Тут все и закрутилось. Сначала первая партия поехала. Они двигались в сторону Грозного, со стороны Беслана. Через Орджоникидзевскую шли, через Самашки. В Ингушетии понесли первые потери. Кстати, в это же время в Чечне проходил службу А.В.Шевелев (ныне губернатор Тверской области) , в должности командира отдельной разведывательной роты. Там он получил ранение. 
А я туда полетел уже 10 января в составе сводного батальона.

Перед этим вызвал меня начальник интендантской службы 76-й дивизии ВДВ и назначил начальником вещевого склада, объяснив, что больше в тылу буду. Мол, ничего опасного и все под контролем. Некоторые из наших офицеров и прапорщиков   отказывались ехать, таких сразу увольняли.
Мы в составе походной колонны с 12 января двигались на Грозный. По телевизору в это время звучали хвалебные речи министра обороны Павла Грачева,  дивизия же в это время в новогодних боях была уже изрядно потрепана. К 14 числу были в Грозном. Там, на стадионе «Терек», увидел первых погибших. А 19-го, на Крещение, был взят дудаевский дворец.
Ну, а я выполнял свою работу,  выдавал форму, амуницию, бронежилеты. Нашей непосредственной обязанностью было обеспечение передовых подразделений всем необходимым. В том числе и водой. Воду по важности приравнивали к боеприпасам.

Фото: из сети Интернет

Контрабасы (популярное фото в сетях Интернет)


Пришлось и повоевать. А в «зарубу» попал так. Один раз поехали за водой. Собралась колонна водовозов по паре машин от танкистов, артиллеристов, от морской пехоты и от нас, десантуры. Ездили на Сталинский пруд, прикрытие – «бэшка» (БМД – боевая машина десанта). Приезжаем. Выставили боевое охранение, заливаем воду в машины. Сели немного отметить содружество разных родов войск. Вдруг наш боец бежит, сообщает, люди какие-то. Действительно, смотрим, враз человек тридцать. Оказалось, что это выходили боевики из окруженного города (Грозный в то время был нами уже частично взят). Начало боя было жарким  и скоротечным.
Встретили «духов» шквальным, но прицельным огнем из автоматов. Те ушли в промзону и начали нас из гранатометов обихаживать. Где-то минут сорок бой шел. А работа по заправке транспортов водой (вмиг подорожавшей на цену человеческой жизни) не прекращалась. Повезло, так как успели сообщить по рации командованию, что попали в засаду и на Сталинском пруду бой идет. Тут и заместитель по тылу мой очнулся, мол, там же Гриха. Подмога поспела вовремя, ушли в тот день без потерь.

Впрочем, это всего лишь один эпизод того февраля 1995 года. Рассказывает Григорий Григорьевич скупо и без прикрас. В Чечне тогда он провел несколько месяцев. В ноябре 1995 года во время отпуска по своим внутренним причинам уволился он из ВДВ, хотя предполагалась новая командировка десантников уже в российский миротворческий батальон в Косово. Захотелось быть поближе к дому. А за грамотные действия и личное мужество в том бою награжден медалью высшей солдатской доблести «За Отвагу». На удостоверении подпись Бориса Ельцина.


Фото: по возвращении из Чечни на аэродроме Чкаловский, 21 августа 1996г.
                        (Г.Мазилкин в нижнем ряду крайний слева - с бородой)


По возвращении из Чечни на аэродроме Чкаловский, 21 августа 1996г.

Однако жизнь на гражданке показалась странным потусторонним миром. Ходьба по магазинам, обыденность, полное спокойствие окружавших людей. А где-то голод и холод, беженцы, кровь, смерть. Десантнику не суждено было вписаться в мирные реалии. Следующая его должность – заместитель командира взвода гранатометчиков в составе 166 Тверской мото-стрелковой бригады. Опять январь, но  уже 1996-го года. Месторасположение – Чечня. В основном служба проходила на блокпостах. 
Активные действия по уничтожению бандформирований начались в апреле. С боями брались населенные пункты Бамут, Гойское, Серноводск. Но летом, в период подготовки и проведения президентских выборов, замечает Григорий, боевые действия были прекращены. Активных действий со стороны боевиков тоже особо не было. И, как оказалось, не случайно.
- В августе, а точнее, 6-го – продолжает рассказ Мазилкин – в Грозном нас ждали. Седьмого мы спустились с гор, а 8-го утром рейдовый отряд нашего батальона, входившего в состав бригады, начал движение с места расположения, села Шали, в Грозный. Для оказания помощи окруженным подразделениям МВД и войскам, которые в течение двух суток вели бои. Перед нами была поставлена задача – дойти до площади Минутка, закрепиться и ждать подхода основных сил федеральных войск. В результате же этот приказ оказался невыполненным. Понеся ощутимые потери, мы закрепились у стадиона «Динамо». За два часа погибла треть батальона из 4-ой и 6-ой рот. Идти дальше было равносильно самоубийству. На каждом шагу встречали ожесточенное сопротивление… Затем начались переговоры генерала Лебедя, начался вывод войск, ибо во все времена считалось, что плохой мир лучше хорошей войны..
Ребята из пятой роты, в которой находился Мазилкин, эвакуировали из здания МВД (центр Грозного) группу журналистов РТР. Наш земляк был представлен еще к одной медали. Но по его словам, в ходе боев даже наградные листы на отличившихся бойцов были выброшены на свалку вместе со всяким барахлом. Такая вот история.
В общей сложности он провел в Чечне в этих двух командировках без малого год. Награды у него еще были. Например, есть медаль «За укрепление боевого содружества», но по его словам, награда, полученная во время службы в ВДВ, имеет для десантника особое значение. Сердце греет.


Фото: в Фонде поддержки Героев СССР и РФ с Президентом Фонда Вячеславом Сивко, Героем России

В Фонде поддержки Героев СССР и РФ с Президентом Фонда Вячеславом Сивко, Героем России

Сейчас Григорий уже на пенсии, проживает и работает в Торжке. Крепко сбитый русский мужик, чуть ниже среднего роста (это в отличие от крайне тщедушного паренька, уходившего на «срочку»). У него два взрослых сына. Во втором браке в возрасте далеко за сорок бог послал бывшему десантнику еще более высшую награду, двух дочек. До сих пор работает в одном из охранных предприятий. Часто ездит в отчий дом в п.Калашниково Лихославльского района.
Состоит во всероссийской общественной организации ветеранов локальных войн «Боевое братство» (председатель – Д.Ю.Лисичкин, г.Тверь).
При каждой поездке в Москву по-простому заходит в гости в Фонд поддержки Героев СССР и России. Ведь Президент Фонда Вячеслав Сивко не только хороший знакомый или коллега, но и еще родной командир  237-го гвардейского парашютно-десантного Торуньского полка, под началом которого и служил Григорий в Воздушно-Десантных Войсках.
Ну, а к девизу «Никто кроме нас!» Григорий всегда будет относиться с уважением, ведь не зря говорят, что бывших десантников не бывает.


Андрей Чеботарев, Александр Хохлов
для газеты "Тверские Ведомости"
фото из личного архива Г.Мазилкина и сети Интернет
2 августа 2014г.



Слава ВДВ ! Слава спецназу ГРУ !!
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 оценки)

В штаб-квартире Службы Внешней Разведки вручили награды за лучшие произведения о разведчиках

Голосов пока нет

Военная разведка в битве за Сталинград

В мемуарах маршалов Г.К. Жукова, А.М. Василевского, А.И. Еременко, а также в многочисленных исторических исследованиях, посвященных Сталинградской битве, редко и скупо говорится о том, какую роль сыграла военная разведка Красной Армии в период подготовки операции «Уран» – операции по окружению, расчленению и уничтожению крупной группировки немецких войск между Волгой и Доном в ноябре 1942 – феврале 1943 гг. О некоторых тайных операциях военной разведки и их влиянии на ход и исход Сталинградского сражения рассказывает кандидат исторических наук Владимир ЛОТА.

Десятки лет тому назад на фронтах Великой Отечественной происходили события, которые кардинальным образом изменили обстановку на советско-германском фронте и создали реальные предпосылки для победы над фашистской Германией. Речь о Сталинградской битве. О подвигах пехотинцев, артиллеристов, танкистов, военных летчиков в ходе сражения за Сталинград написано много. Об участии военных разведчиков в этом сражении не сказано практически ничего. А между тем 1942 год – год Сталинградского сражения – был самым трагичным и самым успешным в деятельности военной разведки Красной Армии. Хотя по неизвестным причинам операции военной разведки не нашли отражения даже в воспоминаниях Маршала Советского Союза А.М. Василевского, который в период Сталинградской битвы был начальником Генерального штаба.

Сталинградское сражение, как известно, началось в середине июля 1942 года. Гитлер требовал от своих генералов разгрома Красной Армии. На московском и ленинградском направлениях сохранялись крупные группировки немецких войск, которые реально угрожали безопасности двух столиц советского государства. Какой из них предстояло пасть первой, сказать тогда никто бы не смог. Гитлер готов был уничтожить и Москву, и Ленинград одновременно.

После разгрома немецких войск под Москвой наступательные возможности советских войск к весне 1942 года иссякли. Для советского Верховного Главнокомандования настало время решать, как действовать во время летнего периода – обороняться или продолжать наступление? Начальник Генерального штаба Б.М. Шапошников (с мая 1942 г. – заместитель наркома обороны) понимал, что для накопления резервов необходимо выиграть время. Он считал, что по всему фронту необходимо перейти к стратегической обороне.

Сталин и Жуков соглашались с необходимостью перехода к стратегической обороне, но предложили провести несколько наступательных операций. В конечном счете стратегическая оборона была принята в качестве главного вида действий Красной Армии на лето 1942 года. Вместе с тем Ставка, учитывая мнение Сталина, приказала также провести частные наступательные операции.

В Генштабе хорошо знали, что в стране чрезвычайно остро ощущался недостаток в подготовленных резервах и материально-технических средствах. Планировать наступательные операции в таких условиях было бесперспективно. Однако со Сталиным никто спорить не стал.

В первом квартале 1942 года в Генеральном штабе пытались определить, где же германское командование нанесет главный удар. Мнения были различными, но все считали, что захват Москвы остается главной целью германских войск.

У Гитлера были более обширные планы. Наша военная разведка впервые узнала о них в марте сорок второго года...

В конце января 1942 года военком Разведуправления бригадный комиссар И. Ильичев проанализировал действия военной разведки в ходе начального периода войны. В работе Разведуправления Красной Армии выявились серьезные недостатки. Ильичев подготовил докладную записку членам Государственного Комитета Обороны. В то время это было похоже на приговор самому себе. Воспоминания о пятерых начальниках военной разведки, репрессированных в канун нападения фашистской Германии на Советский Союз, еще были слишком свежи в памяти.

В записке Ильичева говорилось о том, что «организационная структура военной разведки не приведена в соответствие с условиями войны и является тормозом в разведывательной работе». Серьезной критике был подвергнут Генеральный штаб, который практически не руководил Разведуправлением.

Докладная Ильичева была без задержки рассмотрена на заседании ГКО. 16 февраля 1942 года И.В. Сталин подписал приказ, в соответствии с которым Разведуправление ГШ Красной Армии было реорганизовано в Главное разведывательное управление ГШ КА.

Ильичев был доволен тем, что ему удалось сделать в столь короткий срок. От направления докладной в ГКО до реорганизации Разведуправления приказом Сталина прошло всего шестнадцать дней! На сохранившейся копии докладной записки рукой Ильичева написано: «В дело. Все решено!»

Начальником ГРУ был назначен генерал-майор А.П. Панфилов. Военным комиссаром разведуправления вновь был утвержден бригадный комиссар И.И. Ильичев. В Главном разведуправлении было сосредоточено руководство всеми видами разведки – зарубежной и войсковой. В соответствии с решением И.В. Сталина генерал-майор Панфилов стал заместителем начальника Генерального штаба. Это означало, что Генеральный штаб непременно улучшит работу по руководству ГРУ, что и произошло.

Так начинался для военной разведки 1942 год…

Для бесперебойной и эффективной работы Генерального штаба его офицерам постоянно требовались сведения по широкому кругу вопросов. «Механизм» добывания, изучения, оценки и использования разведсведений был довольно сложен. Как он действовал в 1942 году? Справлялась ли разведка с решением возложенных на нее задач? Что конкретно было сделано военными разведчиками для обеспечения разгрома немецких войск под Сталинградом?

Эти и многие другие вопросы до сих пор вызывают обостренный интерес. На них легче было бы найти ответы, если бы кто-либо из начальников ГРУ военного периода оставил мемуары. Однако генералы Ф. Голиков, А. Панфилов, И. Ильичев и Ф. Кузнецов своими «воспоминаниями и размышленями» с потомками не поделились. Не написал мемуары и участник Великой Отечественной войны патриарх военной разведки генерал армии П.И. Ивашутин, около четверти века руководивший работой ГРУ. Однажды, беседуя с Петром Ивановичем, я поинтересовался, собирается ли он написать воспоминания о работе в разведке? Генерал ответил коротко и твердо: «Начальники военной разведки мемуаров не пишут».

В годы войны разведка стремилась к достоверности сведений. И во многих случаях добивалась успеха. Но результаты ее работы не всегда приносили пользу. Известно, что военные разведчики Рихард Зорге, Ильзе Штебе, Шандор Радо, Лев Сергеев, Герхард Кегель и другие своевременно предупреждали советское руководство о готовящемся нападении Германии на Советский Союз.

В феврале 1942 года Сталин и члены ГКО после разгрома немцев под Москвой наконец-то прислушались к мнению руководства РУ ГШ Красной Армии и приняли конкретные меры по реорганизации этой секретной службы. Война требовала новых организационных форм разведки, новых методов и направлений в ее работе. В 1942 году, несмотря ни на что, военная разведка с ее зарубежными резидентурами, разведотделами штабов фронтов, приграничными разведпунктами и техническими службами имела достаточно прочные позиции. Образно говоря, в 1942 году военная разведка Красной Армии представляла собой особый секретный фронт Генерального штаба. На этом фронте, линия которого проходила через столицы многих иностранных государств, через советские города и села, временно оккупированные фашистами, бои не прекращались ни на минуту. В тех жестоких боях погибли многие разведчики. Они ведь всегда шли впереди действующей армии, помогали ей, постоянно рискуя жизнью.

Какие же виды разведки оказались особо эффективными в период подготовки Сталинградской операции и во время разгрома немецких войск в ноябре 1942 г. – декабре 1943 г.? Это, во-первых, войсковая разведка. Самоотверженно трудились офицеры разведотделов Сталинградского, Донского, Юго-Западного и других фронтов. Они добывали разведывательные сведения по крупицам на передовой, в тылу врага, в ходе допросов захваченных в плен германских солдат и офицеров. По утвержденному Генеральным штабом и начальником ГРУ положению разведотдел каждого фронта обязан был к 20.00 текущих суток направить в Центр разведдонесение обо всем новом, что замечено за линией фронта на стороне противника. К 3.00 следующих суток начальник РО штаба фронта готовил и направлял в ГРУ разведсводку о частях и соединениях противника в пределах линии фронта.

Кроме того, все разведотделы фронтов были обязаны направлять в Москву так называемые «декадные разведсводки» к 9.00 9, 19 и 29-го числа каждого месяца. Более того, начальник ГРУ требовал от всех подчиненных ему разведорганов штабов фронтов представлять месячные отчеты о работе разведотделов к 10-му числу следующего месяца.

При самом приблизительном подсчете получается, что разведотдел штаба каждого фронта в течение 1942 года направил в Центр около 780 донесений и разведсводок. Если учесть, что в 1942 году Ставкой было образовано 17 фронтов, то получается, что силами ГРУ с 1 января по 31 декабря 1942 года было отработано более 13 тысяч различных разведдокументов! Значительная часть из этих материалов была подготовлена разведотделами южных фронтов Красной Армии.

Конечно, донесений, исходивших из структур войсковой разведки, было значительно больше.

Второе важное направление в деятельности ГРУ в период подготовки окружения немецкой группировки и уничтожения ее в ходе Сталинградской битвы занимала радио- и радиотехническая разведка. В конце ноября, когда кольцо окружения немецко-фашистских войск в районе Сталинграда сомкнулось, радиоразведкой было установлено, что в окружении находились штабы 6-й полевой армии, 4, 8 и 51-го армейских корпусов, 11-го механизированного корпуса, 14-го танкового корпуса, а также шести танковых и механизированных дивизий и тринадцати пехотных дивизий противника, то есть группировка окруженных немецких войск была вскрыта полностью.

В 1942 году в состав Разведуправления Красной Армии входила и дешифровальная служба. Сотрудники этого вида разведки в 1942 г. также добились значительных результатов. Дешифровальной службой ГРУ было раскрыто 75 шифров немецкой разведки, прочитано свыше 25 тысяч немецких шифротелеграмм.

Полученные таким путем сведения о противнике позволили установить дислокацию свыше ста штабов соединений, раскрыть нумерацию двухсот отдельных батальонов и других частей германской армии.

Многие годы зарубежные исследователи восхваляли британскую разведку, которая сумела раскрыть содержание перехваченных немецких радиограмм, зашифрованных специальной машинкой для шифрования текстов, которая называлась «Энигма» («Загадка»). Созданная немецким изобретателем доктором наук Артуром Шербиусом, эта машинка была в то время подлинным чудом шифровальной техники. Британцы смогли покорить «Энигму».

Так было. Но никогда и нигде еще не говорилось о том, что примерно таких же успехов в 1942 году добились сотрудники специальной дешифровальной группы ГРУ. Они выявили возможности расшифровки немецких телеграмм, зашифрованных все той же «Энигмой», и приступили к конструированию специальных механизмов, ускоряющих эту расшифровку.

В ноябре 1942 года, в самый разгар Сталинградской битвы, радиоразведывательная и дешифровальная службы ГРУ были переданы в Генеральный штаб Красной Армии и в органы НКВД.

Третьим важным направлением добывания сведений о противнике была авиационная разведка. Об эффективности ее работы можно судить хотя бы по такому факту. В боях под Сталинградом заместитель командира эскадрильи 8-го отдельного разведывательного авиационного полка 8-й воздушной армии Южного фронта капитан Василий Балашов произвел 45 боевых вылетов, сфотографировал территорию, на которой находились войска противника, общей площадью 14,5 тысячи квадратных километров. Всего же за годы войны этот офицер произвел 210 боевых вылетов на разведку войск и коммуникаций противника. В августе 1943 года капитану В. Балашову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Все сведения о противнике поступали в Центр. На их основе офицеры центрального аппарата ГРУ готовили информацию для представления в вышестоящие инстанции. Существовал строгий порядок подготовки этих документов, нарушить который никто не имел права.

Ежедневно в ГРУ во второй половине дня готовились разведывательные сводки о положении на фронтах за истекшие сутки. Ежедневно эти разведсводки представлялись председателю ГКО И.В. Сталину, другим членам ГКО, начальнику Генерального штаба и начальнику его Оперативного управления.

Не реже одного раза в неделю к разведсводке прилагались специальные карты, изготовленные в военной разведке, на которых отражалась группировка сил противника.

К 7, 15, 22 и 30 числу каждого месяца ГРУ должно было представить Сталину, всем членам ГКО, начальнику Генерального штаба и начальнику Оперативного управления ГШ особый документ, который назывался «Боевое расписание сил противника». В этом «расписании» указывалась группировка противника по всем фронтам и направлениям до дивизии, отдельной бригады, полка и батальона.

Во многих случаях, по мере поступления сведений особой важности, в ГРУ разрабатывались специальные сообщения, которые незамедлительно направлялись И.В. Сталину, Г.К. Жукову, Б.М. Шапошникову, А.М. Василевскому. Часто такие спецсообщения адресовались Л.П. Берия, В.М. Молотову, Г.М. Маленкову и другим государственным деятелям.

Естественно, ценность разведдонесений ГРУ определялась не их количеством, а содержанием. Информационные документы, подготовленные сотрудниками ГРУ в 1942 году, исчислялись десятками тысяч. Но не этот «ворох разведсведений» важен для понимания значимости вклада военной разведки в разгром группировки германских войск под Сталинградом. Важно содержание разведсведений и своевременность их получения.

Если фронтовая разведка, радиотехническая и дешифровальные службы ГРУ и авиационная разведка добывали сведения в основном о состоянии войск противника вдоль линии советско-германского фронта, о передвижениях войск и сосредоточении резервов живой силы и боевой техники немцев в оперативной глубине фронта, то сведения о стратегических замыслах вермахта добывала главным образом советская стратегическая агентурная разведка, которая была четвертым по счету, но скорее всего первым по значимости направлением в деятельности военной разведки накануне и в период Сталинградской битвы. Зарубежные резидентуры военной разведки в 1942 году действовали в Лондоне, Женеве, Париже, Вашингтоне, Токио, Стокгольме, Анкаре и столицах некоторых других государств.

Готовя вермахт к решительным боям против Красной Армии, Гитлер 5 апреля 1942 года подписал секретную директиву № 41, которая имела кодовое наименование «Блау». Эта директива содержала стратегический замысел германского командования по ведению войны на Восточном фронте в 1942 году. Кроме общих задач, которые ставились перед командованием немецких войск, – «уничтожить, разрушить, лишить, захватить…», она обязывала «сосредоточить все имеющиеся силы для проведения главной операции на южном участке фронта с целью уничтожить противника западнее Дона и в последующем захватить нефтяные районы Кавказа и перевалы через Кавказский хребет».

Для достижения этой цели немецкое командование планировало нанести удар и на Сталинградском направлении. В директиве Гитлера об этом сказано так: «Попытаться достигнуть Сталинграда или, по крайней мере, подвергнуть его воздействию тяжелого оружия с тем, чтобы он потерял свое значение как центр военной промышленности и узел коммуникаций».

Директива Гитлера № 41 от 5 апреля 1942 г. носила, как всегда, секретный характер. Узнала ли о ней советская военная разведка?

Трудно сказать, когда именно в германском генштабе приступили к разработке этой директивы, но первое донесение о планах Гитлера по весеннему наступлению на Восточном фронте поступило в Москву от лондонских источников военной разведки Красной Армии 3 марта. Агент «Гано» в тот день сообщал, что Германия «планирует весной 1942 года начать наступление в направлении Кавказа. Для этих целей Берлин добился договоренностей о направлении на Восточный фронт 16 новых румынских, 12 итальянских, 10 болгарских, 2 словацких и нескольких венгерских дивизий полного состава».

В тот же день, 3 марта 1942 года, другой агент военной разведки – «Долли», действовавший тоже в Лондоне, доложил в Москву, что:

а) Германия начнет свое новое наступление против СССР между 15 апреля и 1 мая;

б) наступление немецких войск не будет иметь характера блицкрига. Немцы намерены действовать медленно, но успешно...».

15 марта агент «Долли» сообщил о содержании бесед японского посла в Берлине с министром иностранных дел Германии Риббентропом, которые состоялись 18, 22 и 23 февраля. В этих беседах Риббентроп заявил, что Восточный фронт стабилизирован. На вопрос японского посла, когда следует ожидать весеннего наступления на Восточном фронте, немецкий министр ответил, что «план летней кампании разрабатывается генштабом. Пока точную дату начала наступления он сообщить не может, но в общих чертах план тот же, о котором японскому послу говорил Гитлер в личной беседе. В операциях Германии против СССР в 1942 году первостепенное значение будет играть южный сектор Восточного фронта. Именно там начнется наступление, а сражение развернется к северу».

Далее агент сообщал, что, по данным японского посла, в Берлине немцы планируют отрезать СССР от внешней помощи, расширить наступление на юге, включая захват всего Донбасса и Кавказа. Если же не удастся, как заявил Риббентроп, совершенно сломить советский режим, то после летнего наступления СССР потеряет всякое значение и силу.

В 1942 году активно работала резидентура военной разведки в Швейцарии «Дора», которой руководил Шандор Радо. Она добывала сведения о стратегических замыслах германского командования по ведению войны на Восточном фронте. Ценные сведения поступали в этот период от помощников Шандора Радо «Пакбо», «Сиси», «Люци», «Лонга», «Зальтера» и других.

12 марта 1942 года Радо направил в Москву шифрованную радиограмму такого содержания: «Основные силы немцев будут направлены против южного крыла Восточного фронта с задачей достигнуть рубежа реки Волги и Кавказа, чтобы отрезать армию и население Центральной части России от нефтяных и хлебных районов».

Оценивая этот период в своей жизни, Шандор Радо уже после войны писал: «Можно сказать, что и в сорок первом, и в сорок втором годах наша организация оправдала свое назначение, несмотря на отдельные промахи. Что же касается такой крупной акции, как подготовка германской армии к летнему наступлению сорок второго года, то переданная нами информация в основе своей оказалась верной... Так или иначе, планы противника своевременно были разгаданы».

На основе сведений, поступивших от источников из Лондона, Женевы и столиц других государств, в марте 1942 года в Главразведуправлении было подготовлено спецсообщение начальнику Генерального штаба А.М. Василевскому. В этом спецсообщении говорилось: «Подготовка весеннего наступления подтверждается переброской немецких войск и материалов. За период с 1 января по 10 марта 1942 года переброшено до 35 дивизий, непрерывно идет людское пополнение действующей армии. Ведутся интенсивные работы по восстановлению железнодорожной сети на оккупированной территории СССР, идет усиленный завоз боевых и транспортных машин. Центр тяжести весеннего наступления будет перенесен на южный сектор фронта со вспомогательным ударом на севере при одновременной демонстрации на центральном фронте против Москвы.

Для весеннего наступления Германия вместе с союзниками выставит 65 новых дивизий. Наиболее вероятный срок весеннего наступления – середина апреля или начало мая 1942 года».

Все силы стратегической агентурной военной разведки были нацелены на выявление замыслов гитлеровского командования и характера намечаемых им операций. Аналитики ГРУ пришли к твердому и обоснованному убеждению о главных стратегических целях Германии в войне против СССР в 1942 году. На основании полученных из Швейцарии, Великобритании, Турции, США, Швеции и Японии сведений было подготовлено спецсообщение ГРУ высшему политическому и военному руководству СССР. В нем говорилось: «Наиболее вероятным направлением главного удара немцев на Восточном фронте будет Ростовское направление. Цель весеннего наступления – овладеть нефтеносной базой СССР и в последующем, ударом на Сталинград, выйти к реке Волга».

В конце марта, в апреле и мае Разведуправление продолжало получать уточняющую информацию от руководителей своих зарубежных резидентур о планах немцев.

31 марта агент «Гано» сообщил в Москву: «По данным источника из Берлина, заслуживающего доверия, план немецкого наступления на Восточном фронте предусматривает два направления:

1) Удар на Ленинград для подкрепления Финляндии и разрыва связей и поставок в СССР через Белое море.

2) Наступление на Кавказ, где главное усилие предвидится в направлении на Сталинград и второстепенное – на Ростов и, кроме того, после захвата Крыма – на Майкоп. Главная цель наступления – захват Волги на всем ее протяжении. На западном берегу немцы намерены поставить сильные укрепления.

Относительно действий на центральном участке фронта в немецком штабе были разногласия. Одни предпочитают нанести лобовой удар, другие – ликвидировать Москву путем обхода».

Как известно, директиву № 41 Гитлер утвердил 5 апреля. Данные агентов военной разведки «Долли», «Гано» и Шандора Радо позволяют утверждать, что основные положения этого секретного документа стали известны в Москве значительно раньше. Такие парадоксы возможны только в разведке.

Это достижение военной разведки было отмечено генералом С.М. Штеменко, который в 1942 году работал в Генеральном штабе. В своих воспоминаниях он подчеркнул: «Летом 1942 года замысел врага захватить Кавказ тоже был раскрыт достаточно быстро. Но и на этот раз у советского командования не было возможности обеспечить решительные действия по разгрому наступающей группировки противника в короткий срок».

Летом 1942 года наша стратегия одновременно «наступать и обороняться» потерпела крах и привела к разгрому советских войск под Харьковом, Воронежем и в Крыму. После таких поражений Красная Армия на всех фронтах была вынуждена перейти к стратегической обороне.

Разведсведения о планах противника на лето 1942 года были добыты военной разведкой своевременно, но воспользоваться им в полной мере Генштаб в первой половине 1942 года не смог. Вновь, как и в 1941 году под Москвой, в районе Сталинграда сложилось критическое для Красной Армии положение. 27 августа 1942 года Сталин подписал постановление, в соответствии с которым Жуков был назначен первым заместителем наркома обороны. С.М. Буденный был освобожден от этой должности. Г.К. Жуков стал первым заместителем Верховного Главнокомандующего.

Назначение Жукова заместителем Сталина было своевременным и символичным одновременно. Своевременным потому, что положение на советско-германском фронте было критическим. Символичным потому, что это назначение означало смену поколений в военном руководстве страны. Стратегия сабельных атак бесповоротно уходила в прошлое, уступая место стратегии танковых сражений, тесного взаимодействия авиации, артиллерии и пехоты, активного использования всех видов военной разведки для добывания сведений о противнике.

Через два дня Г.К. Жуков был в районе Камышина, где его встретил начальник Генерального штаба генерал А.М. Василевский. После короткого доклада генерала Василевского они направились на командный пункт 1-й гвардейской армии, которой командовал генерал К.С. Москаленко. Командующий Сталинградским фронтом генерал В.Н. Гордов в то время находился на КП 1-й гвардейской армии. Г.К. Жуков внимательно выслушал доклады генералов о дислокации сил противника на Сталинградском фронте и убедился, что штаб Сталинградского фронта хорошо знает обстановку перед линией фронта, что его разведотдел добыл достаточное количество сведений о противнике.

Но разведка фронта не могла добыть сведения о том, где, когда и какими силами противник может перейти в генеральное наступление. Эти сведения должны были добыть зарубежные резидентуры Главного разведывательного управления. Они действовали вдали от Сталинградского фронта, но сведения, которые они добывали, были исключительно важны для хода и исхода Сталинградского сражения...

Около двух недель Жуков находился в войсках генерала Гордова, изучал обстановку, данные военной разведки, объехал все части и соединения. 10 сентября Жуков связался с Москвой и доложил Сталину свои выводы. Они были неутешительными.

3 сентября Жуков получил телеграмму из Москвы за подписью Сталина. В ней говорилось о том, что «положение под Сталинградом ухудшилось. Противник находится в трех верстах от Сталинграда. Сталинград могут взять сегодня или завтра».

Ознакомившись с телеграммой, Жуков доложил Сталину, что войска Сталинградского фронта смогут вступить в бой с противником только вечером 4 сентября. Сталин приказал в случае перехода противника в общее наступление атаковать немцев, не дожидаясь окончательной готовности войск.

Жуков приступил к выполнению указаний Сталина, но добиться успеха не смог.

Несколько дней продолжались бои. Силы Сталинградского фронта были не в состоянии прорвать коридор и соединиться с войсками Юго-Восточного фронта.

10 сентября Жуков еще раз объехал части и соединения Сталинградского фронта и окончательно пришел к выводу, что добиться успеха наличными силами и в той же группировке невозможно.

12 сентября Жуков вылетел в Москву. Так неутешительно завершилась его первая поездка на Сталинградский фронт. Однако изучение обстановки на месте, тщательное изучение донесений разведотделов штабов трех фронтов и авиационной разведки позволили Жукову увидеть контуры будущей контрнаступательной операции.

По случайному стечению обстоятельств 12 сентября 1942 года командующий 6-й германской армией генерал Паулюс тоже вылетел из-под Сталинграда в Винницу. Гитлер, который в то время находился там в своем секретном бункере, требовал обстоятельного доклада. В ходе обсуждения стратегии битвы на Волге Гитлер приказал Паулюсу решительным штурмом взять Сталинград.

...Прибыв в Москву, Жуков вызвал начальника Генерального штаба генерала Василевского, который был назначен на эту должность в июне 1942 года. Они детально обсудили последние разведсводки и специальные сообщения Главного разведуправления, оценили обстановку, которая сложилась в районе Сталинграда и Кавказа. После этого Жуков сообщил Сталину по «ВЧ» о том, что они вместе с Василевским готовы доложить об обстановке под Сталинградом.

Жуков работал в тесном контакте с начальником Генерального штаба над анализом обстановки на всех фронтах. Генерал Василевский обладал значительным объемом информации о противнике, его планах, о перебросках войск с Запада на Восток, подготовке резервов, производстве новой боевой техники на германских заводах, привлечении Германией новых воинских формирований Румынии, Венгрии, Италии и Словакии. Точные сведения о фашистской армии бесперебойно поступали в Генеральный штаб из Главного разведывательного управления.

Накануне и в ходе Сталинградской битвы все органы военной разведки работали по единому замыслу. Он был конкретизирован в планах работы на третий и четвертый квартал 1942 года. В частности, в «Плане работы 1-го отдела 1-го Управления Главразведуправления Генерального штаба Красной Армии на период октябрь-декабрь 1942 года», который подготовил начальник отдела полковник Иван Большаков, говорилось о задачах отдела по добыванию необходимых данных в Германии и в других европейских странах.

В Москве в подчинении полковника И. Большакова было 12 офицеров: полковой комиссар Л. Эпштейн, военинженер 2 ранга К. Леонтьев, майоры В. Коновалов, Н. Трусов, старший лейтенант В. Бочкарев и другие разведчики. Среди них была и женщина – капитан Мария Полякова. Опытный разведчик, Полякова хорошо знала Германию, работала в Берлине на нелегальном положении.

В четвертом квартале 1942 года отдел Большакова должен был через существующую и вновь создаваемую агентурную сеть, вести разведку вооруженных сил Германии, добывать сведения о «детальных планах и намерениях германского командования, непрерывно освещать группировки и передвижения германских войск, выявлять резервы противника и районы их сосредоточения».

Перед подчиненными Большакова стояла и другая, не менее важная задача – добыть сведения о дипломатических комбинациях военно-политического руководства фашистской Германии как в оккупированных немцами странах, так и в странах, которые поддерживали с СССР нормальные отношения. Особое внимание уделялось добыванию точных сведений об отношении Японии и Турции к событиям на Восточном фронте. При неблагоприятных для СССР условиях эти государства могли оказаться на стороне Германии. В Москве было известно, что министр иностранных дел Германии Риббентроп убедил германских генералов в том, что Япония в 1942 году обязательно начнет военные действия против СССР.

Полковник Большаков и его подчиненные планировали организовать заброску новых резидентур в Германию, а также Польшу и Чехословакию с целью создания в этих странах развернутой агентурной сети, способной полностью обеспечить Центр разведданными о противнике.

Какие же разведданные о противнике интересовали Генеральный штаб и ГРУ? Они многообразны. Военная разведка должна была установить:

1) количественный и качественный состав германских войск на южном направлении и районы сосредоточения резервов германской армии;

2) планы германского командования на зиму 1942 –1943 гг.;

3) использование сил союзников (Венгрии, Румынии, Словакии, Италии) на Восточном фронте;

4) ход мобилизации в Германии и отношение к ней населения;

5) результаты формирования новых частей и соединений, особенно танковых и авиационных.

Выявить:

1) точную группировку войск противника на территории Германии, какие дивизии и где дислоцированы, их организацию, вооружение, командный состав, политико-моральное состояние;

2) переброски войск и военных материалов из Германии на Восток, маршруты и направления их движения, нумерацию перебрасываемых частей, их численный состав;

3) количество вновь формируемых танковых и моторизованных дивизий, их вооружение и организацию. Какие новые типы танков предполагается применить на Восточном фронте, их тактико-технические данные, расположение ремонтных баз в тылу противника;

4) дислокацию учебных центров автобронетанковых войск.

Военная разведка должна была добыть и другие важные сведения. Ответственными за выполнение этих задач были старший помощник начальника отдела военинженер 2 ранга К. Леонтьев, помощники начальника отдела капитан М. Полякова, старший лейтенант В. Бочкарев и другие офицеры.

Одна из главных задач отдела состояла в восстановлении связи с резидентурой в Берлине, которой руководила разведчица Ильзе Штебе. В Центре ее называли Альтой. Но сделать этого сотрудники отдела Большакова не успели.

В субботу, 12 сентября 1942 года Ильзе Штебе была арестована гестаповцами и обвинена в сотрудничестве с советской разведкой. Позднее был арестован и ее главный источник дипломат, сотрудник министерства иностранных дел Германии барон Рудольф фон Шелия. 14 декабря Ильзе Штебе была приговорена имперским военным судом к смертной казни.

Гитлер внимательно следил за ходом этого суда. 21 декабря 1942 года в разгар Сталинградской битвы фюрер лично утвердил распоряжение по приговору военно-полевого суда в отношении членов групп А. Харнака – Х. Шульце – Бойзена и И. Штебе – Р. фон Шелия. В распоряжении Гитлера говорилось: «Я утверждаю приговор имперского военного суда от 14 декабря 1942 года в отношении бывшего советника посольства Рудольфа фон Шелия и редактора Ильзе Штебе, а также приговор имперского военного суда в отношении старшего лейтенанта Харро Шульце-Бойзена и других. Ходатайство о помиловании я отклоняю. Приговоры привести в исполнение, а именно: в отношении Рудольфа фон Шелия, Харро Шульце-Бойзена, Арвида Харнака, Курта Шумахера и Иоганнеса Грауденца – путем повешения. Остальные смертные приговоры привести в исполнение путем отсечения головы…»

В ночь с 23 на 24 декабря 1942 года Ильзе Штебе была казнена на гильотине в тюрьме Плетцензее.

В декабре 1942 года гестаповцы разгромили резидентуру «Отто» во Франции. Были арестованы Л. Треппер и Г. Робинсон. В Брюсселе гестаповцы захватили советских военных разведчиков А. Гуревича (Кент), М. Макарова (Хемниц) и других. По-разному сложились их судьбы. Большинство из них, как Ильзе Штебе, были казнены. Л. Трепперу и А. Гуревичу удалось бежать из гестапо.

Однако продолжали активно действовать другие резидентуры военной разведки. В Швейцарии работала резидентура «Дора», в Лондоне – «Брион», «Эдуард» и разведчица Урсула Кучински, известная по псевдониму «Соня». В Турции действовала резидентура, которой руководил разведчик «Нак», из Швеции поступали сведения от резидента «Акасто». Продолжали поступать сведения из Японии, США и Франции. Разведсведения, добытые в этих странах, были ценными.

7 июня генерал-майор И.А. Скляров, который руководил в Лондоне резидентурой «Брион», получил от американского военного атташе сведения о дислокации и группировке частей и соединений всей германской армии. Но, видимо, сведения, которые «Брион» получил от американца, не в полной мере соответствовали реальному положению дел на Сталинградском направлении. Поэтому 23 июня начальник военной разведки направил генералу И. Склярову следующее указание: «Дорогой Брион! Считаю необходимым еще раз заострить Ваше внимание на недостатках в работе.

1. Количество и качество материалов по состоянию и вооружению германской армии и армий стран «оси», а также планам и намерениям командования противника по-прежнему совершенно недостаточно. Информация по этим вопросам ограничивается в основном материалами, получаемыми Вами официально от англичан и американцев. Опыт работы с «Долли» доказывает, что официально Вы получаете далеко не все, что нам могут дать».

Это было не только серьезное замечание по работе «Бриона», но и предостережение о том, что американцы и англичане передавали советской разведке далеко не все данные о вооруженных силах Германии, которыми на самом деле располагали.

То, что не передавала «Бриону» разведка союзников, разведка Красной Армии получала по другим каналам. В частности, из Швеции, Турции или Франции. Военный разведчик «Акасто», действовавший в Стокгольме, 31 августа сообщал в Москву: «Шведский генеральный штаб считает, что на Украине началось основное немецкое наступление. План немцев – прорыв линии Курск – Харьков с развитием наступления через Дон к Сталинграду на Волгу. Затем – установление заслона на северо-востоке и продолжение наступления свежими силами на юг через Ростов на Кавказ».

Учитывая рекомендации Центра, «Брион» активизировал работу с суперагентом ГРУ в годы войны, который имел псевдоним «Долли». 3 октября «Брион» докладывал в Центр: «Наш источник из британского военного ведомства сообщил о том, что на очередном совещании офицеров разведки, которое состоялось в минувшую пятницу, начальник разведки генерал-майор Давидсон сделал сообщение о положении дел на Восточном фронте. По его оценке, «русские выигрывают войну для англичан. У русских получается все гораздо лучше, чем предполагал Давидсон, который считал, что немцы должны были захватить Грозный к 5 сентября, Сталинград – к 7 сентября и Баку – к 19 сентября».

Нашим агентом в британском военном ведомстве был «Долли», который знал не только, что подают на завтрак премьер-министру Великобритании У. Черчиллю.

Активно и результативно работал и агент «Гано». 6 октября он передал Склярову сведения о количестве и дислокации всех резервных частей немецкой армии...

К концу октября общий план Ставки по разгрому немцев под Сталинградом был сверстан. Чтобы разработать план взаимодействия трех фронтов в районе Сталинграда, Генеральный штаб должен был основываться на конкретных материально-технических расчетах. Все сведения о количестве, составе, вооружении и резервах войск Красной Армии Генштаб имел в своем распоряжении. Подобные сведения о германских вооруженных силах поступали от источников военной разведки.

Вспоминая этот напряженный период Великой Отечественной войны, Маршал Советского Союза Г.К. Жуков писал: «Вполне естественно, что Ставка и Генштаб в процессе боевых действий тщательно изучали разведывательные данные о противнике, поступавшие от фронтов и войск, анализировали их и делали выводы из характера действий противника и своих войск».

На основании данных командующих фронтами и родами войск, а также Главного разведывательного управления, основного источника сведений о противнике, Генеральный штаб Красной Армии разработал план Сталинградской операции. При разработке этого плана были учтены сведения военной разведки, благодаря которым были вскрыты дезинформационные мероприятия штаба немецкой группы армий Центр, проводившиеся под кодовым названием «Кремль». Цель операции «Кремль» состояла в том, чтобы всеми силами убедить советское военное командование в том, что главный удар в летней кампании немцы нанесут в направлении Москвы. Реально же в соответствии с директивой №41 острие главного удара было направлено на Кавказ и Сталинград.

В начале октября Сталин дал интервью британским журналистам о необходимости открытия второго фронта и о причинах, которые сдерживают Великобританию и США от начала боевых действий против немцев в Европе. 5 октября на брифинге, устроенном для журналистов, представитель британского Министерства иностранных дел отказался комментировать заявление Сталина. Премьер-министр У. Черчилль, выступая 8 октября в палате общин, также уклонился от ответа на вопрос о возможных сроках открытия союзниками второго фронта. У. Черчилль не предполагал, что о реальных причинах холодного отношения союзников Сталин узнал еще 3 июня 1942 года. Именно тогда генерал-майор И.А. Скляров получил подробные сведения о результатах переговоров американского генерала Маршалла с руководством британского военного министерства, которые состоялись в конце апреля в Лондоне. По данным агента военной разведки Красной Армии, который имел псевдоним «Знаток», американский генерал Маршалл в ходе переговоров в Лондоне «согласовал с английским правительством следующие вопросы:

«1. До весны 1943 года второго фронта в Европе не открывать...»

До середины 1944 года британцы и американцы действовали так, как договорились в Лондоне в конце апреля 1942 г. Критическая ситуация, сложившаяся на Восточном фронте, на Западе мало кого беспокоила. Красная Армия продолжала отчаянно сражаться, надеясь только на собственные силы и на свою военную разведку. А она, военная разведка Генерального штаба, продолжала добывать все новые и новые ценные сведения.

17 октября агент «Гано» передал советской военной разведке точные сведения о дислокации всех румынских частей на Восточном фронте и их боевом составе.

5 ноября агент «Долли» передал нашему военному разведчику «Билтону» сводку оценки СССР и Красной Армии, подготовленную специалистами генеральных штабов Германии и Венгрии. В ней, в частности, делался такой вывод:

«Советы не могут рассчитывать ни на какую эффективную помощь со стороны союзников и вынуждены полагаться только на собственные ресурсы». Этот вывод аналитиков германской военной разведки был недалек от истины. Далее в сводке давались следующие оценки:

«Боеспособность Красной Армии в общем ниже из-за недостатка самолетов, танков, орудий и низкого качества подготовки высшего военного командования.

Красная Армия не может быть полностью разбита в 1942 году, но она не способна на какое-либо большое наступление зимой и не будет в дальнейшем угрозой для стран «оси».

По оценке и прогнозам аналитиков германского и венгерского генеральных штабов, целями СССР до конца 1942 года остаются: «оборона Кавказа, оборона (освобождение) Сталинграда, освобождение Ленинграда». В заключение делался вывод: «Наступление войск Красной Армии в большом масштабе в 1942 году невозможно».

Такая оценка ситуации на Восточном фронте и возможностей Красной Армии более всего устраивала советский Генштаб. Противник в своих расчетах и стратегическом планировании допустил роковую ошибку. О ней стало известно в Москве.

Благодаря усилиям военных разведчиков до начала наступательной операции советских войск под Сталинградом была практически полностью вскрыта вся группировка войск противника первой линии с точностью до батальона, силы и система обороны многих соединений противника перед фронтом наших войск. Были добыты точные сведения о дислокации основных ударных частей гитлеровских войск – 6-й полевой и 4-й танковой армий, 3-й румынской и 8-й итальянской армий, о задачах и численности 4-го воздушного флота германских ВВС.

Сталиным, Жуковым и Василевским в середине сентября 1942 года было принято решение о подготовке контрнаступления советских войск под Сталинградом. Суть замысла этой операции сводилась к тому, чтобы из района Серафимовича и из дефиле озер Цапа и Барманцак в общем направлении на Калач, лежащий западнее Сталинграда, нанести мощные удары по флангам втянувшейся в затяжные бои за город Сталинград группировки вражеских сил, а затем окружить и уничтожить части и соединения 6-й и 4-й танковой немецких армий.

Сталин ввел режим строжайшей секретности на всю начальную стадию подготовки операции, о которой ничего не сообщалось даже членам ГКО. Начать наступление на Юго-Западном и Донском фронтах планировалось 19-20 ноября, а на Сталинградском – 20 ноября.

Важным элементом в плане подготовки контрнаступления под Сталинградом было проведение отвлекающей операции на Калининском и Брянском фронтах. Ответственным за эту операцию был назначен Г.К. Жуков.

Жуков мастерски организовал операцию по дезинформации противника о том, что советские войска готовят крупное наступление на этом участке Восточного фронта. Все делалось для того, чтобы ввести разведку противника в заблуждение. Но, как и где можно было получить доказательство того, что мероприятия по дезинформации противника достигли цели и тем самым внезапность контрнаступления советских войск в районе Сталинграда будет достигнута? Без ответа на этот вопрос контрнаступление начинать было нельзя. Провал его мог без преувеличения привести СССР к поражению в войне.

В Генеральном штабе тщательно изучались все сообщения военной разведки, которые могли бы свидетельствовать о том, что же противник знает о положении дел в районе Сталинграда и Ржева.

До начала контрнаступления под Сталинградом оставалось менее двух недель. И, наконец, 7 ноября 1942 года в ГРУ была получена срочная радиограмма от «Доры» следующего содержания: «Молния. ОКВ ожидает большое зимнее наступление Красной Армии на участке между Великими Луками и Ржевом...

ОКВ считает, что Советское Главное Командование готовит наступление сравнительно небольшими, но подвижными армиями, так же, как и зимой прошлого года. Дора».

Эта короткая радиограмма была немедленно доложена начальнику военной разведки. И. Ильичев, который с августа 1942 года стал исполнять должность начальника ГРУ, видимо, входил в числе немногих посвященных в замысел Ставки по организации отвлекающей операции советских войск. Только этим можно объяснить характер его резолюции на бланке радиограммы. Крупными буквами размашисто, как бы торопя исполнителей, генерал Ильичев написал:

«Т. Сталину, т. Жукову, т. Василевскому, т. Онянову».

Сообщение «Доры», направлявшего в Центр только достоверную и важную информацию по военным и военно-политическим вопросам, свидетельствовало о том, что в германском генеральном штабе поверили донесениям немецкой военной разведки о том, что Красная Армия готовит наступление на центральном участке фронта. Таким образом, можно было сделать вывод, что усилия по организации и проведению отвлекающей операции были не напрасными. Кстати, Жуков в процессе этой дезинформационной отвлекающей операции был одним из главных «признаков» ее серьезности, важности. Немецкая разведка внимательно следила за передвижениями по фронтам Г.К. Жукова и считала, что там, где он находится, и необходимо ждать наступления со стороны Красной Армии.

9 ноября от «Доры» поступило еще одно срочное донесение. «Молния. ОКВ считает, что советские армии в центральном секторе фронта будут намного лучше оснащены и подготовлены, чем зимой прошлого года, и что минимум половина армий будет находиться под руководством тех генералов, которые отличились зимой прошлого года, в частности Говорова, Белова, Рокоссовского, Лелюшенко.

ОКВ считает, что сильно оснащенная боевой техникой советская армия сконцентрирована у Можайска и вторая, не уступающая ей, у Волоколамска и что значительные силы готовятся для наступательных действий у Торопца и северо-восточнее Торопца, а также между Старицей и озером Селигер».

Это донесение «Доры» также было срочно доложено Сталину, Жукову и Василевскому.

От резидентуры «Дора» поступили сведения и о том, что германское командование полагает, что концентрация советских войск в районе полупустынных земель юго-восточнее Сталинграда маловероятна и поэтому нет большой опасности в том, что фланг немецкой группировки в этом районе не имеет укрепленной линии обороны и достаточной огневой зашиты. Эта важнейшая информация была учтена Генеральным штабом Красной Армии при выборе исходного рубежа для контрнаступления левого крыла Сталинградского фронта, которое началось 19 ноября 1942 года.

Во второй половине 1942 года резидентуры ГРУ добывали сведения о противнике, в основном руководствуясь многочисленными запросами Центра. Естественно, что эти задания разрабатывались в Генеральном штабе, который был заинтересован в получении точных данных о тыловых оборонительных рубежах немцев юго-западнее Сталинграда, о резервах германского командования, о планах немцев в связи с наступлением Красной Армии и т.д.

Военная разведка активно добывала сведения о политических интригах, которые плело руководство фашистской Германии. Особое беспокойство в Москве вызывало то, что Германия активно пыталась убедить Японию начать на Дальнем Востоке войну против СССР. Было известно, что министр иностранных дел Германии Риббентроп вел активные переговоры с японцами по этому вопросу, убеждая их в необходимости вступления Японии в войну против СССР. Риббентроп уверил Гитлера и командование вермахта в том, что Япония начнет войну против Советского Союза. Вступление Японии в войну на стороне Германии должно было обеспечить немецким армиям успешное ведение боевых действий по захвату Кавказа и выходу к Волге на всем ее протяжении.

Риббентроп прилагал максимум усилий, чтобы убедить посла Японии в Берлине в необходимости выполнить союзнические обязательства, а не ожидать для этого благоприятного момента.

Риббентроп знал, что все его заявления посол тщательно фиксирует и направляет в Токио. Министр иностранных дел Германии хотел бы знать, но не знал, какими комментариями посол сопровождает свои послания. Риббентроп также не знал, что содержание его переговоров с японским послом и его комментарии к предложениям немцев становятся известны военной разведке Великобритании. Германский министр иностранных дел и предположить не мог, что содержание его переговоров с японским послом Осима известно и советской военной разведке, которая незамедлительно сообщала о них И.В. Сталину, В.М. Молотову, часто – Г.К. Жукову и начальнику Генерального штаба А.М. Василевскому.

Вокруг успеха британской разведки, раскрывшей тайну шифровальной машины «Энигма», существуют несколько мифов. Один из них состоит в том, что премьер-министр Великобритании У. Черчилль, считавший, что в русском генштабе якобы есть немецкие шпионы, опасался передавать Сталину сведения, которые получала британская дешифровальная служба. Так ли думал Черчилль или не так, теперь уже сказать трудно. Но то, что, несмотря на союзнические обязательства, он действительно не передавал советскому руководству важные сведения, добытые британской разведкой, – не миф, а правда.

Советская военная разведка более пятидесяти лет держала в тайне факты, которые добавляют несколько существенных штрихов к легендам вокруг германской «Энигмы». Об одном из них мы уже говорили. В конце 1942 года научная группа дешифровальной службы ГРУ выявила возможность расшифровки немецких телеграмм, зашифрованных машинкой «Энигма». Так сказано в представлении к награждению орденами группы офицеров дешифровальной службы военной разведки, которое было подписано начальником ГРУ генералом И. Ильичевым 29 ноября 1942 года. К наградам были представлены 14 офицеров: полковник Малышев Ф.П., подполковник Тюменев А.А. и капитан Яценко А.Ф. – к ордену Красного Знамени; майор Уханов И.И., военинженеры 3 ранга Одноробов М.С. и Баранов А.И., а также капитан Шмелев А.И. – к ордену Красной Звезды. Были награждены и другие офицеры.

Второй факт, значительно дополняющий историю «Энигмы», тоже связан с советской военной разведкой. Дело в том, что в годы Второй мировой войны ГРУ имело в британском военном ведомстве ценный источник. Он получил доступ к материалам дешифровальной службы и передавал их советскому разведчику. В Москве этот агент имел оперативный псевдоним «Долли». В Лондоне его работой руководил военный разведчик «Билтон».

В 1942 году «Долли» передавал «Билтону» по 25-38 расшифрованных немецких, японских и турецких радиограмм. К тому времени британская военная разведка смогла разгадать дипломатические и военные шифры не только Германии, но Японии и Турции.

Данные от «Долли» поступали в таком количестве, что вынудили резидента военной разведки в Лондоне «Бриона» обратиться в Центр с таким необычным запросом: «Прошу дать оценку сообщениям «Долли». Разрешите направлять их очередной почтой, чтобы не загружать радиосвязь. Вашими планами по информации эти материалы не предусмотрены. Прошу дать указание по задачам «Долли». «Брион.»

Спустя сутки резидент «Брион» получил следующее указание из Центра: «Данные «Долли» очень ценны. Их надо обязательно посылать полностью. Пусть «Долли» дает больше этого материала. Усильте меры безопасности и конспирации при проведении встреч с «Долли». Директор.»

Почему начальник ГРУ так отнесся к «материалам» «Долли»?

Во-первых, потому что этот агент передавал советской военной разведке содержание всех важных переговоров, которые проводил Риббентроп с послами «оси». Таким образом, политические замыслы германского руководства становились достоянием не только Черчилля, но и Сталина. Данные, поступавшие от «Долли», учитывались при проведении внешнеполитических акций СССР.

Во-вторых, «Долли» передавал содержание многих приказов, которые гитлеровское командование из Берлина направляло своим генералам, действовавшим под Сталинградом и на Кавказском направлении. Донесения «Долли» поступали в Москву и в германские штабы на Восточном фронте, можно сказать, одновременно.

16 ноября «Долли» встретился с «Билтоном» и доложил, что «перехваченные британцами сообщения из Берлина свидетельствуют о том, что, возможно, 11-я армия Манштейна не будет использоваться на центральном участке Восточного фронта, где она находится в настоящее время, а в южном его секторе».

30 ноября «Долли» передал содержание приказа Геринга, в соответствии с которым «все имеющиеся в районе Сталинграда силы ВВС будут брошены в район дуги реки Дон для бомбардировки концентрации советских войск около Павловска, особенно в районе стыка 8-й венгерской и 9-й итальянской армий». В этом же донесении говорилось о том, что «фельдмаршал Манштейн принял 27 ноября командование группой армий «Дон».

Эти и другие донесения «Долли», которые указывали на конкретное положение немецких войск, окруженных под Сталинградом, предупреждали советское командование о возможных действиях германской авиации и, несомненно, были очень полезными и ценными.

Союзники СССР по антигитлеровской коалиции в Лондоне и Вашингтоне азартно играли в кости, а в Москве предпочитали шахматы. Сталину приходилось убеждать и Лондон, и Вашингтон в необходимости скорейшего открытия второго фронта. Но этот долгожданный фронт был открыт союзниками СССР по антигитлеровской коалиции только в середине 1944 года. К Сталинградскому сражению и другим победам Красной Армии этот фронт, разумеется, уже никакого отношения не имел. К Сталинградской битве имеют отношение «Долли», «Гано», «Знаток» и другие бескорыстные помощники военной разведки Красной Армии. Им были непонятны тайные дипломатические баталии, которые велись в то время. Они искренне хотели помочь России в ее борьбе с германским фашизмом. Хотели и помогали.

Начиная с 1942 года Главное разведывательное управление руководило действиями войсковой разведки. Планировалось создать в тылу противника 158 разведывательных групп общей численностью 780 разведчиков, забросить на оккупированную противником территорию СССР в апреле-мае 1942 года 68 диверсионных групп (325 человек), в июне-июле – 53 мелкие диверсионные группы, в каждой из которых должно было быть по 3-5 человек. Намечалось заслать в тыл к немцам не менее 5 террористических групп для ликвидации в крупных городах представителей власти оккупантов и изменников Родины.

Не все эти планы удалось выполнить. За период с 20 февраля по 31 июля 1942 года ГРУ забросило в тыл к немцам 54 диверсионные группы в составе 260 человек. Большая часть этих групп (32) имела в своем составе радистов, что значительно повышало качество управления их действиями в немецком тылу.

В большинство разведотделов фронтов и армий северо-западного и южного направлений были направлены офицеры ГРУ с целью оказания помощи в организации разведки противника и агентурной работы.

В 1942 году практически во все крупные партизанские соединения и отряды были направлены опытные военные разведчики из центрального аппарата военной разведки. Как правило, они становились заместителями командиров партизанских отрядов по разведке, имели радиосвязь с Москвой и выполняли указания Центра по срыву военных перевозок из Германии, Венгрии и других стран на Восточный фронт. Многие из военных разведчиков, действовавших в составе партизанских отрядов, стали Героями Советского Союза. Одним из них был Федор Кравченко, легендарный разведчик, ставший командиром партизанского отряда имени Богуна.

В период Сталинградской битвы военная разведка не ослабляла активности и на других участках Восточного фронта. Ее сотрудники напряженно трудились на Карельском и Ленинградском направлениях, в Закавказье и на Дальнем Востоке. Повсюду, где существовала реальная угроза безопасности нашей страны, военные разведчики были на десятки, а иногда и сотни километров впереди войск действующей армии, своей нелегкой и опасной работой обеспечивая успех в боях с коварным и все еще сильным противником.

В октябре 1942 года, в ходе Сталинградской битвы, ГРУ ГШ было подвергнуто очередной реорганизации. Главное разведуправление было выделено из состава Генерального штаба и подчинено непосредственно И.В. Сталину – народному комиссару обороны. Основные задачи Главного разведуправления на 1943-й и последующие военные годы состояли в организации и ведении агентурной разведки за границей и на временно оккупированных немцами советских территориях.

1942 год был наиболее трагичным и наиболее успешным периодом в истории советской военной разведки. В жестоком противоборстве с контрразведкой Германии, в результате которого были арестованы и казнены несколько военных разведчиков и помогавших им антифашистов, наша военная разведка смогла своевременно добыть сведения о стратегических замыслах германского командования по ведению войны на Восточном фронте, установила направление главного удара противника, выявила состав сил и средств немецких группировок и их союзников и, таким образом, способствовала разгрому крупной группировки немецких войск под Сталинградом...

Шестьдесят лет минуло с тех пор, как в излучине Волги и Дона шли жестокие бои. Давно уничтожен фашистский режим в Германии. Нет уже и СССР, страны, армия которой ценой невероятных усилий изгнала захватчиков с нашей земли и помогла народам Европы освободиться от фашистского ига. Но не исчезли в пучине времени подвиги советских воинов, военных разведчиков и их самоотверженных помощников. Новые факты о деятельности отечественной военной разведки убеждают, что на секретном фронте Генерального штаба Красной Армии, в том числе в особенно трудном, переломном 1942 году, наша разведка превзошла спецслужбы Германии, одержала над ними безоговорочную победу. Вклад ее в общую победу над врагом велик и бесценен.

По материалам marshals-victory.senat.org

Также смотри на сайте журнала "Братишка" "Сталинград: война снайперов" bratishka.ru/zal/sniper/2_3.php

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 оценки)

Все меньше "белых пятен" в истории ВДВ

Эксперты просматривают и оценивают документы советских ВДВК концу 2012 г. в Центральном архиве Министерства обороны РФ (г.Подольск) завершится работа экспертной комиссии Командования Воздушно-десантных войск (ВДВ) по рассекречиванию архивных документов Советской Армии и Военно-Морского Флота за 1946-1982 гг. - период, когда в строительстве ВДВ произошли самые знаковые события.

С октября текущего года офицеры-эксперты просматривают и оценивают документы советских Воздушно-десантных войск в целях их возможного рассекречивания.

Объектами исследования экспертов стали материалы, касающиеся последовательного развития организационно-штатной структуры Воздушно-десантных войск, деятельности легендарного командующего ВДВ генерала армии Василия Филипповича Маргелова.

Кроме того, стали доступны материалы по разработке и проведению первого десантирования личного состава внутри боевых машин десанта, а также испытаний новейших, на тот момент, парашютных систем.

Впервые будет решаться вопрос по рассекречиванию документов о применении воздушно-десантных подразделений в Афганистане и их участии в крупнейших стратегических военных учениях, в том числе «Щит-82».

«По итогам работы комиссии в ЦА МО РФ будут существенно восполнены пробелы в истории воинских частей и соединений Воздушно-десантных войск, изданы военно-исторические труды, биографические очерки, мемуары и многое другое», - отметил председатель экспертной комиссии, заместитель начальника штаба ВДВ полковник Павел Кирси.

Управление пресс-службы и информации МО РФ
Голосов пока нет

Вьетнамская учебка Голливуда с бюджетом в 6 млн. долларов, зимний призыв

...В сентябре 1967 года в приграничный район между Вьетнамом и Камбоджей прибыл рядовой пехотного полка Крис Тэйлор. Прибыл, чтобы своими глазами увидеть, как выглядит подлинный Ад. Не потусторонний, вымышленный, сочиненный писателями или художниками, а натуральный, здешний, вполне земной Ад, на территории которого схлестнулись друг с другом сержант Боб Барнс и сержант Илайес Гродин.

Они тоже думали, что будут воевать с партизанами-вьетконговцами, но оказалось, что иногда приходится драться со своими. Сценарий фильма «Взвод» был основан на автобиографических воспоминаниях самого Оливера Стоуна и написан еще в 1976 году. Сцена ночного сражения, основана на реальных событиях битвы за американскую базу огневой поддержки, произошедшей 2 января 1968 года, в которой Оливер Стоун принимал непосредственное участие.

Поначалу Чарли Шин показался Оливеру Стоуну слишком молодым для роли рядового Криса Тейлора, и роль предложили его старшему брату Эмилио Эстевезу. Но затем у продюсеров возникли финансовые трудности и съемки картины были отложены на два года.

Когда проект фильма вновь готовили к запуску, выяснилось, что Эмилио Эстевез уже был занят на других съемках, и на роль утвердили Чарли Шина. Также Оливер Стоун одно время хотел отдать эту роль Джонни Деппу, но на студии режиссеру ответили отказом, также сославшись на молодость актера. Стоун, тем не менее, заявил Деппу, что его ждет большое будущее, и все равно взял его в фильм, отдав начинающему актеру небольшую роль рядового Лернера. Среди других кандидатов на роль рядового Тейлора были актеры Кайл МакЛахлэн и Киану Ривз. На роль сержанта Боба Барнса претендовал Кевин Костнер.

Оливер Стоун заставил всех актеров пройти 13-дневную военную подготовку перед съемками фильма, которые начались на следующий день после окончания тренингов. По джунглям в полной боевой выкладке. Причем реально, без перекуров и теплой постели. Чарли Шин был сначала в шоке, но потом втянулся. Том Беренджер потерял перед съемками около 15 килограмм веса. Возможно это сыграло большую роль в съемках фильма, и в подходе к игре актеров. Вообще-то в актерской среде это нормальный финт - "войти в роль". Актеры фильма даже пробовали курить в кадре настоящую марихуану, однако после этого не смогли играть.

Оливер Стоун стал первым ветераном Вьетнама самостоятельно снявшим фильм об этой войне. Закадровый текст в фильме читает Чарли Шин. Интересно, что его отец Мартин Шин, прочитал закадровый текст, в другой культовой драме о войне во Вьетнаме «Апокалипсис сегодня».

Некоторые актеры делали надписи на своих касках, чтобы они выглядели более реалистично. Так, на каске Чарли Шина было написано: «Когда я умру, похороните меня лицом вниз, чтобы мир мог поцеловать мою задницу». На каске героя Джонни Деппа было написано имя «Шерелин». Актер сделал это в честь актрисы Шерелин Фенн, с которой встречался в то время.

Режиссер фильма Оливер Стоун появляется в камео (эпизодической роли), он играет одного из офицеров в бункере. Фильм был снят за 54 дня. Съемки фильма «Взвод» проходили на Филиппинах. Позже Джонни Депп признался, что те съемки стали его первым опытом путешествия за границу.

Фильм был запрещен к показу на территории Вьетнама. Министерство обороны США отказалось оказывать какую-либо помощь в создании фильма «Взвод», посчитав его «непатриотическим».

Любопытно, что в 1986 году помимо фильма «Взвод» вышла еще одна картина Оливера Стоуна – «Сальвадор». Оба фильма были номинированы на Оскар за лучший оригинальный сценарий, причем автором сценариев обоих фильмов был сам Оливер Стоун. К сожалению, в тот год Стоуну не повезло, и его работы уступили сценарию фильма «Ханна и ее сестры». Фильм «Взвод» стал первым из трилогии Оливера Стоуна о войне во Вьетнаме. В 1989 году вышел фильм «Рожденный четвертого июля», а в 1993 появилась его картина «Небо и Земля».

НАГРАДЫ. Фильм «Взвод» завоевал 18 наград и еще 9 номинаций на различных кинофестивалях. В 1987 году фильм Оливера Стоуна получил 4 премии «Оскар» - лучший фильм года, лучший режиссер (Оливер Стоун), лучший монтаж и лучший звук.
 

И еще немного истории, о том, что же было на самом деле.

В конце 1967 и начале 1968 года американская 25-я пехотная дивизия проводила операцию «Yellowstone» в провинции Тэйнинь возле камбоджийской границы. В рамках этой операции накануне Нового 1968 года в 40 милях северо-восточнее города Тэйнинь была создана база огневой поддержки Burt. Во Вьетнаме американские войска создавали базы огневой поддержки (Fire Support Base, FSB) во время операций в удалённых районах страны. Эти базы, известные также как огневые базы (firebase), предназначались для размещения артиллерии, которая поддерживала действия наземных сил в прилегающей местности.

Базы были хорошо защищены, однако являлись излюбленной целью партизан НФОЮВ и солдат северо-вьетнамской армии. Вечером 1 января 1968 года база Burt подверглась миномётному обстрелу. Наземная атака началась за несколько минут до полуночи с 1 на 2 января 1968 года, когда истекал срок традиционного новогоднего перемирия.

Силы НФОЮВ нанесли отвлекающий удар в северо-западной части периметра базы, за которым последовал основной удар на юго-востоке, где периметр обороняла рота C третьего батальона 22-го пехотного полка. Кроме того, второстепенный удар был нанесён по северной части периметра. Силы НФОЮВ действовали традиционной для крупных атак «людской волной», что увеличивало их потери от снарядов-«ульев», которыми вели огонь прямой наводкой американские артиллеристы. Американская авиация обеспечивала освещение поля боя и наносила бомбовые удары по атакующим, в том числе напалмом. Активно применялись вертолёты огневой поддержки. Непосредственно в ходе сражения производились доставка вертолётами и распределение боеприпасов.

К 6 часам утра сражение в основном завершилось; силы НФОЮВ понесли тяжёлые потери и отступили, не сумев пробить брешь в оборонительном периметре базы. По оценке американского генерал-майора артиллерии Дэвида Отта, "...успешная интеграция пехотной, артиллерийской и воздушной мощи спасла базу огневой поддержки Burt. Битва при Суои-Кат является типичным примером многих подобных сражений, произошедших во время войны во Вьетнаме. Она представляет хорошо скоординированные позиционную оборону и огневую поддержку...".

Согласно официальным данным, в сражении при Суои-Кат погибли 23 и получили ранения 153 американских военнослужащих, что может считаться достаточно большими потерями. Однако в поимённом списке погибших содержится только 20 фамилий. Вероятно, это более точная цифра, так как в официальных донесениях о бое, составляемых «по горячим следам» событий, по разным причинам часто присутствуют неточности в цифрах потерь.

Согласно официальному американскому «подсчёту тел», в ходе сражения погиб как минимум 401 солдат НФОЮВ (крайне тяжёлые потери для боя, длившегося несколько часов). Как и для всех сражений Вьетнамской войны, точную цифру потерь партизан назвать не представляется возможным, поскольку американские офицеры нередко завышали результаты «подсчёта тел» (в фильме она звучала "около пятисот"), в то время как партизаны при любой возможности старались унести тела погибших товарищей с поля боя; кроме того, нет никаких данных о количестве партизан, умерших от ранений.

По материалам из открытых источников
Ваша оценка: Нет Средняя: 4.7 (15 оценки)

Дорога на Бамиан

Материал для сайта и фото из личного архива предоставлены автором

*  *  *  *  *

...Наша группа дислоцировалась в Кандагаре, но летали по всему Афганистану.  Вертолет МИ-6 относится к транспортной авиации, поэтому основными задачами были переброски грузов, оружия, боеприпасов, медикаментов, транспортов. Вывозили раненых. Вертолет это не истребитель, тем более такой громоздкий (по тем временам), но очень маневренный.
И был привлекателен (как мишень) для всех видов вооружений противника. Вот и стреляли по нам достаточно регулярно. А из вооружения у нас группа прикрытия «восьмерки» или «двадцатьчетверки», носовой пулемет и личное оружие.
     Однажды с концертом в ДРА приезжал артист Валерий Леонтьев. Летчики в знак благодарности дали ему пострелять из этого пулемета. Но машина надежная, очень надежная. Американцы и до сегодняшнего дня не понимают, как можно летать, если в двигатели затягивает песок. У них вертолеты в таких условиях не летают. Вообщем, у меня с ней вся служба и  жизнь связана...
    
ИСТОРИЧЕСКАЯ  СПРАВКА
В Афганистане подразделения вертолетов Ми-6 входили в состав отдельных вертолетных полков. Состав вертолетных эскадрилий менялся в зависимости от выполняемых задач и в разные годы насчитывал от 8 до 20 вертолетов. Основными точками базирования являлись аэродромы Кандагар и Кундуз, но для выполнения боевых задач отдельные пары и отряды временно базировались на аэродромах Кабул, Шинданд, Файзабад. Для загрузки и выгрузки грузов использовались аэродромы Джелалабад, Газни, Герат, площадки Пули-Хумри, Чагчаран, Лашкаргах, Бамиан, Гардез и др. Основными задачами подразделений вертолетов Ми-6 являлись перевозки грузов и горюче-смазочных материалов. Вместе с тем, эпизодически подразделения вертолетов Ми-6 привлекались для высадки тактических воздушных десантов.


     ...Как-то везли полсотни дембелей-десантников. Пришлось терпеливо (но коротко)  объяснять границы вежливого поведения на борту воздушного судна, как в кино, при помощи оружия. А  в воздухе нужно быть особенно внимательным и спокойным. Иначе беда. Случаев разных было много.
     Перевозили афганский личный состав и мирных жителей. Каждый раз при перевозке людей экипаж не брал с собой парашюты. Такой своеобразный этический момент.
     Вот как проходил обычный полет из Кабула в Бамиан.
    
     В Бамиане находились наши наземные подразделения, которым нужно было поставлять припасы. «Точка трех дорог». Причем нормальной дороги туда не было, а было сообщение только по воздуху. В Кабуле в пять утра подъем. Экипаж поднимается, проводим утренние мероприятия, борт уже загружен, и сразу в полет. В тот раз везли мины. Где-то пять тонн.
     Полет проходил на высоте четыре с половиной километра и выше. Работали парой, ну, понятно, с прикрытием. На полпути борт-техник сообщает: «Командир, вспышка…».
     Понятно, что стартовала ракета. Командир разворачивает вертолет в сторону солнца. В тот раз ракета с теплонаводящейся головкой прошла в сторону солнца.

     Тогда современных средств что либо противопоставить этому не было, справлялись так. Маневр в сторону солнца (если успеешь заметить сразу). В целом больше без приключений. На подходе к Бамиану немного напрягаемся. Посадочный курс всегда проходил мимо двух знаменитых статуй Будды. Правда, на экскурсию туда попасть не удалось ни разу.
    С высоты в пять километров производим посадку. Это такой тоже известный маневр «афганский заход». Командир дает ручку от себя, нос опускается вниз, вертолет еще больше разгоняется, дает еще сильный крен, отпускает газ и машина начинает…нет, не сыпаться и не валиться. Сыпаться, это когда стремительно снижается или что-то похожее.
   
     Так вот. В нашем случае начинается конкретное падение до высоты полкилометра. Потом на двухстах метрах вывод и уже заход на посадочную полосу.
     Сделать второй заход на посадку, если промахнешься, уже невозможно. Большой шанс попасть под огонь крупнокалиберных пулеметов. Ну и сама такая посадка рассчитана, чтобы как можно скорее приземлиться, уйти от опасностей. Вот так обычно проходил маршрут. Потом передышка и снова в небо…
     
     Пользуясь случаем хочу передать привет и наилучшие пожелания своим товарищам В.Касьяну, В.Шаповайло, Ю.Васендину, А.Скворцову, В.Ракушину, А.Ясинскому, Б.Никитину, В.Уколову,  да и всей 1-ой экадрилье непременно тоже…»
     За скупыми словами героя нашего интервью стоит тот самый период 1984-1985 годов, когда советские вертолетчики понесли самые большие потери во время войны в Афганистане.

Об авторе:
Чеботарев Александр Васильевич, борт-механик вертолета МИ-6, налет 702 часа боевых, награжден медалью «За боевые заслуги» и медалью "От благодарного афганского народа". Кроме ДРА в разное время  побывал в Египте, Чехословакии, Грузии, ГДР, Польше, Украине, Армении, Таджикистане.


Запись в основном документе (в летной книжке)




1 эскадрилья 280 Отдельного вертолетного полка (Кандагар), 1985 год.
К вылету готовы...



В 1985 году вместо "полевки" выдали новый тип формы - "Афганку"



Отдых между полетами...



Машина к вылету готова ...



После полетов...



Отдых после всего...



С командиром отряда и штурманом. До вылета 5 минут...



Пара МИ-6 возвращается с Бамиана...

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (4 оценки)

И.В.Сталин. "О разведке"

Некоторые эксперты считают, что данные исторические тезисы и сегодня актуальны для изучения в СВР, ГРУ, ФСБ.

"В разведке никогда не строить работу таким образом, чтобы направлять атаку в лоб. Разведка должна действовать обходом. Иначе будут провалы, и тяжелые провалы. Идти в лоб - это близорукая тактика.
Никогда не вербовать иностранца таким образом, чтобы были ущемлены его патриотические чувства. Не надо вербовать иностранца против своего отечества. Если агент будет завербован с ущемлением патриотических чувств - это будет ненадежный агент.

Полностью изжить трафарет из разведки. Все время менять тактику, методы. Все время приспосабливаться к мировой обстановке. Использовать мировую обстановку. Вести атаку маневренную, разумную. Использовать то, что бог нам предоставляет.

Самое главное, чтобы в разведке научились признавать свои ошибки. Человек сначала признает свои провалы и ошибки, а уже потом поправляется. Брать там, где слабо, где плохо охраняется. Исправлять разведку надо прежде всего с изжития лобовой атаки.

Главный наш враг - Америка. Но основной упор надо делать не собственно на Америку. Нелегальные резидентуры надо создать прежде всего в приграничных государствах. Первая база, где нужно иметь своих людей - Западная Германия.

Нельзя быть наивным в политике, но особенно нельзя быть наивным в разведке. Агенту нельзя давать такие поручения, к которым он не подготовлен, которые его дезорганизуют морально.

В разведке иметь агентов с большим культурным кругозором - профессоров (к примеру, во времена подполья послали человека во Францию, чтобы разобраться с положением дел в меньшевистских организациях, и он один сделал больше, чем десяток других).

Разведка - святое, идеальное для нас дело. Надо приобретать авторитет. В разведке должно быть несколько сот человек-друзей (это больше, чем агенты), готовых выполнить любое наше задание.

Коммунистов, косо смотрящих на разведку, на работу ЧК, боящихся запачкаться, надо бросать головой в колодец.

Агентов иметь не замухрышек, а друзей - высший класс разведки. Филерская служба, по-моему, должна быть разбита по различным управлениям".

И.В. Сталин
 Источник: stalinrussia.livejournal.com
Ваша оценка: Нет Средняя: 4.5 (4 оценки)

Из истории радиостанции "Северок"

Один из старейших советских военных радистов-разведчиков полковник в отставке Главного разведывательного управления (ГРУ) Генштаба Красной Армии Константин Михайлович Покровский в довоенные годы выполнял многие ответственные задания командования. Он держал радиосвязь с бойцами-интернационалистами, сражавшимися в Испании, был начальником радиосвязи главного советника СССР в Китае (отражавшем в то время японскую агрессию), в годы Великой Отечественной войны принимал участие в создании партизанской радиосвязи (довоенный его позывной установить не удалось, в 1946-58 гг. он работал позывным UA3CB).
Константин Михайлович много вспоминал о роли радистов службы радиосвязи ГРУ, которые до войны были коротковолновиками. Они действовали как на захваченной врагом территории, так и несли круглосуточную радиовахту по поддержанию радиосвязи с мобильными группами и отрядами. Были коротковолновики и радистами службы внешней разведки HКВД. Радистов-разведчиков готовили в г.Горьком, в так называемой "Сормовской школе".

Несколько сотен радиолюбителей-коротковолновиков были радистами в партизанских отрядах, многие из них руководили радиосвязью.
В Центральном штабе партизанского движения (ЦШПД) радиосвязь возглавляли К.М. Покровский и В.П. Ярославцев, в партизанских объединениях Брянских лесов – В.А. Ломанович (после ВОВ - UA3DH), в Ленинградской области – Н.Н. Стромилов (U1CR), в Латвии – А.Ф. Камалягин (U1AP). Радиоузел Минского партизанского соединения возглавлял коротковолновик И.Ф. Вишневский, а радиоузел Украинского штаба партизанского движения (УШПД) возглавлял И.В. Акаловский (U5AH). На передающий центр ЦШПД Наркоматом связи был выделен руководитель Московской дирекции радиосвязи Б.Ф. Митителло (ранее – eu3BB).

Была создана и спецшкола с несколькими филиалами по подготовке партизанских радистов. Их преподавателями, в частности, стали А.Н. Ветчинкин (U3CY) и В.Б. Востряков (U3AT). Учитывая специфику работу разведки собрать информацию удалось лишь о немногих:
- Горбань Дмитрий Григорьевич, Москва (перед ВОВ был оператором коллективных радиостанций МИИС - UK3AQ/UK3CU, во время ВОВ воевал в составе радиоцентров ГРУ, после ВОВ - UA3DG/U3DG);
- Долгов Леонид Hиколаевич, Москва (перед ВОВ - U3BR; во время ВОВ возглавлял спецгруппу радистов-разведчиков ГРУ на Балканах);
- Короленко Тимофей Прокопьевич, Минск (перед ВОВ - U2BT, во время ВОВ - радист центра связи ГРУ, после ВОВ - UC2AD);
- Павлов Сергей Павлович, Москва (перед ВОВ - U3AB, со второй половины 30-х годов - сотрудник разведорганов, в 70-х гг. – UA3AB, полковник ГРУ в отставке);
- Сливицкий Константин Константинович, Ташкент (ранее - au8AA, с марта 1930 г. по июль 1933 г. по линии разведки находился в загранкомандировке);
- Туторский Олег Григорьевич, Москва (перед ВОВ - U3BI, сотрудник разведорганов, в 70-х годах - UA3IB);
- Шульгин Константин Александрович, Москва (перед ВОВ - U3BA, был оператором коллективных радиостанций МИИС - UK3AQ/UK3CU, во время ВОВ воевал в составе радиоцентров ГРУ, после ВОВ - UA3DA/U3DA).

Самой массовой и особо почитаемой радистами...

почитаемой радистами как спецслужб Красной Армии и HКВД, так и партизанских отрядов была радиостанция "Север" или "Северок", как ее любовно называли радисты тех времен (подробно с ней можно ознакомиться в Музее фирмы РКК, rkk-museum.ru). История ее создания такова.

В 1939 г. в Московском электротехническом институте связи защищал дипломный проект Борис Михалин (его научным руководителем был профессор Борис Петрович Асеев, он же - зам. по науке HИИ связи Hаркомата обороны - HИИС HКО). Темой проекта была портативная радиостанция для геологов.
После защиты дипломного проекта Асеев привлек Михалина на работу в HИИС HКО. Борис Михалин приступил, на базе своего дипломного проекта, к разработке для военной разведки радиостанции "Омега". Эта радиостанция была разработана и выпущена опытная партия (около 100 шт.). С декабря 1941 г. на Ленинградском заводе им.Козицкого начался серийный выпуск варианта радиостанции, доработанного под серийное производство в условиях войны. Началу этой работы предшествовали испытания трех радиостанций подобного назначения – «Омега», «Белка» и ПП -1. «Белка» была разработана специалистами НКВД, а про радиостанцию ПП-1 информации найти не удалось. Предпочтение было отдано «Омеге», поскольку она могла работать на передачу в плавном диапазоне, а «Белка» - только на фиксированных частотах, определяемых набором кварцевых резонаторов. В условиях военного времени это было важное преимущество. Доработанная под серийное производство с участием Бориса Михалина радиостанция получила название "Север".

C 1942 г. (уже в блокадном городе) начался выпуск ее модификации - "Север-бис" . За это в 1942 г. Б. Михалин был награжден орденом Красной Звезды. Всего за годы войны было выпущено около 7000 радиостанций. В освоении этой радиостанции в серийном производстве принимал участие все тот же Н. Н. Стромилов, который по существу был ее заказчиком от штаба партизанского движения Ленинградской области. Не имевший высшего образования Николай Николаевич был призван в армию с присвоением звания младшего воентехника (младшего лейтенанта). Но пользовался громадным уважением и у военных, и у производственников. Вот так это описано в книге В. Жукова и Д. Исакова «Север» выходит на связь» (М.: "Сов. Россия", 1971).
«- Я же вас просил, - в сердцах произнес Миронов, - советовал консультироваться со Стромиловым. А вы, я вижу, пренебрегли советом.
- Я старше званием... Служу побольше. Чем вам конкретно не нравится моя работа?
- Старше званием! Ну, знаете. - Миронов вскочил, оттолкнул стул. - Я тоже не мальчик, а день и ночь готов учиться у Стромилова. Да-да! Вы не согласны? Думаете, Миронов преувеличивает, какого-то воентехника возвел в главные специалисты? Ладно, пусть я ошибаюсь. Но вот... Он подошел к шкафу, торопливо извлек книгу в твердой синей обложке. Дернул за бумажную закладку. - Вот смотрите: "Северный полюс завоеван большевиками" называется. И вот что пишет здесь Герой Советского Союза Отто Юльевич Шмидт.

Смотрите: "О другом большом мастере еще мало писали - о радисте и радиотехнике Н. Н. Стромилове. Работник Ленинградской радиолаборатории, он давно творчески участвовал в конструировании специальных радиоустановок для полярных станций, прекрасных, удобных и надежных установок, обеспечивающих связь с ледоколами и с самолетами, включая прошлый и нынешний полет Чкалова..."
- Простите, я не понимаю, зачем это? - недовольно вставил майор.
- А вы слушайте, слушайте: "Стромилов поехал, чтобы остаться на острове Рудольфа, держать связь со своим другом Кренкелем и, если нужно, разъяснять ему недоразумения, которые могли возникнуть с новой станцией". - Миронов произнес "разъяснять ему недоразумения" почти по складам, особенно громко. - Это Кренкелю-то! Понимаете? А вот дальше: "Но на деле Н.Н. Стромилов сделал гораздо больше. Он летал радистом в разведках Головина, флаг-радистом в отряде Молокова к полюсу. Это артист своего дела. Любо-весело смотреть, как этот длинный и худой человек с горящими глазами,

Дон-Кихот по фигуре уверенно колдует среди тонких деталей современной большой радиопередаточной аппаратуры. Его тонкие нервноподвижные пальцы, какие бывают у скрипачей, казалось. непосредственно излучают таинственные волны".
Видите, - заключил Миронов, - видите, какой замечательный товарищ рядом с нами работает. Ей-богу, не грех у него поучиться. Тут субординация ни при чем. По-умному надо. А доклад нам придется повторить, схему переделать. Без визы Стромилова не приходите! …

Вообще-то "Север" - рация куда как надежная. Это тоже говорили, но в боевой обстановке всякое может произойти. Стромилов с инструкторами у каждого, кто в задания возвращался, детально выясняли, какие были отказы, сводили случавшиеся неисправности в таблицы. классифицировали. Сколько с заводскими инженерами улучшений в станцию внесли! И уж если потом бывали поломки да отказы, так их никак конструкторам да технологам не преодолеть. Ну, скажем, чрезвычайно неудачное приземление парашютиста, удар, какого никакая радиоаппаратура не выдержит.»

Радиостанция «Белка» имела отдельные передатчик и приемник. Этих радиостанций было выпущено заметно меньше чем «Северов», но все же они тоже сохранились. Относительно недавно, например, под Волгоградом при земляных работах был обнаружен засыпанный в войну погреб, в котором нашли в рабочем состоянии радиостанцию «Белка-4».
По заданию Центрального штаба партизанского движения была разработана "Радиостанция партизанских отрядов" (РПО). Он выпускалась в нескольких модификациях, например, РПО-4 в 1942 г. Кроме того, в партизанских отрядах использовалась и радиостанция «Прима», разработанная для воздушно-десантных войск. В тех случаях, когда была необходимость в установлении радиосвязи на большие расстояния, применялись агентурные радиостанции, которые использовали питание от сети и имели большую мощность: "Набла", "Тензор" и "Джек".

В первый год войны средств радиосвязи не хватало, и малые партии радиостанций производились в разных местах. Так в Харькове была выпущена небольшая серия радиостанций для партизанских отрядов и соединений. В военно-исторической литературе ее обычно называют «Партизанка» или «Партизанская». Она была разработана в кратчайшие сроки (буквально в первые дни войны) под руководством Петра Апанасовича Мацуй. Радиостанции были переданы в распоряжение УШПД. Так же, в самом начале войны, и в том же Харькове, для партизан под руководством И.В. Акаловского (U5AH) была разработана и изготовлена небольшая партия радиостанций "Волга" (разыскать фотографию ее внешнего вида не удалось).
Уже в Саратове (туда были эвакуированы из Харькова специалисты и оборудование, а также и сам УШПД), на базе фабрики киноаппаратуры, до конца ВОВ выпускалась "Радиостанция партизанских отрядов" (РПО) и ее модификации. В Саратов была эвакуирована и школа по подготовке радистов-партизан. Позже ее филиалы были открыты в Ворошиловграде, Киеве и Сталинграде...

Глава из книги Г.Члиянца (UY5XE) и Б.Степанова (RU3AX) "Листая старые "Call Book" и не только…" (Львов-Москва, 2008) c qrz.ru

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.8 (12 оценки)

К 71-й годовщине начала Великой Отечественной войны

В этом году исполняется 71-я годовщина начала Великой Отечественной войны. 1418 дней и ночей советский народ шел к победе. Неимоверно труден был этот путь. Особенно тяжелым был начальный период войны.
В предверии Дня памяти и скорби на официальном сайте Министерства обороны РФ размещен второй том фундаментального научного труда «Великая Отечественная война 1941-1945 годов» (раздел «Энциклопедия», рубрика «Словари»), посвященный началу Второй мировой войны, политике СССР накануне нападения Германии и первым месяцам Великой Отечественной войны.

Значительно дополнен и фотоальбом «Они сражались за Родину» (раздел «Мультимедиа», рубрика «Инфографика»), а также размещены статьи «Сталинградская битва военной разведки» и «Военно-голубиная связь в Красной Армии накануне и в годы Великой Отечественной войны» (раздел «Энциклопедия», рубрика «История войн»). Данные материалы подготовлены совместно с Научно-исследовательским институтом (военной истории) Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации, Агентством «Военинформ» Министерства обороны РФ, редакцией «Военно-исторического журнала» в рамках акции, проводимой Минобороны России в целях популяризации военной истории нашей страны, противодействия ее фальсификации и военно-патриотического воспитания подрастающего поколения.

День памяти и скорби установлен Указом Президента РФ от 8 июня 1996 г. В этот день в Вооруженных Силах Российской Федерации пройдут торжественные мероприятия, посвященные памяти павших на фронтах Великой Отечественной войны. Во всех гарнизонах и воинских частях состоятся митинги, встречи с ветеранами войны. К мемориальным комплексам, памятникам погибших воинов будут возложены венки и цветы.

Управление пресс-службы и информации Министерства обороны Российской Федерации
Голосов пока нет

Как Петр I «переодевал» русскую армию?

А.Н. Семенов. Артиллерия в Полтавском сражении Появление в русской армии собственной военной формы связано с широкомасштабной реформой, проводимой Петром I. Но для конкретных полков единая форма стала вводиться задолго до петровских времен. В середине XVI века Иван Грозный начал формировать стрелецкие отряды. Об одежде первых стрельцов подробных сведений нет, т.к. архивы Стрелецкого приказа не сохранились. Однако иностранцы, посещавшие Москву в конце XVI и в XVII веках, писали об особой, одинаковой для всех стрельцов одежде. Она состояла из длинного кафтана, шапки, опушенной мехом, сапог из цветного сафьяна, перевязи-берендейки с пороховыми зарядами и сумкой для пуль. В каждом стрелецком полку был свой цвет кафтанов, элементов их отделки, шапок.

На Руси издавна служили иноземные наемники. При царе Михаиле Федоровиче они приняли характер постоянных войск. Из них стали формировать полки «нового строя», которые первоначально организацией и вооружением, одеждой и снаряжением повторяли обычные полки европейских армий. Пикинеры носили каски, металлические нагрудники, ножные латы и наручи. Мушкетеры, как правило, лат не имели, а носили каски и кафтаны европейского покроя.
Постепенно в полках нового строя иноземцев заменили русские воины, что во второй половине XVII века привело к изменению формы одежды, она стала схожей с формой одежды стрелецких полков. К концу XVII века русская военная форма одежды стала приобретать единообразие и ярко выраженный национальный характер. Переломным в истории России стал XVIII век. «Поднятая на дыбы» железной рукой Петра I, Россия превратилась в мощную державу, обладающую первоклассной армией и сильным военным флотом. Впервые в истории нашей страны вся армия получила однообразное обмундирование.

Первыми новую форму надели Преображенский и Семеновский полки. Затем она была распространена на всю армию. Первоначально мундиры шились из сукна разного цвета, т.к. закупалось оно значительными партиями за границей, и выдержать одинаковую цветовую гамму было очень сложно. С 1720 года цвет мундиров был строго регламентирован, но выдерживался не всегда - не хватало материи нужной расцветки. Эту проблему удалось решить только в середине XVIII века с развитием отечественных суконных мануфактур.

Форма петровского времени состояла из длинного, почти до колен, суконного кафтана с широкими обшлагами, под него надевался длинный камзол, похожий по покрою на кафтан, но без обшлагов, теснее и короче. На ногах короткие, чуть ниже колен штаны, толстые чулки, тупоносые башмаки (в кавалерии - сапоги). В холода поверх камзола надевали суконный плащ - епанчу. Форму дополняли черные галстуки, кожаные перчатки.
В походе носили походную сумку или ранец. На голове - черная шляпа с тремя загнутыми полями (треуголка). Головными уборами гренадеров были особые гренадерские шапки в виде колпака, а бомбардиров - кожаные шапки с медными налобниками.
Покрой мундиров был одинаков для всех военнослужащих. Форма унтер-офицеров отличалась от солдатской лишь тем, что на бортах камзола, краях обшлагов и карманов, вдоль полей шляп имелся узкий золотистый галун.
На офицерских мундирах галун был шире, пуговицы золоченые. Офицеры носили белый галстук, плюмаж из белых и красных перьев на шляпе и перекинутый через плечо шелковый бело-сине-красный шарф. Кроме обычного солдатского снаряжения сержантам и каптенармусам полагались алебарда, а фурьерам - специальный значок с обозначением полка и номера роты.
Офицеры при исполнении служебных обязанностей надевали на шею особый металлический знак в виде пластины серповидной формы. По цвету знака и элементов его отделки определяли чин военнослужащего. Принадлежностью строевой формы офицеров был партазан - копье с фигурным наконечником и кистями.
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 оценки)

Курильский десант 1945 года. Никто не забыт...

68-годовщина начала Курильской десантной операцииВ поселке Завойко Камчатского края состоялись торжественно-траурные мероприятия, посвященные 68-годовщине начала Курильской десантной операции на Тихом океане.

У памятника Герою Советского Союза Петру Ильичеву собрались представители войск и сил на северо-востоке России, главного управления МЧС России по Камчатскому краю, администрации Петропавловска-Камчатского, Законодательного собрания Камчатского края, ветеранских организаций.

«Наша страна посылала своих сынов на верную смерть, чтобы здесь на Дальнем Востоке воцарился мир. Мы — сегодняшние защитники Отечества, верны памяти своих отцов и дедов, и никогда не забудем их подвиги», — отметил в ходе встречи заместитель командира береговой ракетно-артиллеристской бригады по работе с личным составом подполковник Владимир Мамаев.

Представитель Министерства иностранных дел России в Петропавловске-Камчатском Евгений Верещаго передал гильзу со священной землей с места высадки Курильского десанта руководству города. «Это символ того, что делает Петропавловск-Камчатский Городом воинской славы» — отметил он.

Собравшиеся почтили память воинов, павших в борьбе за честь, свободу и независимость Родины минутой молчания. После этого участники мероприятия возложили цветы к памятнику-обелиску Петра Ильичева, геройски погибшего в ходе Курильской десантной операции.

17 августа 1945 г. отряд десантных кораблей Тихоокеанского флота при поддержке авиации и подводных лодок направился из Петропавловска-Камчатского к островам Курильской гряды, где находилось свыше 80 тыс. японских солдат и офицеров. Разгромив превосходящую по численности группировку противника, советские десантники поставили финальную точку во Второй мировой войне на Дальнем Востоке.

Пресс-служба Восточного военного округа
 



Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 оценка)

Лотерея

Материал для сайта предоставлен автором
Детям военных гарнизонов посвящается…

*   *  *

     Шел пятый год войны в ДРА, Афганистане. Мне было уже более десяти первых лет жизни, так, пацан. Война у нас, в обычном вертолетном гарнизоне закавказского военного округа, как-то и не чувствовалась. Ярко светило солнышко, бурлила весенняя погода, трава, птицы, куча кузнечиков и саранчи, запах акаций. Запах белых акаций был просто удушающий и мешал думать о чем-либо серьезном. Всегда в это время года настраивал на расслабленный романтический лад.  Времена тоже были «интересные».
     Пятый год подряд очередная группа летчиков отправлялась «за речку» отдавать непонятно каким боком назначенный интернациональный долг. Это были наши отцы. Все происходило буднично и по-военному просто. Проще не бывает.

     В определенный день они садились в автобус и исчезали далеко. Мы махали вслед автобусам и машинам, сразу приобретая особую уже недетскую грусть в глазах и мыслях. Оставалось ждать. Информации всегда было мало. В телевизионной программе «Служу Советскому Союзу» единственный на весь Союз военный корреспондент натянуто оптимистично рассказывал, что все идет как надо, машины идут через горы, вертолеты летят через небо, а солдатики в «зеленке» строят плотины, дамбы, занимаются проблемами мелиорации дружественной страны. И детских садов понастроили, что хватит на половину азиатского континента. Вот такая любопытная картинка: рота улыбчивых десантников неславянской внешности роет ямки, сажает кустики, заботливо их прихлопывая совковыми лопатами.  
      Но мы уже знали, что реальность далека от этой идиллии. Некоторые из наших потом приезжали на побывку. Почему из «наших»? Просто гарнизонная житуха очень объединяла. Летчик приезжал домой. Непривычно загоревший даже для субтропиков Закавказья, высохший и молчаливый. Потихоньку подтягивались жены других авиаторов, приносили передачи для своих мужей. Под стопочку начинались неспешные рассказы. Сначала они состояли почти из того же вранья, что и в телевизоре. Но потом алкоголь и женская настойчивость, желание узнать как там и что, делали свое черное дело. Это, конечно, была далеко еще не вся жуткая правда о войне, о тех, кто в данный момент там находился, о родных и близких людях. 
    
     Потом, через несколько дней таких разговоров, нагружались до самого предела рюкзаки и чемоданы с передачами, и  авиатор снова отправлялся «туда». Мы тоже с мамой постоянно старались снарядить посылку с оптимальным весом. В толстый целлофановый пакет заливали варенье, на б0льшую половину разбавленное алкоголем. Пакет запаивался. Затем он вставлялся как матрешка в другие пакеты. Самая невинная контрабанда. Могла и не доехать. Таможня иногда не давала добро на провоз, поэтому «курьеры» максимально упрощали задачи транспортировки, употребляя этот груз вовнутрь.  Это была часть ожидания наших «оттудова». Ожидания томительного и понятного. Но были и не совсем понятные традиции...
    
     Авиация представляет из себя такую сложную работу, что и в мирные времена приходят трагические и непоправимые вести. И с этим ничего нельзя поделать: опасная профессия. Что же можно сказать о летчиках на войне? Всегда не любил женщин из политотдела. В тот год я начал их ненавидеть. Когда случалось «происшествие», то сначала сообщали женам. Дети тоже были почти военнообязанные. И за ними приходили в школу, но совсем несрочно. А современных мобильников не было.
     Выбор вариантов был невелик. Борт сгорел полностью в воздухе, борт сгорел частично и упал, борт не горел, а упал так.
     Ми-24 экипаж два человека, Ми-8 – три человека, Ми-6 – аж шесть человек. И это не считая «груза», который тоже мог составлять от 5 до 50 людей. Пока тары-базары, проходил один урок, и другой урок, и большая перемена. Потом начиналось шоу женских каблучков. В коридорах затаившейся на уроках школы медленно шли две женщины. В классах побледневшие учителя усиленно делали вид, что учебный процесс идет как ни в чем не бывало.

Цок-цок-цок....

     Все и так знали, что сейчас кого-то вызовут и скажут, что твой папаня был в том экипаже. Сердце начинало заходиться от расстрельной дроби, холодный мерзкий пот заливал все подмышки и глаза. Потом дверь в класс открывалась и … они заходили.

     Тут сердце вдруг замирало вообще. Никаких разговоров не было. Только молчаливый диалог на уровне «гляделок», чтения мыслей и кивка головой.
     Были счастливые моменты. Ну, если папка на побывку приезжал, то с уроков сразу отпускали. А так приходилось довольствоваться такой вот лотереей. Может мимо класса пройдет и пронесет, а может, зайдет, и не на меня посмотрит.  .....А, может, и посмотрит.
    
     Незабываемый был вертолетопад  в Афганистане. Много школьников остались без отцов. Звук красивых элегантных стильных женских шпилек тоже не забыть. Уже никогда…


А.
Фото: К.Калинин


Под Кандагаром, искореженный Ми-24
 
Голосов пока нет

Майору Сергею Солнечникову присвоено звание Героя России

Президент подписал Указ «О присвоении звания Героя Российской Федерации майору Солнечникову С.А.». Полный текст документа:

За героизм, мужество и самоотверженность, проявленные при исполнении воинского долга, присвоить звание Героя Российской Федерации майору Солнечникову Сергею Александровичу (посмертно).

news.kremlin.ru
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 оценки)

Мемориал героям 4-го воздушно-десантного корпуса

27 июля, накануне празднования 82-й годовщины образования Воздушно-Десантных Войск, состоится торжественное открытие мемориала воинам-десантникам 4-го воздушно-десантного корпуса (ВДК), погибшим в годы Великой Отечественной войны на подступах к Москве при проведении Вяземской воздушно-десантной операции (1942 г.).
Памятник героическому десанту был установлен в 50-х годах прошлого века на месте братского захоронения более 1700 десантников 4 ВДК (каждый пятый ! ), погибших в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками.
Сегодня благодаря поддержке Командования ВДВ, губернатора Смоленской области, глав Угранского и Вяземского районов области, участию общественных ветеранских организаций десантников памятник отреставрирован и обновлен. Увеличена площадь мемориального комплекса, непосредственно за памятником установлена стела из гранита с изображением парашютистов и надписью «Героям-десантникам 4 ВДК».

Памятные мероприятия 27 июля начнутся в г. Вязьме с открытия памятника Герою Советского Союза легендарному командующему ВДВ генералу армии В.Ф. Маргелову, затем делегация Командования ВДВ и приглашенные гости переместятся в д. Желанья Угранского района Смоленской области, где будет открыт обновленный мемориал воинам-десантникам 4 ВДК.

В мероприятиях примут участие командующий ВДВ генерал-полковник Владимир Шаманов, офицеры Командования ВДВ, представители органов местного самоуправления, общественных ветеранских организаций и воспитанники военно-патриотических клубов десантников, приглашенные гости.
В программе мероприятий также предусмотрены десантирование парашютно-десантной роты на парашютах Д-10 из военно-транспортных вертолетов Ми-8, показательные выступления воинов-десантников по рукопашному бою, выступление спортсменов-парашютистов ВДВ по парашютной акробатике и пилотажной группы «Русь» Вяземского учебного авиационного центра ДОСААФ России на реактивных учебно-тренировочных самолётах Л-39.

В ходе праздника будет работать полевая кухня, состоится концертное выступление ансамбля песни и пляски, самодеятельных творческих коллективов ВДВ.
Справочно:
Вяземская воздушно-десантная операция проходила в январе-феврале 1942 г. в ходе битвы за Москву, во время которой была осуществлена выброска одного из самых крупных оперативных воздушных десантов Великой Отечественной войны.
Авиационная группа, созданная для осуществления операции, имела в своем составе 352 транспортных самолета. Всего в ходе Вяземской воздушно-десантной операции была осуществлена выброска более 10 тыс. десантников.
В течение 6 месяцев десантники прошли в тылу врага свыше 600 км, освободили около 200 населённых пунктов, уничтожили до 15 тыс. солдат и офицеров противника и много боевой техники.


Управление пресс-службы и информации МО РФ
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (3 оценки)

О партизанах, атомной бомбе Гитлера и норвежском спецназе...

В 1940 году, по личному распоряжению британского премьера Уинстона Черчилля, была создана секретная организация - Special Operations Executive, в задачи которой входили саботаж и подрывная деятельность на оккупированной гитлеровцами территории, а также создание ячеек обученных людей для оказания помощи группам сопротивления. В организацию входили два норвежских подразделения: "Рота Линге" и "группа Шетланд". Руководило ими норвежское правительство в изгнании во главе с королем Хоконом в Лондоне.

Была еще одна группа, менее известная - партизаны северного норвежского региона Финнмарк, действовавшие под командованием советских войск. Именно с момента подписания Черчиллем секретной директивы о создании диверсионных подразделений принято отсчитывать историю норвежского спецназа. Первоначально "Рота Линге" была обучена по образцу британских коммандос - для рейдовых операций. "Рота" участвовала в успешных рейдах в Норвегии. Основатель подразделения Мартин Линге погиб во время одного из таких рейдов в декабре 1941 года. Как писал в своих воспоминаниях бывший командующий норвежским сопротивлением "Милорг", а позднее - министр обороны Норвегии в 1945-52 годах Йенс Кристиан Хауге, операции сопротивления были возможны в основном из-за помощи "Роты Линге".

"Группу Шетланд" включили в состав норвежского военно-морского флота, и она осуществляла диверсии в немецких портах. В частности, в 1942 году Лейф Ларсен, самый известный офицер группы, пытался торпедировать с помощью двухместной торпеды "Шэриот" знаменитый немецкий линкор "Тирпиц". Однако мощный шторм помешал этой попытке.

Третья группа, партизаны Финнмарка, была организована из беженцев и обучена НКВД. Их операции проходили в Тромсе и Финнмарке, двух самых северных областях Норвегии. Партизаны оказали серьезную помощь 14-й советской армии в районе Западная Литса в советском Заполярье. До 1995 года в Норвегии о их деятельности всячески умалчивалось. Считалось, что все бойцы Финнмарка были советскими шпионами: партизаны были вынуждены подписывать соглашение о сотрудничестве с советской разведкой на всю жизнь.

Лучшая диверсия Второй мировой войны

Наиболее известная операция "Роты Линге" - взрыв завода тяжелой воды в 1943 году в Рюкане. Считается, что это стало одной из главных причин, почему Гитлеру не удалось создать атомную бомбу. Поэтому стоит о ней рассказать.

Первая попытка остановить производство тяжелой воды была предпринята в ноябре 1942 года. Тогда были сброшены четыре парашютиста, которые на лыжах по горам добирались до места диверсии. Через месяц на двух бомбардировщиках с планерами должны были прибыть специально технически подготовленные британские коммандос. При посадке планеры разбились, многие англичане погибли. Остальные были захвачены гитлеровцами и после пыток казнены.

Ранее десантированные четверо "парней Линге" сообщили по радио о трагедии. Они получили приказ ждать и в феврале 1943 года соединились с шестью вновь прибывшими норвежскими парашютистами. В ночь на 28 февраля они с огромным трудом они добрались до завода. Свой человек из обслуживающего персонала помог диверсантам проникнуть внутрь. Те взорвали 900 килограммов (почти годовой запас) тяжелой воды, и производство было остановлено на три месяца. Группе удалось уйти без потерь: часть ее осталась в горах, остальные успешно перешли шведскую границу.

В ноябре 1943 года получив информацию о том, что производство восстановлено, британское командование послало 143 бомбардировщика В-17, сбросивших на фабрику около 800 тяжелых бомб. Тогда немцы приняли решение перевести производство в Германию. Но при транспортировке остатков готовой продукции на пароме через озеро к железной дороге, паром был взорван участниками местного Сопротивления. Акция в Веморке была занесена в анналы британской военной истории как лучшая диверсия второй мировой войны.

Новый противник - Советский Союз

После окончания Второй мировой, большая часть спецподразделений была распущена: считалось, что "специальные" силы не вписываются в новую военную доктрину, включающую ядерное оружие.

Однако вскоре после вступления Норвегии в НАТО, военное руководство страны приняло решение о создании новых подразделений спецназа в морских и сухопутных частях. В 1962 году был создан тренировочный центр для обучения обычных военнослужащих армии Норвегии парашютному делу. В 1966 и 1967 годах школа, дислоцированная в Трандуме близ Осло, начала обучение своего собственного подразделения - парашютного взвода, предназначенного для разведки и диверсий в тылу врага, за пределами досягаемости обычной территориальной армии.

Ранее Национальная разведывательная служба, впечатленная успехами итальянских и британских подводных диверсионных операций во время Второй мировой, в 1953 году выпустила первый отряд боевых пловцов. Постепенно задачи фрогменов (люди-лягушки) расширялись, включив в себя глубоководное плавание, спасение на водах, подводные диверсии и т.п. В 1968 году было принято решение разбить группу на две организации. Одна занималась только диверсиями, другая - борьбой с диверсантами. Был определен и противник - Советский Союз. В соответствии с планами Североатлантического блока именно с территории Норвегии должно было оказываться противодействие кораблям Северного флота ВМФ СССР, которые не могли миновать суровые скандинавские фьорды при попытке атаковать Западную Европу или даже США.

В 1978 году норвежские власти приказали армии создать контр террористическое подразделение, которое должно оказывать поддержку полиции в случае террористических атак против норвежских нефтяных объектов в Северном море. Было сформировано специальное подразделение Fosvarets Spesialkommando (FSK). Это подразделение достигло полной оперативной готовности в 1984 году. За операции на береговом шельфе с тех пор отвечает Министерстве юстиции и полиции. Подготовка бойцов-парашютистов и специалистов по проведению контр террористических операций на море стала занимать 12 месяцев.

В 1979 году в штабе командующего ВС северной Норвегии было создано управление спецопераций, в рамках которого спецназ родов войск и полиции стали отрабатывать совместные операции. Аналогичные подразделения других стран, принимавшие тогда участие в совместных учениях, также контролировались из этого центра. Эта ситуация сохранялась до 2002 года. К концу Холодной войны функции норвежских сил спецопераций были сфокусированы на оперативного уровня операциях, включая сбор развединформации и рейды в тыл врага. Согласно оборонной концепции, эти подразделения должны были действовать на своей территории на случай, если Холодная война станет "горячей".

На этот случай, в 70-е годы, вдоль всей 190-километровой границы с СССР, норвежцы стали устанавливать специальные, свыше 50 метров, наблюдательные вышки с мощной оптикой. С них норвежские пограничники и сотрудники спецслужб могли контролировать советскую территорию в глубину до 60 километров, вплоть до Мурманска. По данным нашей разведки, у натовцев были готовы планы по ведению боевых действий в Советском Заполярье, обозначены объекты для диверсий. Действовать они должны были с территории Норвегии.

После Холодной войны - наши дни

После окончания Холодной войны началась дискуссия о месте и роли спецподразделений Норвегии. Прежде всего, обсуждалась адекватность национальной стратегии, основанной на защите территории. Экономическая ситуация в стране также изменилась, заставляя вооруженные силы пересмотреть свои возможности: к началу века правительство одобрило 13 предложений о расформировании и слиянии различных подразделений. Однако спецподразделения эти реорганизации не затронули. И если в 1997 году в подразделении по борьбе с терроризмом было 40 человек, то спустя несколько лет его штат расширили до 160 бойцов.

Норвежский спецназ стал активно участвовать и в операциях за рубежом под эгидой НАТО, в частности в Афганистане в 2001-2002 годах. До этого норвежские подразделения принимали активное участие в рамках различных миссий ООН.

Очень мало информации поступает из официальных источников о современных операциях подразделений. Но известно, что они принимали участие в операциях НАТО на Балканах.

До Балкан, участие норвежской армии в миротворческих операциях обычно заключалось в создании специальных подразделений на волонтерской основе для конкретной миссии. Обычно такие подразделения не принимали участия в боевых действиях, хотя иногда такие миссии оказывались более опасными, чем предполагалось, например, во время вторжения Израиля в южный Ливан в 1982 году, когда норвежские миротворцы оказались на линии огня. Между тем, Норвежские вооруженные силы традиционно нацелены на оборону, и после участия в балканских конфликтах был сделан вывод, что придется изменить стратегию, увеличив возможности сил спецопераций.

Мало информации и об операциях норвежского спецназа в Афганистане. Известно только, что с октября 2001 года задачи спецподразделений в основном заключаются в отлове лидеров группировок и вооруженных формирований противника. Известно также, что норвежцы получали награды за участие в совместных операциях от американского командования, а генерал-лейтенант Делл Дейли заявил, что "даже наши собственные спецподразделения не всегда находились на уровне стандартов подготовки, существующих в норвежских спецподразделениях".

Забытые Богом и Сатаной

Американские коммандос с большим уважением отзываются о подготовке отряда норвежских морских егерей. Основными их задачами является ведение разведки и сбор разведданных в глубоком тылу противника. Они способны действовать автономно до тридцати суток. Способность егерей выживать в суровых условиях Заполярья при страшных морозах те же американцы считают непревзойденными никем в мире. На них возложены задачи развертывания партизанских действий на своей территории в случае ее оккупации противником. Они могут действовать малыми группами численностью от 2 до 20 человек. Эти группы являются ядром будущих партизанских отрядов. Для того чтобы егеря могли эффективно действовать, на территории Норвегии закладываются в тайники продовольствие, оружие и боеприпасы.

Штаб морских егерей находится в одном из самых удаленных уголков Норвегии с названием Ramsung Naval Station. Про это место егеря мрачно шутят: "Бог забыл, а Сатана забросил". Боевые подразделения отряда базируются на базе подводных лодок ВМС Норвегии. Здесь находится школа боевых пловцов. Место дислокации выбрано так, чтобы в угрожаемый период подразделение было развернуто в течение 4 часов после получения сигнала. Всего в подразделение морских егерей входит около 200 человек.

Программа обучения у морских егерей довольно объемная и состоит из ряда специальных дисциплин. Основная подготовка проходит в Бергене и длится 22 недели. Курс начинается двухнедельными полевыми занятиями, которые проходят часто в заснеженных горах Северной Норвегии. Те, кому удалось выжить за эти 14 дней бессонных ночей и 30-километровых маршей, зачисляются кандидатами и приступают к изучению полевого курса, курсов огневой подготовки, горной подготовки и подводного плавания. Каждый из них завершается зачетным тактико-специальным занятием, приближенным к боевой обстановке. По окончании курса полевой выучки, когда кандидаты уже обладают неким военным опытом, они под руководством инструкторов переходят к курсу дайвинга.

Далее следует очень сложный курс выживания в норвежских лесах. Очень многие из кандидатов, будучи прекрасными солдатами в регулярных частях, не выдерживают жесткий курс тренировок и распорядка дня. Большинство егерей подписывают контракт на три года. Для профессионалов предполагается дополнительная подготовка по работе на средствах связи, продвинутый курс медицинской подготовки с практикой, курс по разведке, сбору и обобщению разведданных, программа парашютной подготовки с совершением затяжных прыжков, а также продвинутый курс МПД. Егеря в течение всей службы день ото дня совершенствуют свои навыки.

На вооружении морских егерей находится 7,62-мм автоматическая винтовка AG-3, которая является норвежской версией германской винтовки G-3. Нередко винтовка используется с 40-мм подствольным гранатометом. Для усиления огневой мощи используются 5,56-мм пулеметы FN "Миними". На вооружении снайперов находятся винтовки NM149S норвежского производства. Из оружия ближнего боя на вооружении находятся 9-мм пистолеты-пулеметы "Хекклер-Кох" МР-5А3 и МР-5SD5. Из личного оружия - 9-мм пистолеты "Хекклер-Кох" Р7, "Хекклер-Кох" USP, "Смит-Вессон" и "Глок-17". Не так давно на севере Норвегии, где способны выжить только сильнейшие, было создано элитное подразделение "Финмарк".

Рейнджеры 7-й роты норвежского полка "Финмарк" имеют задачу предотвратить вторжение противника с востока. Читай - со стороны России. Основная задача подразделения - отсрочить любое вторжение и измотать противника, используя партизанскую тактику и тактику действий малых групп, действующих против стратегических объектов. Рота на сегодняшний день является, возможно, одним из самых уникальных в мире военных формирований. Ее бойцы не стремятся победить врага, применив силу. Они просто устанавливают противопехотные минные поля для замедления продвижения противника в глубь территории страны. Седьмая рота норвежских егерей отвечает за район Киркенеса, наиболее северную часть значительной территории, граничащей некогда с Советским Союзом и полностью покрытой снегом с сентября до мая. Весной и летом средняя температура колеблется здесь около отметки 5-7 градусов по Цельсию, а зимой - около минус 40.

124 солдата 7-ой роты егерей - экспериментальное подразделение. Для службы в нем отбираются самые сильные и психологически устойчивые бойцы полка "Финмарк". Они проходят специальную подготовку, которая позволяет им выполнять поставленные задачи, выявляя наиболее слабые места противника, минировать маршруты движения и атаковать врага внезапно и яростно. Личный состав роты тренируется действовать в тылу противника против стратегических объектов, таких, как ракетные пусковые установки, подвижные командные пункты дивизий, пункты тылового обеспечения и снабжения боеприпасами, радиолокационные станции и передовые площадки вертолетов. Тренировки в снегу, ни очага, где можно обогреться, ни просто сухой комнаты. Егеря должны научиться игнорировать холод и другие негативные окружающие условия для успешного выполнения задачи. На занятиях бойцы постоянно развивают возможности своего организма по преодолению холода в течение восьми зимних месяцев. Группа егерей способна действовать автономно в поле до двух недель, оставаясь на сорокаградусном морозе.

Марокканский вояж

Одной из самых дерзких и, я бы сказал, наглых операций норвежский спецназ провел в прошлом году в Марокко. Бойцы подразделения выкрали и вернули матери двух детей из этой страны. По словам министра обороны Норвегии Греты Фаремо, коммандос увезли детей в июле прошлого года. При этом они действовали по собственной воле и находились в отпуске.

Марокканские газеты писали, что дети были похищены из дома Халида Скаха - олимпийского чемпиона 1992 года в 10-километровом заплыве. Норвегия заявила, что не предпринимала никаких незаконных действий, и что дети содержались в Марокко против их воли и опасались за свою жизнь.

Власти скандинавской страны утверждают, что дети бежали от своего отца Скаха и укрылись в норвежском посольстве. Дети марокканского олимпийского чемпиона и его бывшей жены-норвежки провели некоторое время в резиденции посла Норвегии, а затем были тайно вывезены из страны на лодке с помощью коммандос военно-морского флота.

В последнее время стало известно, что норвежская Тайная полиция ПОТ помогала "Моссад" в обезвреживании скандинавской сети палестинской ООП. В норвежском Лиллехаммере ликвидаторы из "Моссад" па ошибке застрелили вместо террориста Саламеха марокканского эмигранта. ПОТ была вынуждена арестовать четверку израильских боевиков, но вскоре после суда они были отпущены в Израиль. В начале 50-х годов была выявлена связь "Моссад" с генсеком ООН норвежцем Трюгве Ли. В 1993 г. гарантом соглашения между Арафатом и Раббином выступало норвежское правительство, а само соглашение о перемирии было подписано в Осло.

Когда в товарищах согласия нет

В 1965 году выяснилось, что военная разведка "Этьенесте" и гражданская Служба контрразведки организовали слежку за высшими руководителями служб-конкурентов и сбор компромата на них. Существовала и личная неприязнь главы военных разведчиков Эванга и начальника Службы контрразведки Брюна. Соперничество между спецслужбами к концу 60-ых годов настолько обострилось, что начались взаимные аресты. Так, по обвинению в работе на КГБ норвежские контрразведчики совместно с коллегами из ЦРУ арестовали сотрудницу "Этьенесте" Линдгрен, которую затем пришлось отпускать за недоказанностью. В конфликт двух спецслужб вынуждено было вмешаться правительство. По итогам работы так называемой Комиссии Меллби в обеих спецслужбах было обнаружено большое количество нарушений. В результате Эванг отправили в почетную ссылку представителем Норвегии при штабе НАТО, а Брюн стал скромным комиссаром уголовной полиции в провинциальном Бергене. На посту главы Службы контрразведки Брюна сменил Хортстад, ставший затем инициатором тотального противостояния КГБ по всей Северной Европе, как и его последователи Греланд и Эсдгар.

В 90-е норвежские спецслужбы провели "горячие" секретные операции на югославской войне совместно с коллегами по НАТО, в частности, уничтожили граждан Югославии и Чехии, попытавшихся в 1994 году захватить самолет в аэропорту Осло. В 1995 году у берегов Норвегии спецназ арестовал российский рыболовный траулер, обвинив команду в проведении шпионской деятельности.

До сих пор спецслужбы этой страны, не смотря на хорошие отношения между Москвой и Осло, не брезгуют провокациями против российских граждан и учреждений.

Владимир Богданов, rg.ru

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 оценка)

О самом тяжелом разведывательно-диверсионном выходе на фронте Заполярья в 1942 ....

Каждый раз, читая о партизанском движении, находишь все новые и новые шокирующие факты. Сегодня повествование о событиях на северах, в новогодние и рождественские дни 1942-43 годов. Боевую вахту несли партизанские отряды. Практическое пособие по ведению войны в зинее время. Как это было, рассказывает Андрей Меньшенин...

Партизанское движение в Заполярье — особенное

Военные действия на фронте Заполярья начались 29 июня 1941 года. Я, как и каждый северянин, знаю, что пограничные рубежи на этом участке фронта врагу перейти не удалось. В сентябре 1941 года защитники Заполярья остановили захватчиков в районе реки Западная Лица, и фронт стабилизировался в 48 километрах от Мурманска. К концу осени 1941 года гитлеровцы, не добившись решающего успеха ни на Мурманском, ни на Кандалакшском направлениях, перешли к обороне. У наших войск появилась твердая уверенность, что армия, Северный флот и пограничники выстоят и не пропустят врага к Мурманску. Немцы же, перейдя к обороне, возводили долговременные оборонительные сооружения, укрепляли линию фронта, готовясь к наступлению. Тогда штаб Карельского фронта и Мурманский обком партии приняли решение — приступить к формированию партизанских отрядов. Во что это обойдется — тогда не знал никто.

Из воспоминаний командира партизанского отряда «Советский Мурман» С. Куроедова: «Было создано 12 отрядов на Мурманском направлении, но действовать пришлось только двум — “Советскому Мурману” и “Большевику Заполярья”».

Основу отрядов составляли добровольцы — около 100 человек. Средний возраст — чуть больше 20. Самому молодому партизану было 16 лет, самому старшему — 52 года. Мурманские рыбаки, мончегорские металлурги, апатитские горняки, кандалакшские лесорубы стали северными партизанами.

В июле 1942 года отряды были сформированы, определен район базирования и действий отрядов. На 13 августа 1942 года командованием было назначено принятие партизанской присяги. А в ночь на 14 августа 1942 года отряды отправились к месту постоянной партизанской базы — высота «Ударная» в среднем течении реки Лотты около государственной границы. И вот 18 августа достигли высоты 137,2. На долгие 27 месяцев эта высота, ставшая базой, была для партизан их лесным домом.

Читаю документы архивного фонда: «Главным объектом нападения была автострада Петсамо — Рованиеми, по которой шло снабжение немецких войск. Взрывая мосты, организуя засады на пути автоколонн, уничтожая мелкие гарнизоны, разрушая линии связи, партизаны тем самым должны были “парализовать” эту основную коммуникацию противника».

Партизанское движение ведется, как мне известно, на своей территории в период ее оккупации врагом. Но автострада Петсамо — Рованиеми — это Финляндия, а значит, территория враждебного государства. Анализируя деятельность северных партизан, я нашел еще несколько особенностей партизанского движения в Заполярье, значительно усложнявших выполнение оперативных партизанских заданий. На основании этого я позволил себе заключить, что партизанское движение в Заполярье — особенное.

Первой особенностью, усложнявшей действия партизан, было то, что для выполнения задания им приходилось действовать в немецком тылу, тогда как отряды базировались на территории своей страны. Из воспоминаний командира партизанского отряда «Большевик Заполярья» А. С. Смирнова: «В отличие от партизан Брянщины, Белоруссии и Украины, мы ходили на боевые операции в глубокий тыл, порой за триста — триста пятьдесят километров от своей базы, на север Финляндии, преодолевая каждый раз линию обороны противника, представляющую цепь хорошо укрепленных, связанных между собой пикетов и опорных пунктов, расположенных вдоль нашей государственной границы».

Воевать партизанам пришлось не только с немцами, но и с финнами. Финским «горным егерям» были не страшны северный климат и северная зима. Поэтому для партизан финны были даже более опасны, чем немцы.

Поскольку действия партизан происходили на чужой территории и пути походов были разные, то действовать им приходилось на незнакомой географической местности. Из записей А. С. Смирнова после первого похода в 1942 году: «До нашей границы идти просто: карта поднята — и все ясно. Вот дальше… только схема… белый лист бумаги с координатной сеткой». Из воспоминаний партизан: «Наши действия осложнялись тем, что мы не умели ориентироваться на однообразной местности, а топографические карты оказались устаревшими». Да и не всегда можно было раскрыть карту: действовать нужно было оперативно и стремительно, от этого зачастую зависела их жизнь и успех операции. Поэтому незнание местности я считаю особенностью, отличающей их от других партизан и усложняющей выполнение боевой задачи.

Следующая особенность, которая отличает наших партизан от всех остальных: в районе их действий не было гражданского населения, которое бы оказывало им помощь и снабжало продовольствием и одеждой. Поэтому продукты, боеприпасы, запасную одежду, медикаменты и другие необходимые предметы приходилось нести с собой или отбивать у немцев. Без помощи населения партизаны были лишены не просто бытовой поддержки и морального сочувствия. Итогом здесь была безысходность в положении с ранеными и угроза срыва боевой операции от усталости и голода.

Читаю воспоминания А. С. Смирнова: «Действовали мы на территории государства, которое находилось в состоянии войны с нами, и поэтому население его было враждебно настроено к партизанам… Сложно нам было решать проблемы продовольственного снабжения и эвакуации раненых. Поход нередко длился месяц, а то и больше. Каждому партизану надо было взять с собой 300–400 патронов, 4–6 ручных гранат, 1,5–2 кг тола, термитные шары, мины. …Брали 60 ржаных сухарей (из расчета полтора сухаря на день), шпик, соль, гороховый суп-пюре, концентрат каши. Поэтому вес рюкзака достигал 40–50 кг. Такая ноша затрудняла движение, изматывала силы. Нехватка продуктов нередко приводила к истощению людей, иногда — даже к срыву операции…. Но если с голодом как-то можно было бороться, то проблему эвакуации раненых мы, по существу, так и не смогли решить. Попытались использовать для этой цели оленей — безуспешно. И если летом ослабевшие от голода партизаны, меняясь через каждые полсотни метров, могли еще тянуть десятки километров на плечах самодельные носилки с ранеными, то зимой раненого укладывали на волокуши, сделанные на скорую руку из его лыж. Долго ли он мог пролежать при морозе 20–30 градусов, укрытый одной плащ-палаткой?!»

Еще одной отличительной особенностью был сам наш Север, вернее, его география: тундра, сопки, скалы, бурливые реки, многочисленные озера и болота, мошка и комары. На сотни километров — бездорожье и глушь. Из дневника политрука П. Евсеева: «Чуть забрезжил рассвет — двинулись в последний переход… Только бы добраться до перевала, думал я, а оттуда до базы рукой подать. Выкладываем последние силы, с великим трудом дотягиваем до перевала, и что же? За болотом снова такой же перевал, путь до него нелегок, а высота “Ударная” по-прежнему в далекой дымке… Когда поднимались на какую-то высотку, я оглянулся и поразился: казалось, это взбирается не боевой отряд, а плывет ручей человеческой муки…»

Летом тундра богата еще одной достопримечательностью — комарами и мошкой. Из дневника политрука П. Евсеева: «Людям, не знающим тундры, трудно и представить, сколько здесь бывает мошки и комаров. А если добавить еще слеп ней, которые появляются в жаркие дни, то такая компания может заесть до смерти… Комары встретили нас в Мурмашах и провожали далеко за границу. Едва показывалось солнце, как они облепляли все, что не защищено. И не было никакого спасения. Помню, у Рестикента впереди меня шел Колычев. Его куртка, фуражка и накомарник, брюки и сапоги стали серыми, мохнатыми, будто их покрыли верблюжьей шерстью. Насекомые сидели один к одному, крыло к крылу, и старались прокусить ткань. Их укусы — настоящее наказание. Мазались всем, что было под руками: одеколоном, водкой, ружейным маслом. Натирались настоем табака, багульником и еще какими-то травами, но помогало мало. Казалось, на всем свете нет существа страшнее и кровожаднее. Лицо покрывалось сплошными волдырями, тело нестерпимо чесалось и горело, словно его облили кислотой».

В борьбе с комарами партизаны проявляли максимум изобретательности: натирали лицо и руки багульником, ружейным маслом, настоем махорки, табака, одеколоном. Пускали в ход все виды «антикомариного оружия» — дым, табак, сетки. Ничего не помогало. В своих воспоминаниях партизаны отмечают, что по возможности (которой почти никогда не было) старались пользоваться кострами. Сидя у костра, они специально пропитывались его дымом.

А зима… Царица севера. Круглый год у нас холодно и полгода темно. Из записей А. С. Смирнова: «Тяжелее всего приходилось зимой. С ноября и до конца апреля, даже в мае, лежал снег. Морозы иногда достигали 30–35 градусов… Погода менялась по нескольку раз в сутки». Переход из мороза в оттепель и обратно в густой снег, продувные метели, сильные ветра, лютые морозы — испытание не для слабых. Больше суток на улице — уже приговор. В одном из зимних походов партизаны находились около 20 суток, без костра.

Могло ли предположить командование, организуя партизанское движение в Заполярье, что оно столкнется с такими сложностями? Склонен считать, что командование предполагало, какие жертвы это повлечет. Но это никого не остановило.

Дневник политрука

Из дневника политрука П. Евсеева: «Во время одного из перекуров подошел к бойцам первого отделения. Ребята обсуждали, что лучше: если оторвет ногу или оторвет руку? Если, скажем, оторвет левую руку — это еще ничего: и косить сможешь, и козью ножку сам скрутишь… — Ага. Зато ходячий… А если правую? — Тоже ничего. У меня дядька одной левой запросто узлы вяжет, на балалайке играет. Тренировка! А если ногу? — У нас в деревне сосед Митрофан с той войны на деревяшке. За ним другой на обеих ногах не угонится. Всю жизнь работает, а теперь бригадир в колхозе». Были ли при этом спокойны? Нет, конечно. Но по-мужицки рассудительны: и при увечье можно жить и быть полезным — «всю жизнь работает». Такие разговоры, пишет политрук, всегда сопровождали учебные занятия: во время перекуров, на обеде и даже после отбоя…

Читая дневник политрука, я обратил внимание на то, какое плохое оснащение оружием было в отряде: «Вскрыли ящики и горько разочаровались. Думали, что дадут автоматы, карабины, пулеметы, “лимонки”, пистолеты; а в ящиках оказа лись реставрированные винтовки “маузер”. Ни одного автомата и пулемета. Гранаты — РГД, патронов мало, да и те — ржавые... На наши претензии в штабе ответили: “Возьмете у немцев, и будут у вас автоматы и пулеметы. Сейчас Родина другого оружия дать не может”».

И они «добывали» себе оружие. Очень ценился немецкий пистолет «Вальтер», считался офицерским оружием. Поскольку действия партизан в большинстве своем носили диверсионный характер, то для врага их появление зачастую было неожиданным, а результаты ошеломляющими. Опомнившись, каратели бросались в погоню. Здесь любая ноша тормозит. И поэтому добытое оружие иногда приходилось бросать: топить в реке, болоте…

Рассматривая в архивном фонде «Боевые листки», выпускаемые повзводно в отряде, я заметил, что в каждом выпуске есть заметка об оружии. «Погода сейчас стоит переменная. Она влияет на оружие. За оружием нужно следить, как никогда. На больших привалах первое внимание — оружию». Заметка партизана Казаринова: «Каждый боец-партизан запомни: оружие — ваша жизнь. Хорошо работает ваше оружие — значит ты недоступен для врага, пока у тебя есть патроны. Отказало в бою оружие — ты не можешь убить того, кто хочет убить тебя. Оружие у всего личного состава проверено… В зимних условиях оно должно быть смазано зимней смазкой, или протереть насухо. Зимней смазки у нас нет, но содержать свое оружие в чистоте мы обязаны».

Длительные походы рассчитаны на здоровые ноги. И вот в том же дневнике П. Евсеева читаю: «24 дня пролежала моя тетрадка в землянке, ожидая очередной записи. В поход запрещено было брать какие бы то ни было бумаги. Да если б и взял, то когда записывать... Некогда. Ох и тяжел же был этот первый поход! Но вот теперь, на базе, можно и поразмыслить кое над чем. Обошли с командиром взвод, осмотрели ноги бойцов. 12 человек натерли ноги. У Лукшина и Есаулова все ноги в болячках. Удивляюсь, как они только ходят. Велели смазать потертости зеленкой, проветрить и просушить обувь; показали, как надо мотать портянки, дали советы, как лучше шагать на марше».

Проблема была в отряде и с самой обувью. Сапог не хватало. Носили ботинки с обмотками. Из дневника Евсеева: «Уйма хлопот с обмотками, все их клянут почем зря: на икрах плохо держатся, съезжают, разматываются на ходу. Попросил командование решить вопрос с сапогами…» А партизанский секрет удобства сапог раскрывается в книге командира: «В любую пору года каждый имел в запасе сменные портянки или шерстяные носки. Вымокшие портянки или носки партизаны обычно засовывали под нижнюю рубашку, где они за время перехода просушивались». И все-таки надежного способа, как сберечь ноги зимой 18 суток под открытым небом без костра на 35-градусном морозе, не придумал никто…

Лыжи

Север, зима и снег. Для стремительных разведывательных, штурмовых и диверсионных действий во время зимних походов партизанам, конечно, необходимы лыжи. И умение ходить на них было одним из условий при приеме в отряд. Читая дневники и записи, анализируя воспоминания партизан, я поражался: с каким упорством они осваивали незнакомое им дело. Из воспоминания секретаря партбюро отряда «Большевик Заполярья» И. Шумилова: «Вспоминаю почти пятидесятилетнего партизана Порфирия Ротатого… Однажды вечером Порфирий подошел ко мне и спрашивает: “Скажи, что мне будет, я ведь на лыжах ходить не умею? Обманул командование, когда в отряд брали…” Я, конечно, прочитал ему мораль. А он: “Ты должен меня научить. Думаю, не такое уж это сложное дело… Только пока никому не слова”. С одной стороны, мне было жалко человека, но и молчать нельзя — ведь скоро зимний поход. Как только выпал первый снег, Порфирий — ко мне. Просит показать, как на лыжах надо стоять… Я показал, съехал со склона… Порфирий остался тренироваться. Через час вернулся в землянку — все лицо в крови». Когда пришел приказ на зимнюю операцию, Порфирию сказали, что он останется на базе, поскольку не умеет ходить на лыжах. На глазах пожилого человека появились слезы, он стал умолять командира: «Поверьте, я выдержу, выдержу!» Поход планировался недолгий, и Смирнов, сжалившись, разрешил Порфирию идти с отрядом.

Из записей командира отряда А. С. Смирнова: «На третий день я со своим отрядом шел замыкающим. Стоя сбоку лыжни и наблюдая за бойцами, я вдруг увидел, что по глубокой, хорошо утоптанной лыжне идет с лыжами на плече Порфирий Артемьевич Ротатый. Кричу ему: “Стой! Порфирий, в чем дело? Сломались лыжи или ногу натер?” А он ругается, снимая с плеча лыжи и становясь на них: “Та будь воны проклати, цеи лыжи, тресця их в душу”. Я знал, что он плохо ходит на лыжах, но командир взвода доложил, что за это время Ротатый настойчиво тренировался и может идти. “Не рекорды же ему ставить”, — добавил он. Да и я поддался настойчивым просьбам Ротатого. Сейчас на него было смешно и жалко смотреть. Лыжи набегали одна на другую, и он с трудом удерживался, чтобы не упасть носом в снег. Но зато старался изо всех сил, даже пытался шутить: “Ось, поберегись, бисова душа, бо подавлю!” — подражая кучеру, кричал он идущему впереди бойцу. Ему охотно уступали лыжню, провожая смехом и шутками…На большом привале я снова вызвал Ротатого: “Порфирий, может тебе лучше остаться здесь, с радистами?” Бережно держа лыжи под мышкой, стараясь ничем не показать усталости, он ответил: “Никак не можно мине остаться, товарищ командир. Я дуже освоил цеи чертовы ходули”».

Добрую половину пути этот «лыжник» вынужден был идти пешком по снегу — так выходило быстрее. И Шумилов вспоминает: «Вернувшись из похода, Порфирий наказывал в письме своей жене: “Милая Маша, если останусь живой до конца войны и вернусь, то к моему приходу все, что в доме на лыжи похоже, — сожги, глядеть не могу”».

26 раз между вражьей землей и Родиной

Туда. От партизанской базы до границы шли два дня. Из записей А. С. Смирнова: «Первым линию границы, разделяющую нашу землю и землю противника, перешагнул Чеканов. Именно перешагнул, высоко поднимая ноги. За ним цепочкой, оглядываясь по сторонам, зашагал его взвод разведчиков, затем весь отряд. Шли, не слыша собственных шагов. Инстинктивно жались друг к другу, стремясь в близости обрести уверенность и спокойствие». Так напряженно начинался каждый из тринадцати походов. Но впечатления о первом переходе были наиболее яркими, потому что каждый открыл для себя границу. Как семнадцатилетний Володя Астахов, партизанские «диверсанты» думали, что вдоль границы тянется «колючка» или какой-нибудь забор.

Уже на «той» земле отряд рассредоточивался и шел рассыпным строем. Такой порядок обеспечивал партизанам круговую оборону на марше. Обычно шли без привала несколько часов, и за все это время никто не произносил ни звука. Партизан обступал чужой лес. Ни звука, ни птицы, ни шелеста, «на белом мягком ягеле даже шаги не слышны». Смирнов вспоминает, что тишина звенела в ушах. Напряжение, казалось, достигло апогея. Когда «вдруг из-под ног с криком вылетела куропатка, все схватились за автоматы». Старались уйти подальше от линии пикетов необнаруженными. Связь осуществляли сигналами. Только через пятнадцать часов форсированного марша делали большой привал.

Прошло чуть более полугода с первого перехода, когда к лету 1943 года на пути партизан «уже на подходах к шоссе, в лесу и на болотах появились завалы, а вокруг хуторов — заборы из бревен с амбразурами для стрельбы». Значит, о партизанах уже знали все. «Мы ходили на виду у всей Финляндии, и эхо партизанских взрывов разносилось по всему ее северу», — вспоминали партизаны. Враждебное окружение ощущать было очень тяжело, зная, что помощь ниоткуда не придет.

Обратно. Поэтому, выполнив задание, — скорее домой. А возможные пути возвращения партизан часто перекрывались карателями. У партизан на обратном пути задача была запутать следы и сразу уйти как можно дальше. Я представляю, как, торопясь и задыхаясь, уставшие партизаны карабкаются последние метры. 13 раз возвращались они с вражьей земли; каждый раз отрываясь от преследователей, сопровождаемые немецким самолетом-разведчиком или бомбардировщиком, ожидая впереди вражескую засаду.

Таким образом, во время войны по приказу Штаба партизанского движения Карельского фронта партизаны Заполярья 26 раз переходили государственную границу для выполнения боевого задания. Переходы и переправы Наша северная природа очень сложная и для жизни, и для путешествий. Здесь вы почти не увидите травянистых полян, цветочных лугов, песчаных рек, обширных равнин, густых лесов. Только каменистые дороги, елово-сосновый лес, сопки и скалы, множество болот и озер, низкорослый северный березняк, бурные реки, буераки и косогоры. Во время каждого похода предстояло пройти 250–300 километров. Это несколько недель пути. И зачастую сразу же, не отдохнув, надо было выполнять задание либо непредвиденно вступать в бой.

Как это было летом. Из дневника политрука П. Евсеева: «В первый день похода шли очень медленно и тяжело: за сутки не более 10–15 километров. Отряд растянулся. Многие вырубили длинные палки и шли, сгорбившись, опираясь на них, как на посох. Каждые 1,5–2 км привал: партизаны ложатся на землю и отдыхают по 20 минут… Ночевали в негустом лесочке, без огня, прямо на земле. Спали часа 4, не больше». Медленно и тяжело шли партизаны — огромные мешки за плечами да нелегкое оружие в руках (пулеметы, автоматы, карабины) не способствовали маневренному продвижению. «Груз за плечами прижимал к земле», — вспоминают партизаны. Я допускаю, что кого-то даже мог и придавить такой груз. А нести такой груз над головой на вытянутых руках, идя вброд по воде? Хорошо, если перед водной преградой была возможность раздеться, а затем обсушиться. Но часто продолжали путь в мокрой одежде.

Об одном из партизанских способов переправы вспоминает П. Спиридонов: «Дело было в 1943 году. Выручил стог старого сена, стоявший на берегу реки. Мы набили плащ-палатки сеном, хорошо завязали узлы телефонным проводом. Получились хорошие шары-поплавки, на которых мы бесшумно и переплыли. Этот способ сослужил нам хорошую службу не раз».

Выполнив задание, отряд стремился быстрее возвратиться на базу, так как пути отхода, как правило, блокировались карателями. А. С. Смирнов вспоминает: «Мы решили перехитрить фашистов. На пути лежало открытое шири ной 10–12 км болото. С наступлением сумерек отряд двинулся через это болото. Но какие сумерки заполярным летом? Словом, яркие лучи солнца застали нас на болоте. Партизаны прихватили в руки длинные палки, шли по пузырящейся под ногами гнилой зыби и подбадривали себя: “В болоте нам нечего бояться смерти, здесь ведь водятся только черти, а мы все — сами на них сейчас похожи”. Шли на расстоянии вытянутых в сторону рук, чтобы в случае чего помочь друг другу. Сделав еще шаг, я тут же проваливаюсь. Опираясь на палку и руку Ефимовского, становлюсь на кочку, иду вместе со всеми. …Брели люди, срываясь с кочек, утопая по колено в грязи, выбираясь и снова увязая. Сапоги с каждым шагом все тяжелее, брюки намокают. Хлюпает вода, чавкает темно-коричневая грязь. Никто не оглядывается. Все притихли, словом не обмолвятся. В этой гнетущей тишине все сводится к одному — скорее бы выбраться из этого вонючего комариного ада. Я думаю, что немцы и предположить не могли, что мы рискнем форсировать такое болото». Впоследствии один из пленных финнов сказал партизанам, что по этому болоту ходят только лоси, а все люди ходят в обход. Партизаны в обход не могут, ведь «на хвосте» каратели, а боеприпасы на исходе.

Каким бесконечно длинным казался обратный путь домой и каким невыносимо трудным. Евсеев отмечает в дневнике: «Люди вымотались до предела. Падают и, с трудом оторвавшись от земли, идут вновь». «Отдыхали часто, но бодрости не обретали. Настроение у людей падает. Ночевали “по-господски” на моховых матрацах и подушках. Утром некоторые партизаны стали отказываться идти дальше — нет сил…» А все равно шли. Партизаны забирали у ослабевших «сидоры»[5] и оружие, подставляли свое плечо и продолжали путь. Слово «усталость» стало в их обиходе постоянным: усталость не давала подняться, прибивала к холодной земле. Из записей А. С. Смирнова: «…Я и сам чувствую, организм перестает повиноваться и требует отдыха. Гляжу на светящуюся стрелку компаса и ничего не вижу; слушаю, что говорит подошедший Семенов (начальник штаба отряда. — А. М.), и не слышу; стараюсь понять смысл сказанного и не понимаю — ужасное состояние…» В связи с постоянным преследованием и на земле и в небе партизаны выбрали метод: идти ночами, а днем отдыхать, забираясь в глухие уголки между скалами.

Осенние походы несли с собой и дополнительные препятствия — дожди, холодный северный ветер. А водные преграды преодолевать нужно было попрежнему. Из записей А. С. Смирнова: «Нервы напряжены до предела... Накрапывает холодный дождь. Зубы самопроизвольно начинают стучать. Вернулась разведка: впереди озеро, пройти можно только вброд. Около берега неглубоко — дальше неизвестно... Ну что ж, брод так брод. Все равно промокли. Другого выхода нет, надо спешить. Вода очень холодная, доходит почти до пояса. Палкой прощупываем дно: каменистое, не вязкое. Еле выбрались на берег. Вода хлюпает в сапогах. Каждый шаг дается с трудом... Делаем привал. Многие тут же валятся с ног. Непривычный для слуха звук выводит меня из оцепенения — это стучат зубы озябших, насквозь мокрых, лежащих на сырой холодной земле людей».

Как это было зимой. Из записей А. С. Смирнова: «Наступили самые короткие дни. Не дни, а сплошные сумерки. В декабре у нас на Мурмане всякое бывает: и морозы, и оттепели, и хлопкие северные ветры, и тишь во время буйства северного сияния». Глубокий и рыхлый снег, лед, стужа, полгода сплошные сумерки — вот преграды для зимних переходов. Здесь и экипировка другая — лыжи, маскхалаты, валенки. Зимний поход начинался от базы по льду реки Анномы. Затем путь лежал в лес.

Из записей А. С. Смирнова: «Лыжи проваливались, идти стало тяжело. Приходилось торить лыжню, все время сменяя друг друга. Впереди шли самые выносливые и крепкие партизаны… А так как нас было более ста человек, да еще кережи с оленями, то в глубоком и рыхлом снегу оставалась торная дорога. Мы шутили на привале, что, мол, немцы, обнаружив с самолета нашу лыжню, поднимут панику, подумав, что советская дивизия обходит их с правого фланга…»

Затем лес редел и переходил в низкорослый березняк с частыми озерами и болотами. Идти здесь было легче: ровная местность, да и снег уплотнен ветром. Но на болотах и озерах к прежним трудностям марша прибавлялись новые: под снегом из-за неустойчивой северной погоды часто оказывался не лед, а вода. Из воспоминаний начштаба отряда П. Семенова: «Это беда. Лыжи сразу намокли, а некоторые партизаны замочили и ноги. Скользящая поверхность лыж покрылась бугристой коркой льда. Пошли медленнее, то и дело прощупывая палками и обходя стороной подозрительные участки. Идти на таких лыжах дальше совершенно невозможно. На берегу скребли их ножами, проклиная все на свете». Впредь, вспоминают партизаны, открытые места — озера, болота, реки решили, по возможности, обходить опушками леса и кустарника.

По два дня разведчики отряда шли, не снимая лыж, по трое суток партизаны не знали сна, четверо суток и более терпели без костров и горячей пищи. Если же появлялась возможность сделать привал и развести костры, то их прятали в снежные ямы и маскировали еловым лапником. Затем в такой ямке устраивались на ночлег, по два-три человека, укрывшись плащ-палатками. Короткий сон чередовали с побудками для согревания, «гимнастики» и растирания ног. И снова шли. На некотором расстоянии друг от друга, чтобы в случае засады не всем сразу попасть под огонь.

За период своей боевой деятельности партизанам пришлось пройти около 6 000 километров.

Голод

Партизаны вспоминают, что очень трудно было рассчитать и распределить количество продуктов на дальний поход. Поэтому уже в первом походе политруки вынуждены были проводить беседу на тему «Экономьте сухари», так как кое-кто сразу же проявил недисциплинированность: вместо половины сжевал по целому сухарю. Ведь поскольку костры разводить запрещено, питались большей частью всухомятку.

О проблемах с продовольствием читаю и в дневнике партизанского отряда, который вел помощник командира по комсомольской линии Иван Мужиков: «Днем встретили стадо оленей. Эх, убить бы хотя одного на взвод. Запросили разрешения у Куроедова. Связной передал: “Не стрелять!” “Мясо” убежало от голодных партизан. Это очень нам не понравилось. Самолеты продолжают утюжить тундру, по-видимому, все еще ищут нас... Едим ягоды и сырые грибы. Ужасно мучаемся без соли. О ней чуть ли не легенды складывают. Грибы без соли опротивели. Начались поносы, появились признаки дистрофии: ребята стали пухнуть...

Снова встретили оленей. На сей раз, не спрашивая никого, Зайцев одной пулей уложил животное. Освежевали оленя и начали делить. Разложили все на пять кучек. Зайцев отвернулся, а Казаринов, показывая на кучку мяса, спрашивал: “Кому?” “Первому взводу”, — отвечал Зайцев. “Кому?” — “Разведке”. “Кому?” — “Штабу отряда”, — и раздавали дальше. Сырое мясо Катя Филонова (медсестра. — А. М.) есть запретила, и Куроедов пообещал скоро устроить привал с кострами. Нести оленину поручили самым надежным, как драгоценный груз». И следующая запись, вероятно, после привала: «Снова в путь. Все разговоры вокруг еды. Мечтали о каше — гречневой с молоком... Оленина без соли хотя и притупила голод, но не поправила дела».

Человек может привыкнуть ко всему. Партизаны привыкли и к стрельбе, и к бомбежкам, и к изнурительным походам. Но вот к сырым грибам без соли привыкнуть не смогли. Из записей А. С. Смирнова: «Иду в голову колонны. Во взводе Колтакова прямо передо мной на кочке, обхватив живот руками и согнувшись в три погибели, сидел Юра Бызов и тихо стонал. Лицо его осунулось, посерело. Над Юрой, сняв рюкзак, стоял Ротатый и вполголоса отчитывал: “И чим тильки ты, хлопец, думаешь — головой або задом? Хиба ж я тоби не гутарил, що воны погани та ще сыри? Вот зараз тоби у животи и свербыть и кыдае то туды,то сюды; не успеваешь штаны натянуть, як опять надо скидовать. Свий тыл надо закрытым держать, пока сами у хвинском тылу ховаемось”».

И все-таки единственно доступное — грибы и грибы... Из дневника П. Евсеева: «К концу дня вошли в какую-то долину. Здесь, по-видимому, еще не было заморозков. Повсюду — яркие шляпки подосиновиков. Грибы и ягоды еще крепкие. Но сейчас от одного их вида начинает тошнить. А есть надо, чтобы не погибнуть с голоду. И едим».

Таким образом, почти все осенне-летние походы содержали в своем питании подножный корм. Рецепт его приготовления — в воспоминаниях партизана В. Ф. Татарских: «На приготовление шла просто вода и грибы — первое блюдо; отваренные грибы — второе блюдо; ВСЕ БЕЗ СОЛИ!!! Чай с ягодами — третье блюдо, где ягоды служили хлебом и сахаром».

Татарских вспоминает, как он работал над усовершенствованием рецепта. Один боец рассказал ему, что когда-то он был на охоте со своим папашей. Они варили грибной суп, заправляя его брусникой, и было вкусно. Татарских тоже ре шил приготовить такой суп. «Набрал грибов всех сортов, какие только росли и какие можно употреблять в пищу. Набрал брусники. И все это вместе заварил в котелке. Дело было в походе и, конечно, все снова без соли. Этому блюду всем отрядом было дано название “солянка партизанская”. Название всем понравилось, а вот вкус...»

Зимой партизанам приходилось особенно тяжело. Как вспоминает начштаба отряда П. Семенов, он предложил поискать продукты на заброшенных пограничных заставах. Партизаны посетили их, и оказалось — удачно. Нашли спрятанные пограничниками еще в июне 1941 года концентраты, муку и крупу. «Правда, они были затхлыми (долго пролежали под землей) и пахли керосином. Но голодному человеку не до таких мелочей. Пир шел горой — варили кашу, пекли блины, жарили оладьи». Муки было много, но ведь ее в поход не возьмешь — нужен хлеб. Из воспоминаний П. Семенова: «Соорудили из камней печурки и ночью в густом ельнике стали выпекать лепешки. Днем их укладывали в мешки. Оставшуюся муку и продукты унесли на временные базы».

Меня не отпускает мысль, почему нельзя было доставлять продукты партизанам самолетом? Хотя бы зимой, ведь есть рация. Я понимаю, что преследователи на хвосте, и недопустимо обнаружение отряда, но ведь можно сбросить где-то в условном месте и не на пути отряда. Не может быть, чтобы это было неразрешимо. Думается, что командование не принимало это во внимание. Просто бросили людей на выживание. И поэтому вот такие горькие воспоминания партизан — укор всем: «Горстка партизан добиралась по тундре к своим. Разрывали снег и питались морожеными грибами и брусникой... Рвали ягель, пробовали его варить. У всех опухли ноги. Многие уже не верили, что останутся в живых, впали в безразличие».

Боевые операции и их результаты

Первый поход 1942 года длился с 22 августа по 25 сентября. Он носил разведывательный характер в тылу врага. Партизаны ознакомились с районом будущих действий протяженностью 1 000 километров, установили места расположения многих пикетов на границе, разведали, где легче всего пройти линию обороны.

За время войны Мурманск выдержал 792 авианалета, 185000 бомб, к 1944 остались только несколько зданий, но он принял 80 арктических конвоевА 13 декабря 1942 года представитель Штаба партизанского движения привез приказ для второго похода. Выход назначался на 17 декабря. Задачей похода было нанести внезапный удар по зенитным батареям и аэродрому противника в районе Сальмиярви. Специальной группе разведчиков из 17 человек под командованием Ивана Сычкова поручалось провести разведку в районе никелевого комбината. От партизанской базы до района Сальмиярви примерно 300 километров.

Из дневника политрука П. Евсеева: «Шли тихо, в голове и по бокам — дозоры, но они все равно ничего не видят и не слышат даже в пяти метрах. Кое-кто из партизан порядком вымотался, еле передвигает ноги. Таких приходится подбадривать и словом, и делом: поочередно несем его мешок, даем несколько капель спирта. Отдохнув, человек забирает свой “сидор” и идет дальше». Партизан Иван Шнюков, бывший лесоруб из поселка Лесной, вспоминает, каково это — быть дозорным: «Нас с Сашей Незговоровым перевели в головной дозор. Я не знаю, где страшнее было — на прикрытии или впереди. Мне кажется — в дозоре. Идешь в неизвестность по заданному маршруту, а впереди только враг. Бывало, взлетит сигнальная ракета прямо по нашему курсу, и ты непроизвольно начинаешь поворачиваться в сторону. А сзади команда: “Идти, как приказано!” Зажмешь в себе страх — и вперед». Даже через столько лет в словах партизана я почувствовал страх. Я представил себе дозорного, как щит отряда, выставленный вперед, — нельзя ни свернуть, ни спря таться. Чего ожидали, то и случилось (из дневника отряда): «И вдруг частая дробь автоматов. Совсем рядом. Отряд быстро занял позиции для боя. Оказывается, во время метели впотьмах мы набрели на зенитную батарею, о существовании которой ничего не знали. Завязался жаркий бой». Как вспоминают партизаны, батарея была стремительно атакована двумя взводами. Но противник скоро пришел в себя. «Наши потери — двое убитых, двое раненых. Противник оставил на сопке половину личного состава. Уцелевшие фашисты отошли за болото, в сторону Поросъярви. Внезапность нападения на аэродром была потеряна. Сейчас немцы примут все меры, чтобы не дать нам уйти».

Из рапорта командира сводной группы партизанских отрядов «Советский Мурман» и «Большевик Заполярья» начальнику Штаба партизанского движения при Военном Совете Карельского фронта комбригу С. Я. Вершинину: «Будучи уже обнаруженными, не имея возможности оторваться от преследующих групп, подвергаясь налетам и бомбежке вражеской авиации, опасаясь подхода новых групп и заслонов, я вынужден был отказаться от ранее принятого решения на выход к объектам операции и принял решение на возвращение в наш тыл. Куроедов».

Отход партизан был тяжелым. Чтобы сбить с толку преследователей, шли на юг более 12 часов без отдыха. Из воспоминаний Куроедова: «Уже три или четыре дня мы обходились без горячей пищи. Но теперь при температуре -35° и резком северо-восточном ветре окоченевшие люди стали отставать. В конце суток устроили большой привал. Но снова без костров — место почти открытое. Сразу всё и всех замело снегом». Свидетельствует начштаба отряда П. К. Семенов: «Выставили посты, хотя в двух шагах впереди ничего не видно. Такая метель. Я, Леша Попов и Шура Артемьева залегли вместе, и через несколько минут нас занесло снегом так, что по нам ходил часовой и ничего не заметил». Спать на таком сильном морозе было трудно. Мало кто знает, что на холоде даже во сне мышцы дрожат. Партизаны шутили: «Если бы не умели дрожать, давно бы замерзли».

К вечеру отряд вышел на озеро. Сзади слышались голоса немцев. Не оставалось ничего другого, как пересекать озеро. Евсеев отмечает в дневнике, что метров 200 шли нормально. Но на середине озера под снегом оказалась вода. Лыжи сразу обмерзли, партизаны сбросили их и остальную часть пути шли по колено в мокром снегу. «Только успели перейти озеро, как появились фашисты. Но спуститься на озеро они не решились. Преследование прекратилось, но они выпустили вверх три красные ракеты, значит, из виду не потеряли».

А впереди партизан ждали новые испытания. Крепчал мороз. Валенки промокли насквозь, замерзли, не сгибались в подъеме и «разламывались». Появились больные и обмороженные. Вспоминает Иван Шнюков: «Достал из вещмешка консервы и сухарь на двоих. Хотел подкормить Сашу Незговорова. Открыл банку, а там все замерзло — лед. Пока возился, руки закоченели, взять ничего не могу. Рукавицы-то у нас мокрые, как и валенки. Шура (медсестра. — А. М.) посоветовала мне потереть руки снегом. Это помогло, но не надолго, в дальнейшем пальцы примерзли к рукавицам. Я заметил: стоит подморозить кончики пальцев, как тут же чернота появляется с обратной стороны, за ногтями. …А в мокрых валенках ноги спасали таким образом: на привалах перематывали портянки. Часть посуше шла к стопам, а мокрая — к голенищу. Но через некоторое время и это не помогало. Отсыревшие валенки от мороза так «садились», что совсем сжимали ноги. Перематывание портянок уже не спасало. Согреться можно было только в движении, про костры все давно забыли. Спали, укрывшись плащ-палаткой, по 2–3 часа в сутки».

Несколько дней партизаны шли в таком напряженном темпе. Начало сказываться моральное и физическое истощение людей. Из воспоминания коман дира отряда С. Куроедова: «Комсомолец Саша Ефремов запросился в кережу — тот, кто ложился туда, обрекал себя на смерть, замерзал через несколько дней или даже через несколько часов. Помню последний разговор с Сашей. Он стоит у лыжни, я подхожу и спрашиваю: «В чем дело, почему не идешь?» А он просит: «Товарищ командир, расстегните мне пуговицы…» Ефремов так закоченел, что не мог расстегнуть брюки...»

На партизан нашло безразличие. Евсеев пишет в дневнике: «Я заметил, что у Михаила Мурина, шедшего рядом, веки сомкнуты. Он спал, продолжая двигаться по инерции. Вскоре я и сам почувствовал, будто уплываю куда-то. Потом споткнулся и поймал себя на том, что заснул. Шли будто пьяные, покачиваясь из стороны в сторону». Увидев такое состояние отряда, командир приказал идти к лесу, чтобы отдохнуть и попытаться обсушиться. Но не успели расположиться с кострами, как послышался гул вражеского самолета. Пришлось все погасить и сократить привал.

Командиры приняли решение идти новым, неизвестным, но более безопасным маршрутом — через Кучин-тундру. Там можно было оторваться от карателей и не напороться на пикеты. Горы Кучин-тундры зимой считались непроходимыми. Троп никто не знал, шли ущельями по глубокому снегу. Стоило человеку упасть с лыж, как он погружался по грудь в снег. Пробивать лыжню очень трудно. Из дневника П. Евсеева: «Идущие впереди выдерживали максимум 10–15 минут. Однако перевал за трое суток одолели. Во время очередного кратковременного отдыха я сел в снег и с удовольствием закрыл глаза. Дрема сразу затуманила мозг, слепила веки. Каким-то последним усилием заставил себя подняться на ноги, чтобы не уснуть. Смотрю, ребята лениво растянулись на снегу. Комвзвода крикнул: “Нам сейчас спать никак нельзя. Можем не встать больше”. Многих пришлось поднимать силой».

Обещание скорого костра подняло и приободрило людей. Костер в той ситуации для них был мечтой, жизнью, счастьем. Сделали еще два перехода и оказались на небольшой высоте в густом сосновом лесу. Здесь они решились впервые за полмесяца развести настоящие большие костры и встретить Новый год. Из дневника П. Евсеева: «Мороз -35°. А у нас —долгожданный костер. Даже посветлели лица. Появились котелки, вешалки с одеждой. Разулись, сушим валенки. Комиссар объявил: “Через три часа наступит Новый, 1943 год. Разведка сообщает, что ничего опасного пока нет... В честь Нового года разрешаю израсходовать по одной пачке концентратов и по банке сухого спирта на человека”. Встречали Новый год по всем правилам. Через носовые платки и разные тряпки выжали из “жми-дави”[7] почти по 100 граммов буроватого спирта, вонявшего денатуратом, воском и еще чем-то... Выпили за Победу!»

Не удалось тогда вволю насладиться теплом костров, небесный гул снова возвестил об опасности… Такой была ночь под Новый год.

Дальнейший выход на Кучин-тундру был для партизан мучительным. Их бомбили и обстреливали из пулеметов немецкие самолеты. На хвосте все время висели каратели, от которых приходилось отбиваться. Ко всем бедам прибавился голод. Из воспоминаний С. Куроедова: «Еды никакой: у кого сухарь-два, у кого крошки, а у некоторых — и того нет. Едят снег… Люди опухли от голода, обморожены, а надо идти еще не менее 60 километров».

Как можно в таком физическом состоянии еще нести оружие и быть готовым к бою? Как в этих страшных условиях они не сошли с ума? Подтверждение своим мыслям нашел в дневнике партизанского отряда: «02.01.43. Наутро мороз до 40 градусов. Двигаемся к границе. Местность пересечена болотами... Днем стало известно, что исчез боец Мозаков из группы Колтакова. Разведка Чеканова вышла на поиски. Товарищ Мозаков был обнаружен в 5–6 км в западном направлении. Конечности рук и ног были обморожены до такой степени, что кожа на руках висела, как оборванные тряпки. По-видимому, т. Мозаков был не в своем уме, и на вопрос — куда он направляется, отвечал: “Был дома” и благодарил командира, что тот его отпустил. “Теперь я всегда буду заходить домой…” Привели его к костру и старались отогреть... На самой границе в 100 м на нашей территории похоронили т. Рязанова. Он умер не столько от обморожения, сколько от ослабления сердечной деятельности».

И в дневнике политрука П. Евсеева: «Сегодня наш взвод идет замыкающим. Впереди у лыжни видим — стоит человек и раздает проходящим — кому сухари, кому сахар: “Берите, ребята, ешьте, у меня еще целый мешок шоколада…” Я доложил командиру, что с партизаном Мочалиным творится неладное. Из-за сильного истощения и переохлаждения у партизана наступило тихое помешательство. Мы уложили его на волокушу (из запасных лыж) и потащили. Через полтора часа он умер».

Дневник политрука свидетельствует нам, что на очередном привале заболел еще один боец. Он побрел куда-то, не разбирая дороги. Партизаны догнали его, спросили: «Куда направился?» Он ответил: «В ресторан. Разве вы не чуете запах печеного хлеба?» Ребята поняли, что он тяжело болен: «Послушай, если здесь и есть какая-нибудь столовая, то только для гражданских, туда не впускают с оружием». Он без сопротивления отдал автомат, гранаты и финский нож. Его уговорили потерпеть и идти вместе со всеми. Партизан стал раздавать всем остатки своих сухарей, каждого встречного брал под руку и уговаривал пойти с ним, обещая как следует угостить. К утру он скончался. В тяжелом состоянии находился Степан Глоба. Как-то он подошел к костру и начал ссыпать патроны из вещевого мешка прямо в огонь. Потом забрался под елку, умоляя не будить и не тревожить его. Партизаны взяли его под свою опеку.

Куроедов вспоминает, что отряд растянулся на добрых десять километров. Замерзшие, измученные, оборванные, кто на двух лыжах, кто на одной, кто с одной палкой, а кто и вовсе без палок — все передвигались из последних сил. «С трудом преодолевали любой бугорок на тропе, любую ямочку. Часто было слышно, как гремели лыжи. Это значило: кто-то из партизан упал…»

На одном из партизанских слетов уже после войны партизан Владимир Астахов рассказывал об этом походе: «Возвращались мы из зимнего похода уставшие, голодные, в общем, еле живые. Шли как в тумане, как в каком-то бреду. Не понимали, живы еще или уже на том свете. Я сильно отставать стал, и идущий сзади начальник штаба начал меня подбадривать, сначала словами, а потом лыжными палками. Только я останавливаться начну, он палкой как огреет! Встрепенусь, пройду немного, и снова впадаю в апатию. И снова лыжная палка ласкает спину. Так и довел он меня до привала».

С неимоверными трудностями 2 января отряд вышел на Кучин-тундру. Командиру доложили, что 4 человека при смерти, 56 — с различными степенями обморожения, 18 человек не могут двигаться. Обмороженных поместили у костров и следили, чтобы переворачивать. Снова воздушный гул предупредил о том, что надо ждать «гостей». Костры пришлось погасить. Командир принял решение: ра неных и обмороженных оставить у костров, а тем, кто еще могут двигаться, срочно идти на свою базу за продуктами и помощью.

Из воспоминаний А. С. Смирнова: «Я и комиссар Селезнев остаемся на месте с ранеными и обмороженными. Я никогда не забуду той ночи. Кое-как сделали в снегу окопы и заняли круговую оборону, хотя многие стрелять не могли — обморожены руки. Костры опять развести не сумели — «пропитанная» сырым снегом и «прибитая» морозом березка никак не разгоралась. Сидим, пощелкивая зубами. Комиссар шутит: “Если бы не умел дрожать, то давно бы замерз”. И, содрогаясь всем телом, прохрипел: “За одну кружку крепкого чая полжизни не жалко”. Снова появились самолеты, сбросили бомбы и улетели... Выдвигаем по лыжне, откуда пришли, дополнительный пост из двух человек. Один с обмороженными ногами — мог стрелять, другой с обмороженными руками — мог ходить. Договариваемся, что при появлении немцев они кричат: «Ура!» — и стреляют. Всем остальным делать то же самое: кто может — ведет огонь, другие — кричат «Ура!».

Я сижу в теплой уютной комнате и анализирую эту картину предстоящего боя. Мне все это кажется нереальным и напоминает детскую игру в войну. Стрелять никто не может, потому что в детской игре — оружие игрушечное, а здесь у взрослых — обморожены руки; зато можно громкими криками «Ура!» пугать врага. Смешно? Тогда было не до смеха. Три десятка партизан, измученных голодом, холодом, усталостью и болью, готовились принять, может быть, последний в жизни бой.

Из воспоминаний А. С. Смирнова: «Под утро наш дозор открыл стрельбу — появилась первая группа противника. Поднимаем шум. Немцы озадачились. Подойти не решаются, видимо ждут подкрепления... И мы тогда подумали, что нам надо уходить на базу самим. Помощи ждать долго». Они уложили раненых и обмороженных на волокуши и двинулись в путь. Люди еле передвигались, «норовили спрятаться под елку или упасть в сугроб, чтоб больше не подниматься. Ни звуков, ни разговоров, только болезненный тяжелый хрип».

Из дневника партизанского отряда: «06.01.43 г. ...Наутро как ни старались поддержать уже сошедшего с ума т. Антонова, все же его пришлось похоронить. Ни спирт, ни имеющиеся медикаменты не помогли. В эту ночь на лыжне скончался скоропостижно т. Забавнов». К утру удалось оторваться от немцев на значительное расстояние и дойти до соснового леса. Из записей А. С. Смирнова: «Впервые за 20 дней не таясь, развели настоящие большие костры. Много!!! Стали кипятить снег и с жадностью пить горячую воду. Те, кто думает, что на морозе согревает спирт или водка, глубоко ошибаются. Это только сначала, когда выпьешь, кажется тепло, а через некоторое время зябнешь сильнее, чем прежде. А вот кипяток, да еще заваренный “пакколой”, это прелесть, блаженство! Он не только согревает, но и наполняет человека бодростью. Это я по себе знаю... Немного поодаль наши лесорубы успели сделать для больных “нодью”. Утром, снова подкрепившись кипяточком, мы двинулись в путь. Вскоре нас встретили пограничники, завели в свои землянки — накормили, потом проводили на нашу базу».

Из воспоминаний командира С. Куроедова: «Хочу упомянуть об исключительных качествах Петра Евсеева. Когда политруки представляли мне данные о больных, раненых и обмороженных, Евсеев сообщил о всех партизанах своего взвода, но ни сло вом не обмолвился о том, что и у него обморожены обе ноги. Превозмогая боль, политрук продолжал идти еще около 50 километров». Последние страницы дневника Петра Евсеева: «Усталость валила с ног. Но каждый понимал, что ни о каком отдыхе не может быть и речи: там остались наши товарищи, и их судьба зависит от нас. Я еле двигал лыжами и все ждал: вот сейчас упаду. Считал каждый метр: два, десять, двадцать... Когда подошли к первой линии обороны пограничников, я упал в первой же траншее и уже не мог подняться. Обмороженные ноги не чувствовали лыж... Пограничник вытащил меня, поставил на лыжи. Он не знал, что у меня отмерзли ноги. Я решил до своих землянок дойти самостоятельно: стыдно, если ктото приволочет. Но сил не хватило. Где-то на середине озера упал и не поднялся. Оставшийся путь — около полукилометра — одолевал ползком, надев лыжи на руки. У землянки еще раз попробовал встать — не смог. Потемнело в глазах... Очнулся уже в землянке. Ребята раздевают, оттирают снегом лицо и руки, разрезают валенки, осторожно снимая их. Вливают в рот спирт. Казаринов начал растирать ноги. Меня отхаживали полсуток, но все без толку. Утром осмотрел врач из пограничного полка, смазал, забинтовал ноги и приказал готовиться к эвакуации».

Так закончился этот самый страшный поход партизан Заполярья с 17 декабря 1942 года по 7 января 1943 года.

Из рапорта командира сводной группы партизанских отрядов «Советский Мурман» и «Большевик Заполярья» начальнику Штаба партизанского движения при Военном Совете Карельского фронта комбригу С. Я. Вершинину от 17 января 1943 года:

«Вышло в поход — 119 человек. Из них похоронили — 23 человека: 15 чел. — убито, 1 — расстрелян, 7 — замерзло. Отправили в госпиталь — 60 человек: 56 — с обморожением, 4 — с ранением. Вернулись на базу — 36 человек. Куроедов».

По материалам ресурса "Отечественные записки", strana-oz.ru

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (4 оценки)

Одна из побед Наполеона когда русские солдаты отступили

В 1807 году Наполеон,  объезжая верхом на коне шеренги своей гвардии, поредевшей после зимней кампании в сражении с русскими войсками, уже имел в уме план завоевания Пруссии. В Берлин его воины уже вступили в октябре 1806 г. Россия в союзе с Пруссией представляла грозную силу, однако в конце мая 1807 года был взят Данциг, который обороняли войска этих двух государств.

Боеприпасы для осажденного города не были доставлены, что явилось решающим фактором в победе Наполеона. Войска маршала Мортье разбили шведов на севере Померании. В весенней кампании шведы заключили перемирие с французами. В планы Наполеона входил поход на Кёнигсберг, чтобы дать там битву русским войскам. Фридрих Вильгельм 3 с Александром 1 упредили Наполеона, решив склонить шведов к нарушению соглашения о перемирии, и создать перевес сил. А 62-х летний генерал Леонтий Беннигсен должен был атаковать армию французов в Восточной Пруссии и выгнать Наполеона оттуда. Против него стояли корпуса, один из них - маршала Ланна. Встреча армий произошла у Фридланда, что юго-восточнее Кёнигсберга. Французских воинов было почти в три раза меньше, чем русских, но Маршал Ланн не струсил. Битва началась рано утром, в 5.00 14 июня 1807 г.

Наполеон на лошадиВ состав русской армии входило 3 вида пехоты и кавалерия. Воевали на конях, кроме казаков с гусарами, уланов и башкиры, вооруженные луками со стрелами. Солдаты в утро сражения были еще уставшими, до этого они совершили двухдневный переход по жаре. В русской кавалерии кони были меньше французских по массе, но казаки являлись очень серьезными соперниками драгун. Артиллерия русских в большинстве орудий оказалась за рекой Лавой, так что ее огонь против французских пушек стал слабым. Поражение Беннигсена явилось непродуманностью решения и об артиллерии. Промедлил он и в первые 2 часа битвы, не атаковав противника при численном перевесе. Подкрепление к Ланну прибыло с 7 корпусом Маршала Мортье, в котором воевали и поляки, пришел на помощь и маршал Ней со своим 6 корпусом. Подоспевший после полудня Наполеон с главными силами принял командование, и его военный талант перевесил опыт Беннигсена. У императора французов, артиллериста по военной специальности и пушки были лучшим в мире тогда, а придвинутые близко к русским позициям, картечью выкашивали ряды русских солдат, сбивали с ног лошадей кавалерии. Паника довершила разгром русской армии. В штыковой атаке, предпринятой Беннигсеном погибли тысячи гренадеров, егерей, мушкетеров. Загнанные в воды речки Лавы, тонули раненые, захлебываясь. Наполеон наблюдал за битвой, сидя на белом коне. Вечером 14 июня французы были уже на улицах Фридланада, преследуя русских воинов. К 20 часам вечера исход битвы был предрешен, погибло много русских солдат, и было потеряно военное имущество.

Таким образом, маршал Ланн, удерживая русские войска у Лавы, измотал их, дождался подкрепления с Наполеоном, а Беннигсен промедлил, потерял время для успешной атаки и в результате проиграл битву. Потери французов в живой силе были примерно в два раза меньше потерь русской армии.

Они должны идти победным строем в любые времена

Парад на 9 мая   Ко всем кто служил в 1071-м отдельном учебном полку специального назначения, от имени всероссийского «Бессмертного полка», обращается   координатор проекта военно-патриотический клуб «Рубеж» г. Печоры.

Каждый год 9 Мая по улицам наших городов и деревень проходят ветераны Великой Отечественной войны. С каждым годом их все меньше. Ветераны уходят навсегда. Пройдет несколько лет, и кого увидят наши дети на параде Победы? И смогут ли они рассказать уже своим детям, листая семейный альбом, кто этот солдат в пилотке со звездочкой на пожелтевшей от времени фотографии? И что за подвиг он когда-то совершил…

Есть долг чести и памяти. В наших силах его отдать. Надо сделать так, что бы ушедшие навсегда ветераны вернулись 9 Мая к нам. Вернулись наши деды и прадеды, в каждый дом, в каждую семью, к нам и нашим детям. И это возможно.

9 мая 2014 г. в населенных пунктах нашей страны должен пройти  «Бессмертный полк». Стать в его ряды может каждый желающий. При одном условии - он понесет в колонне транспарант (фотографию) ветерана Великой Отечественной войны, труженика тыла, который уже никогда сам не сможет пройти на параде.

В настоящее время запись участников «Бессмертного полка» идет на сайте www.moypolk.ru. Мы приглашаем всех, кому дорога память о фронтовиках - победителях и тружениках тыла, сформировать наш «Бессмертный полк».


Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 оценки)

Открыта мемориальная доска Герою России

15 ноября во Владикавказе состоялся митинг, посвященный открытию мемориальной доски Герою России Александру Михайловичу Стыцине. Размещена она на здании средней общеобразовательной школы № 18, которую он окончил в 1968 году.

В январе 1996 года начальник разведки 58-й армии полковник Александр Стыцина находился у селения Первомайское на позициях отряда специального назначения, который блокировал банду Салмана Радуева. В ночь на 18 января бандиты предприняли попытку прорыва, сконцентрировав основные силы на наиболее уязвимом, по их мнению, участке.

В первые же минуты боя Александр Стыцина был тяжело ранен, но из боя не вышел, расстреливая в упор наседавших боевиков. Когда погиб пулеметчик, офицер продолжал вести огонь из его пулемёта. Получил второе ранение в шею. При возникновении опасности уничтожения прорывавшимися бандитами группы блокирования Стыцина приказал бойцам отойти на промежуточный рубеж и, оставшись с двумя бойцами, продолжал сдерживать боевиков. Но слишком не равными были силы. Герои погибли, уничтожив более 70 радуевцев.

Похоронен Александр Стыцина во Владикавказе на Аллее Славы.

В торжественно-печальной церемонии приняли участие командующий 58-й армией генерал-майор Андрей Гурулев, директор школы Залина Бурнацева, друзья и сослуживцы, родственники Александра Стыцины.

Пресс-служба Южного военного округа
Ваша оценка: Нет Средняя: 3 (2 оценки)

Победы советcких летчиков первого дня войны.

22 июня 1941 г. навсегда останется в нашей памяти днем величайшей трагедии. Тяжелый урон понесла советская авиация. Отечественные историки оценивают потери за эти сутки на подвергшихся внезапному удару 66-й приграничных аэродромах в 800 машин, а общие потери авиатехники 1160 самолетов [2.10]. Однако в условиях хаоса, неразберихи и головотяпства советские летчики сумели достойно встретить противника. По некоторым данным, в воздушных схватках, развернувшихся от Балтики до Черного моря, они сбили за день 244 вражеских самолета Западный фронт Основная сила удара гитлеровской авиации пришлась на Белорусский военный округ. Здесь "люфтваффе" имели наибольший успех. На 26-и аэродромах противник сжег 528 наших машин, еще 210 было сбито в воздухе [1.22] (387 истребителей и 351 бомбардировщик [1.1]). Большинство из них принадлежало дивизиям первого эшелона армейской авиации. Так, 9-я смешанная авиадивизия (СмАД) из 409 своих самолетов потеряла 347, 10-я СмАД из 231- 180, в 11-й СмАД к концу 22 июня осталось в строю 72 самолета из 199. Уже к исходу второго дня войны эти соединения оказались не боеспособны [1.1]. Однако большинство уцелевших после первого удара пилотов оказали противнику такое жестокое противодействие, какого "люфтваффе" не знали даже в пиковые дни "битвы за Англию". Только в полосе Западного фронта и только в воздушных боях гитлеровцы лишились 143 своих машин [2.10]. С момента вторжения начались жестокие воздушные бои в полосе от Гродно до Львова. Город Кобрин прикрывали полки 10-й СмАД полковника Белова. В районе Пружан, 70-ю километрами северо- восточнее Бреста.базировался 33-й истребительный авиаполк (ИАП), начавший боевые действия в 3.30 утра, когда над Брестом звено л-та Мочалова сбило немецкий самолет. Вскоре на аэродром полка налетело около 20 He-111 под прикрытием небольшой группы Bf-109. В это время там находилась только одна эскадрилья, которая взлетела и вступила в бой. Вскоре к ней присоединились остальные три эскадрильи, возвращавшиеся с патрулирования района Брест - Кобрин. В бою противник потерял 5 самолетов. Два Не-111 уничтожил л-т Гудимов. Последнюю победу он одержал в 5.20 утра, таранив немецкий бомбардировщик [1.3]. Еще дважды полк успешно перехватывал большие группы "хейнкелей" на дальних подступах к аэродрому. После очередного перехвата возвращавшиеся уже на последних литрах горючего И-16 полка были атакованы "мессершмиттами". Взлететь на помощь никто уже не смог. Аэродром почти час подвергался непрерывным штурмовкам [1.21]. К 10 часам утра в полку не осталось ни одного способного подняться в воздух самолета. Его боевые действия фактически окончились. За эти несколько часов войны отличились капитаны Копытин, Панков, Федотов, ст.политрук Мандур [1.3] (по иным данным Мадур [1.9]), ст. лейтенанты Нюнин и Тимошенко, л-т Веник [1.3]. В Пружанах базировался и 74-й штурмовой авиаполк (ШАП) под командованием майора Васильева. Полк имел 15 И-15 и 2 Ил-2. Все они были уничтожены в первые минуты войны. Десятка "мессершмиттов" появилась в 4 часа 15 мин. Отсутствие ПВО позволило ей действовать как на полигоне... Во второй половине дня уцелевший личный состав эвакуировался на восток. После первых ударов боеспособность сохранил только 123-й ИАП. Основным аэродромом полка был Именин [1.3], но довольно часто упоминается Стригово [1.21], что в нескольких километрах от границы. Возможно, там базировалась дежурная эскадрилья к-на Савченко. Еще одно звено во главе с зам. командира полка к-ном Можаевым находилось в засаде в 4 - 5 км севернее Бреста [1.3]. Как и два предыдущие полка, 123-й не имел зенитного прикрытия, но все же маскировка и рассредоточение позволили избежать полного разгрома. В предвоенных планах намечалось перевооружение полка на Як-1, но 20 новых машин бригада с саратовского авиазавода собрала только 19 июня. Параллельно сборке шло изучение новой техники. Руководитель бригады И.В. Кислов впоследствии вспоминал, что собранные ими Яки не имели вооружения, к тому же из тыла не завезли высокооктановое топливо. Поэтому полеты на них не производились [1.3]. Однако это несколько противоречит показаниям комдива Белова. Он утверждал, что 21 июня пробные полеты на Як-1 совершили майор Б.Н.Сурин, к-н Можаев и инспектор дивизии. Кроме того, Б.Н.Сурин сделал на Яке один боевой вылет 22 июня на разведку переправ через Буг [1.3]. Но все же войну полк начал на И-153. И с первых минут агрессии его пилоты завязали бои над Брестом и Кобриным. К 5.00 утра Б.Н. Сурин уже имел личную победу - сбил В1-109. В четвертом боевом вылете, будучи тяжело ранен, он привел свою "чайку" на аэродром, но посадить уже не смог. Очевидно, умер в кабине при выравнивании... [1.3] Борис Николаевич Сурин провел 4 боя, лично сбил 3 германских самолета [2.1]. Но это не стало рекордом. Лучшим снайпером дня оказался молодой летчик Иван Калабушкин: на рассвете он уничтожил два Ju-88, ближе к полудню - Не-111. а на закате жертвами его юркой "чайки" стали два Bf-109! [1.2] В том же вылете, засмотревшись на горящий 109-й, он пропустил атаку противника и надолго выбыл из строя [1.13]. Около восьми утра четыре истребителя, пилотируемые к-ном М.П.Можаевым, л-тами Г.Н.Жидовым, П.С.Рябцевым и Назаровым, вылетели против восьмерки "Мессершмиттов-109". Взяв в "клещи" машину Жмдова, немцы подбили ее. Выручая товарища, Можаев сбил одного фашиста. Жидов поджег второго [1.2]. Израсходовав боекомплект, Рябцев таранил третьего противника. Таким образом, в этом бою враг потерял 3 машины, а мы одну. В течение 10 часов пилоты 123-го ИАП вели тяжелые бои, совершая по 10 -14 и даже 17 боевых вылетов. Техники, работая под огнем противника, обеспечивали готовность самолетов. За день полк сбил около 30 [2.1] (по иным данным более 20 [1.22]) самолетов противника, потеряв в воздухе 9 своих. В числе наиболее отличившихся: старшие политруки Корчагин и Сиротин, к-н Савченко, л-ты Завгородний и Шулик [2.1]. К исходу дня аэродром Стригово северо-восточнее Бреста был занят противником, и остатки полка (к 14.00 оставалось 15 исправных машин [1.3]) перебазировались на площадки близ Пинска. Сложность обстановки иллюстрирует записка зам. ком. полка к-на Савченко: "Штаб 10-й СмАД эвакуировался не знаю куда. Сижу в Пинске, возглавляю сборную группу истребителей. Вчера, 22.06.41 г. провели 8 воздушных боев, сбили 7 бомбардировщиков, 3 Me-109, 1 разведчик. Сам я участвовал в бою над Пинском и сбил 2. Сегодня (23.06.41 г.) группа сделала 3 боевых вылета. Жду указаний, как быть дальше" [1.21]. Вблизи Белостока начал свой боевой путь 124-й ИАП. Около 4.00 утра в районе города Замбрув успеха добился заместитель командира полка к-н Круглов. В том же бою Дмитрий Кокорев в 4 часа 15 минут утра таранил вражеский самолет [3.6]. Высокое мастерство и отвагу продемонстрировали пилоты 126-го ИАП (аэродром Долубово в 18 км от границы, истребители МиГ-3 и И-16) [2.7]. В 8.15 утра пятью километрами севернее аэродрома на высоте 800 м появились 23 Ju-88. В бой вступила девятка МиГов под командованием замкомэска 4-й эскадрильи л-та Г.Алаева. Два "юнкерса" тут же были сбиты, остальные вышли из боя. Победы одержали Г.Алаев и В.Ушаков, который подбил, помимо того, еще один бомбардировщик. Наши пилоты потерь не имели [2.1]. Через несколько минут курсом на аэродром вышла группа из 10 Bf-109 и 9 Bf-110 [2.1] (по иным данным 9 и 10 соответственно) [2.7]. "Сто десятые" начали штурмовку, а Bf-109 связали боем прикрывавшие аэродром МиГи. Немецкие потери составили два "сто девятых", один из которых тараном уничтожил мл. л-т Панфилов (его вторая победа за день), другой Bf-109 у самой земли сбил Г.Алаев, но при этом сам погиб, столкнувшись с землей. Панфилов сумел покинуть горящую машину и спасся на парашюте. Не вернулся из вылета и В.Ушаков [2.7]. Еще одним пилотом 126-го полка, одержавшим победу, стал А.Журавлев - он сбил Ju-88. Всего же в то утро 126-й полк одержал более 6 побед [2.18].
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (3 оценки)

Презентация книги Амангельды Жантасова "Отряд Кара-майора"

В Караганде состоялась презентация книги Амангельды Жантасова "Отряд Кара-майора", повествующей о формировании и боевых буднях 177-го отдельного отряда специального назначения Главного разведывательного управления Генерального Штаба СССР.
Презентация проходила в карагандинском Доме культуры "Горняк". Более 800 человек - ветераны Великой Отечественной войны, воины-интернационалисты, действующие военнослужащие, представители акимата и общественность - с трудом разместились в небольшом зале ДК.

Главным сюрпризом для собравшихся стал приезд самого Бориса Тукеновича Керимбаева, проживающего в настоящее время в южной столице Казахстана - городе Алматы.  

«Мусульманский батальон» под командованием легендарного «Кара-майора» - Керимбаева Бориса Тукеновича,  сформированный в январе 1980 года в городе Капчагай Алматинской области, с октября 1981 года по февраль 1989 года входил в состав Ограниченного контингента Советских войск в Афганистане.  177 ОО СпН покрыл себя неувядаемой воинской славой, став одной из известных частей специального назначения. 

Первый состав отряда воевал в Афганистане вплоть до октября 1983 года. О солдатах, прапорщиках и офицерах этого состава, о боевой работе отряда в этот период, ведет рассказ один из офицеров, ныне полковник в отставке Жантасов Амангельды Темиржанович, возглавляющий с 2011 года Союз ветеранов Афганистана Карагандинской области.
Книга содержит воспоминания ветеранов "Мусульмнского батальона", уникальные архивные фотографии. Отдельный раздел книги посвящен погибшим в Афганистане солдатам и офицерам отряда. 

Поздравить автора книги, а также командира и ветеранов 177 ОО СпН, в Караганду приехали представители республиканских и региональных общественных организаций воинов-интернационалистов, десантников и спецназовцев.

Десантура Ру, Союз десантников Казахстана
Ваша оценка: Нет Средняя: 4.3 (4 оценки)

Разведке Кандагарской бригады посвящается. Видеоклип

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 оценка)

Рассказ ветерана разведки СССР. Холодный и горячий мир

Разведка в СССР была одна из лучших в миреУ меня и всех моих уже ушедших и ныне здравствующих коллег по советской разведке есть законные основания считать себя солдатами "холодной войны". К этому почетному званию каждый из нас пришел своей дорогой. Я стал солдатом "холодной войны" в далеком теперь уже октябре 1962 года, когда нас, курсантов Минской школы КГБ, без объяснения причин перевели на казарменное положение, выдали пулеметы и автоматы с полным боекомплектом, и в течение двух недель, вплоть до мирного разрешения Карибского кризиса, мы находились в готовности сражаться и сгореть в ядерном пожаре третьей мировой войны.

Тогда, к счастью, все обошлось, как обошлось и в последующие 30 лет, когда на моих глазах, а иногда и при некотором скромном участии "холодная война" местами неоднократно переходила даже в горячую фазу, о чем тогда было просто не принято говорить.

Невозможно сосчитать безвестных солдат "холодной войны" из всех советских и иностранных ведомств и организаций, сложивших головы на полях ее тайных сражений. Только пилотов с американских и прочих военных самолетов-разведчиков, шаставших вдоль границ СССР и нарушавших его воздушное пространство, а затем после появления наших перехватчиков, "скрывшихся в сторону моря", как об этом писалось в сообщениях ТАСС, пропало без вести более 80 человек. "Мирные" схватки с коллегами из западных спецслужб, и прежде всего ЦРУ, отличались в те годы невероятным ожесточением, которое тоже иногда приводило к человеческим жертвам, смертным приговорам предателям и перебежчикам, похищениям и иным чрезвычайным ситуациям. Но мы были не только участниками "холодной войны", но явились и свидетелями ее завершения, хотя вот уже более 20 лет этот вопрос все еще остается предметом бурных дискуссий. После распада в 1991 году Советского Союза, да и сейчас практически все на Западе, а также многие представители либеральных кругов в России придерживаются убеждения, что наша страна потерпела поражение в "холодной войне". Более справедливым и объективным представляется суждение, высказываемое многими трезвомыслящими нашими и зарубежными экспертами, что в "холодной войне" не было проигравших. Потому что в результате ее окончания выиграли все: прекратилось противостояние двух непримиримо враждовавших блоков, исчезла угроза развязывания мировой войны.

Мы явно вступили в период, который с полным на то основанием можно назвать "горячим миром"

Невозможно отрицать, что в большом выигрыше оказался не только Запад, но и Россия, избавившаяся от тоталитарного прошлого и ставшая на путь демократического развития. Разве можно считать потерпевшей поражение страну, которая сохранила суверенитет, независимую внешнюю политику, свой ракетно-ядерный потенциал? Никто не спорит, Россия многое потеряла в результате распада СССР, была вынуждена отступить с ранее занимаемых ею позиций, но, особенно в последние годы, весь мир уже убедился, что это было временное отступление. Россия, несмотря ни на что, с каждым годом неуклонно восстанавливает экономический потенциал, свои позиции и влияние в мире, наращивает и укрепляет обороноспособность. Что же касается того, кто победил в противостоянии КГБ и ЦРУ, то ответить на этот вопрос сложно, потому что каждая разведка ревниво оберегает свои секреты и не афиширует не только свои поражения, но и успехи. Конечно, ЦРУ приложило руку к распаду СССР, но не подрывная деятельность американской разведки и беспардонное вмешательство США в наши внутренние дела (которое, кстати, не прекращается и в настоящее время!) были главными тому причинами. По признанию руководства ЦРУ, распад СССР в 1991 году, хотя и предсказывался аналитиками американской разведки, явился для них большой неожиданностью, потому что произошел внезапно и по причинам сугубо внутреннего характера, в том числе в результате действий высшего руководства СССР.

К чести наших спецслужб, они бились до последнего. И в последнее пятилетие существования СССР, буквально накануне краха советской системы, нанесли сокрушительный удар по ЦРУ, разоблачив и ликвидировав практически всю агентурную сеть американской разведки. Итак, 45-летний период мировой истории, получивший название "холодная война", несмотря на некоторые расхождения в оценках, так или иначе канул в Лету. Какое же название получил 25-летний период мировой истории, наступивший после окончания "холодной войны" и продолжающийся сейчас? Как ни странно, пожалуй, впервые в современной истории человечества, нет пока никакого названия. Выходит, можно считать период 1990-х и нулевых годов безвременьем? Возможно ли такое в наши дни? И способствует ли это правильному и объективному пониманию чрезвычайно сложных политических процессов, произошедших после окончания "холодной войны"? Мне кажется, это приводит к путанице и неразберихе. Вернемся к 1991 году, когда распался СССР. Наступившее вслед за этим событием "братание" в окопах "холодной войны" продолжалось очень недолго. К тому же очень быстро выяснилось, что штыки в землю с наивной поспешностью воткнули только мы. Все остальные участники этого широко разрекламированного, но, как вскоре оказалось, одностороннего процесса не были отягощены миролюбием и даже не думали брататься с нами. Это очень быстро доказала объединившаяся Германия, которая в нарушение данных обещаний не только не вышла из НАТО, но и вовлекла в этот блок поглощенную ею ГДР. И входившие в организацию Варшавского договора страны Восточной Европы, а за ними - бывшие советские прибалтийские республики, после вступления которых в НАТО оказалось, что эта и не думавшая разоружаться после распада СССР организация вплотную приблизилась в российским границам.

Невозможно сосчитать безвестных солдат "холодной войны", сложивших головы на полях ее тайных сражений

А еще в этот период случилось две чеченских войны, в каждой из которых за спинами боевиков явно торчали не только уши, но и стволы различных международных террористических организаций, прямо или косвенно поддерживаемых и финансируемых западными спецслужбами. Были Югославия и бросок наших десантников на Приштину, едва не приведший к боевому столкновению с "миротворческим" контингентом НАТО. Были Афганистан, Ирак, Ливия, Египет, Сирия и много чего еще, о чем сторонники "братания" предпочитают не вспоминать. И западные спецслужбы не только не снизили, а, напротив, активизировали подрывную деятельность против России. Все последние годы ФСБ регулярно рапортует о разоблачении в нашей стране нескольких десятков кадровых разведчиков, а также агентов иностранных разведок. Характерно, что даже в самый начальный период наших новых отношений с Западом, когда еще буйным цветом расцветали иллюзии всеобщего братства и взаимовыгодного сотрудничества, не говоря уже о последующих годах, нас никто и никогда не называл "друзьями" или "союзниками". Мы всегда были для США и Западной Европы лишь "партнерами" и в лучшем случае (если не произойдет ничего худшего) так ими и останемся.

Мне кажется, если непредвзято проанализировать и взвесить все особенности периода после завершения "холодной войны", то есть все основания назвать его "холодным миром". Действительно, несмотря на многочисленные и весьма чреватые всевозможными осложнениями инциденты, с угрожающей периодичностью возникавшие в различных регионах планеты, явных угроз миру и реальной опасности развязывания глобальной войны в период "холодного", но все же мира не было. Это весьма неустойчивое, зыбкое равновесие продолжалось до конца 2013 года. А потом в Киеве случился "майдан", за ним - госпереворот, воссоединение Крыма с Россией, санкции и контрсанкции, гражданская война на Украине, Минские договоренности, а еще Йемен и "Исламское государство", а также все, что нас ждет, и с чем мы, без всякого сомнения, еще столкнемся в ближайшем будущем.

Такого накала противостояния, таких обвинений в адрес нашей страны, таких жестких мер, предпринимаемых сторонами многочисленных конфликтов для отстаивания своих эгоистических или корыстных интересов и достижения поставленных целей, такой опасности перерастания существовавших прежде и вновь возникших противоречий между участниками этих конфликтов в конфликт еще более серьезный в годы "холодной войны" не было. Мне кажется, в этой ситуации просто глупо и бессмысленно говорить о каком-то "холодном мире". Какой же он "холодный", когда США и их западные союзники открыто заговорили о грядущем возвращении к "холодной войне" и даже возможности ее перерастания в войну "горячую". До этого, к счастью, пока не дошло, но мы явно вступили в период, который с полным на то основанием можно назвать "горячим миром". Произойдет ли это? Пойдет ли человечество на реализацию такого самоубийственного сценария? Или те на Западе, кто так этого хочет, все-таки опомнятся, усвоят уроки "холодной войны" и вспомнят о мудрости и хладнокровии, проявленными Кеннеди и Хрущевым в 1962 году при мирном разрешении Карибского кризиса? По большому счету совсем не важно, приемлема ли предложенная мной классификация времени, в которое мы живем, или политологами ему будет дано другое название. Вся эта словесная эквилибристика - ничто по сравнению с тем, во что превратится наша планета, если разум уступит место амбициям чужих безответственных политиков и военных.
 

По материалам "Российской Газеты"
Игорь Прелин (ветеран советской разведки)

Голосов пока нет

Русской военной разведке 200 лет

«Люблю задавать студентам вопрос на засыпку: «Где стоит памятник создателю российской военной разведки?» - лукаво улыбнулся доктор исторических наук Борис Старков. - Никто с первого раза не может ответить. Тогда говорю: идите к Казанскому собору и посмотрите на памятник генерал-фельдмаршалу Михаилу Барклаю-де-Толли».
С известным учёным удалось встретиться, что называется, по поводу - на недавнем открытии выставки «Тайная война двенадцатого года (к 200-летию Отечественной войны 1812 года и русской военной контрразведки)» в петербургском Музее политической истории России.

Действительно, когда речь заходит об отечественной военной разведке и контрразведке, то фигурирует в основном XX век. Между тем исторические корни здесь гораздо глубже, в чём и убеждает представленная экспозиция, которая будет открыта до 15 сентября. В её создании приняли участие несколько музеев, архивов и библиотек, в том числе Российский государственный военно-исторический архив, Государственный мемориальный музей А.В. Суворова, Российская национальная библиотека, Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи.

Идея выставки родилась у руководителя одного из структурных подразделений Музея политической истории России Людмилы Михайловой.
«Функционирование разведки в войне 1812 года относится к малоизученным темам российской военной истории и никогда не являлось предметом музейного показа, - говорит она. - Впервые централизованная структура управления русской военной разведкой была создана по инициативе военного министра Михаила Барклая-де-Толли и с одобрения императора Александра I за несколько лет до вторжения наполеоновских войск в Россию. В 1810–1811 годах это была Секретная экспедиция (канцелярия) при военном министре. Затем в начале 1812 года её реорганизовали в Особенную канцелярию военного министра. Сначала ею руководил полковник Алексей Воейков, а с марта 1812 года - полковник Арсений Закревский (позднее, в 1848 году, он стал 41-м генерал-губернатором Москвы).


Свою деятельность Особенная канцелярия военного министра вела сразу по нескольким направлениям: стратегическая разведка (сбор секретной политической и военной информации за границей), тактическая разведка (сбор сведений о войсках противника на территории сопредельных государств, что было очень важно накануне войны), контрразведка (выявление и нейтрализация агентуры спецслужб Франции и её союзников), войсковая разведка. Именно по такому принципу и структурирована экспозиция выставки «Тайная война двенадцатого года». В ходе напряжённой работы удалось найти целый ряд документов, которые впервые представляем широкой публике. Одновременно рассказываем и о достойном противнике - французской разведке. Хочу обратить внимание на то, что сведения, полученные по линии военной разведки, были очень внимательно рассмотрены императором Александром I и позволили ему принять адекватные меры по подготовке к предстоящей войне».
 


В начале 1812 года по указу Александра I была образована ещё одна структура - Высшая воинская полиция, на которую возлагались контрразведывательные функции. Только с 1810 по 1812 год на территории Российской империи были задержаны 39 иностранных агентов. Вот что писал 1 мая в секретном донесении командующему 2-й Западной армией генералу от инфантерии Петру Багратиону русский посол в Австрии Густав Стакельберг: «По дошедшим ко мне известиям уведомился я, что 42 человека французов, знающих говорить по-русски, назначены прокрасться в нашу армию в виде эмиссаров. 12 человек должны отправиться, тому уже месяц, в Константинополь».

На выставке представлены материалы об организации разведки и различных аспектах её деятельности накануне и в период Отечественной войны. Широко показана работа русских военных агентов под дипломатическим прикрытием за рубежом, успехи контрразведки в России, деятельность войсковых разведчиков и партизан.
В частности, русские разведчики за границей добывали важную информацию с помощью завербованных агентов. К слову, одного из самых ценных - бывшего министра иностранных дел Франции Шарля Талейрана - «завербовал» во время встречи в Эрфурте в 1808 году сам Александр I. За огромное вознаграждение тот передавал сведения о французской армии и ещё в декабре 1810 года сообщил, что Наполеон готовится к нападению на Россию. В целом тайная война между двумя государствами велась задолго до 24 июня 1812 года. Её началом можно считать создание в Варшаве в начале 1810 года специального разведывательного бюро во главе с французским резидентом бароном Луи-Пьером Биньоном.

На выставке представлены уникальные архивные документы, картины, гравюры и литографии. Среди вещей - офицерская шинель, кавалергардский сюртук, походная фуражка и парадная сабля императора Александра I. Французская разведка представлена изображениями государственных деятелей и ее руководителей: литографиями маршала Франции Луи-Николя Даву и министра иностранных дел Юга Маре (именно эти два человека руководили французской разведкой), портретами послов Франции в России - Жака Лористона и Армана де Коленкура и др.

Отечественная военная разведка сумела переиграть французскую - несмотря на её изначально больший опыт и почти двойное превосходство в численности, тайная дуэль была выиграна. Российское руководство и командование войск имели достаточную информацию о неприятеле, могли оперативно принимать решения и влиять на ход боевых действий. При этом в ходе Отечественной войны 1812 года военная разведка Российской империи постоянно совершенствовала методы разносторонней деятельности и наращивала усилия. Суровую проверку она выдержала с честью.

Олег ПОЧИНЮК, «Красная Звезда»
 

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 оценка)

Салатный детектив. Или что все-таки изобрел легендарный француз

Просмотрев огромное количество версий происхождения всенародно любимого новогоднего салата, так и не смогли найти что-то бодряще-подходящее. Предлагаем версию журналиста Михаила Колкера, который провел настоящее кулинарное "расследование". Возможны новые факты. Изложение перипетий этого дела "грешит" разными вкусными деталями. На голодный желудок читать строго запрещено...

Без комментариев

Владимир Гиляровский: «Среди завсегдатаев ресторана «Эрмитаж» считалось особым шиком, когда обеды готовил повар-француз Оливье, еще тогда прославившийся изобретенным им «салатом Оливье», без которого обед не в обед и тайну которого не открывал. Как ни старались гурманы, не выходило: то, да не то...»

Рецепт Люсьена Оливье (классический): мясо двух отварных рябчиков, один отварной телячий язык, около 100 граммов черной паюсной икры, 200 граммов свежего салата, 25 отварных раков, или 1 крупный отварной омар, или 1 банка омаров, полбанки пикулей (мелких маринованных огурчиков), два мелко нарезанных свежих огурца, 100 граммов каперсов (колючая овощная культура, у которой маринуют цветочные почки), 5 мелко нарубленных крупных яиц, сваренных вкрутую.
Заправка: майонез провансаль, приготовленный из 400 граммов рафинированного оливкового масла, двух-трех свежих яичных желтков, уксуса, горчицы, сахара и соли.

Самый большой салат Оливье — весом 1007,8 кг — был приготовлен в Сыктывкаре в августе 2009 года. Для его приготовления потребовалось 190 кг картофеля, 5000 яиц, 231 кг огурцов, 167 кг колбасы, 75 кг зеленого горошка, 8 кг зелени и 3 кг соли. Заявка на рекорд отправлена в Книгу рекордов Гиннесса.

В феврале 2009 года газета «Труд» начала высчитывать так называемый "индекс оливье" для расчета уровня инфляции потребительских цен на продукты питания. По мнению процитированных газетой экспертов, «индекс оливье» гораздо точнее отражает уровень инфляции, чем данные Росстата.
О том, что в нашей кулинарной истории иногда происходит изрядная путаница, мы писали неоднократно. Однако считаем своим долгом отчасти внести ясность хотя бы в такой важный для любого россиянина гастрономический объект, как салат Оливье. Многочисленные инсинуации вокруг этого любимого народом блюда привели к тому, что под видом знаменитого салата нам подчас пытаются подсунуть вообще бог знает что! Что ж, давайте разбираться...
 

Оливье — человек и салат

Начнем с того, что в противоположность широко распространенному мнению современный салат оливье имеет мало общего с тем, что изобрел французский повар Люсьен Оливье. Кроме, разве что, самого названия. Да и поваром пресловутый Люсьен, оказывается, не был. По свидетельству такого знатока ресторанной жизни, как Гиляровский, данный француз являлся одним из трех совладельцев знаменитого ресторана «Эрмитаж»: «Три француза вели все дело. Общий надзор — Оливье. К избранным гостям — Мариус и в кухне парижская знаменитость — повар Дюге». Так что если пытаться определить статус Люсьена, то он будет соответствовать метрдотелю или, на современный лад, старшему менеджеру. По поводу изобретения собственно салата существует, как минимум, две распространенные версии.

Версия первая. Первоначально француз изобрел для своего ресторана вовсе не салат, а блюдо под названием «Майонез из дичи». Для него отваривали филе рябчиков и куропаток, резали, выкладывали на блюдо вперемешку с кубиками желе из бульона птицы. Рядом изящно располагали вареные раковые шейки и ломтики языка, политые соусом провансаль. А в центре возвышалась горка картофеля с маринованными корнишонами, украшенная ломтиками крутых яиц. По замыслу Оливье, центральная горка предназначалась не для еды, а лишь для красоты, как элемент декора блюда.

Вскоре Оливье увидел, что многие русские невежи поданный на стол «Майонез из дичи» сразу перемешивают ложкой, как кашу, разрушая тщательно продуманный дизайн блюда, затем раскладывают по своим тарелкам и с удовольствием едят эту смесь. От увиденного он пришел в ужас. Но на следующий день изобретательный француз в знак презрения демонстративно смешал все компоненты, обильно полив их майонезом. В творческом учете русского вкуса Люсьен Оливье оказался прав — успех нового блюда был грандиозен!

Таким образом, изначальная кулинарная идея Оливье была практически сразу опошлена — и придуманное им блюдо фактически поменяло «жанр».
Иными словами, тот самый первый «Майонез из дичи», прародитель нашего салата оливье, так и умер, не выдержав натиска варварских привычек клиентов, для которых ценность блюда как обильной пищи и, что немаловажно, именно удобной закуски под водочку явно доминировала над его эстетикой.

Версия вторая. Исходя из нее, главным изобретением француза был вовсе не сам салат, а знаменитый соус на основе оливкового масла, уксуса и яичных желтков. Этот соус был назван изобретателем «провансаль». Хотя и тут авторство самого Оливье довольно сомнительно. Существует легенда о том, как был изобретен этот соус: Оливье велел одному из поварят подготовить традиционный французский горчичный соус, в который наряду с горчицей входят масло, уксус и растертые желтки вареных яиц. Однако то ли по ошибке, то ли решив сэкономить время, поваренок добавил в смесь сырые желтки. Результат его творчества поразил хозяина — соус получился необычайно пышным и удивительно приятным на вкус. Выяснив причину столь странного превращения смеси и дав нерадивому поваренку для порядка подзатыльник, Оливье смекнул, что это случай войти в историю кулинарии.

Не знаем, как с гастрономическими талантами, а с административным чутьем у Люсьена дело обстояло отлично. Со временем само блюдо майонез исчезло из русской кухни, а придуманный к нему соус остался. И теперь под словом «майонез провансаль» мы подразумеваем именно этот оригинальный соус, а не тот салат, для которого он был придуман французским кулинаром.
 

Побеждает Иванов

На самом деле в точности восстановить тот самый первоначальный рецепт знаменитого салата сегодня вряд ли возможно. Говорят, что он состоял не в наборе продуктов, а в составе специи, который владельцы ресторана держали в строжайшей тайне. Возможно, это и так, однако второе рождение легендарный салат оливье пережил в начале тридцатых годов прошлого века. И его истинным творцом стал Иван Михайлович Иванов, шеф-повар ресторана «Москва», служивший, по его словам, в молодости подмастерьем у самого Люсьена.

Иванов заменил идеологически невыдержанного рябчика на рабоче-крестьянскую курицу, повыкидывал всякую непонятную дребедень вроде каперсов и пикулей и назвал свое творение салат «Столичный». Причем чудом сохранившиеся с буржуйских времен гурманы, едавшие еще тот, истинный оливье, якобы даже заверяли в совершенной идентичности вкусов старого и нового вариантов. Но оставим это на их совести. Секрет нью-оливье — Столичного, (он же «Московский», он же «Мясной», он же «Зимний») заключается в строгом равенстве весовых частей составляющих его компонентов: куриного мяса, картофеля, маринованных корнишонов (или огурцов), вареных яиц. В два раза меньше остальных ингредиентов кладется зеленого горошка. Добавляется консервированное крабовое мясо и все это заливается майонезом. Салат готов. По рецепту не должно быть никакой сметаны, морковки или репчатого лука.

О том, каким образом в состав блюда попала вареная морковка, также существует вполне характерная для советского общепита легенда. По свидетельству поэта Михаила Светлова, в ресторане московского Дома литераторов, находчивый местный повар вместо дорогих крабов, полагавшихся по рецепту, стал класть мелко нарезанную вареную морковь, в надежде, что подвыпившие писатели просто не отличат красную морковную стружку от кусочков истерзанного крабьего тела. Так ли это было на самом деле, утверждать не беремся, но крабы из рецепта действительно испарились, а морковка осталась.
 

Не бином Ньютона

Так как же следует правильно готовить всеми любимый салат? Вообще-то весьма по-разному! Как любое, истинно народное произведение, наш оливье имеет множество вариантов и нюансов в своем приготовлении, и сказать, что правильно, а что нет, будет неверно или по крайней мере спорно. Главное, чтобы было вкусно и нравилось гостям. И все же некоторые рекомендации осмелимся дать.

Во-первых, идея наличия в салате крабового мяса довольно удачная. Так что, если готовите оливье для праздничного стола, разоритесь на баночку консервированных крабов — не пожалеете.

Во-вторых, огурцы кладите только маринованные, соленые огрубляют вкус. Попробуйте традиционную докторскую колбасу заменить отварной куриной грудкой и нежирной ветчиной. Одно сладкое яблоко придаст вашему салату необходимую сочность и пикантность.

Ну и главное. Не ленитесь и приготовьте майонезную заправку самостоятельно. Сделать это не так уж и трудно. Не бином Ньютона. В миску выпускаем три яичных желтка (только желтка), добавляем чайную ложку соли и начинаем взбивать миксером. Причем обращаю ваше внимание: если миксер ручной, водить им надо в миске в одном и том же направлении, а не хаотично или восьмеркой, иначе смесь осядет и не будет пышной. Взбив желтки в пену, начинайте медленной струйкой вливать оливковое масло, продолжая при этом взбивать смесь. Затем так же медленно вливаем уксус и затем всыпаем сахар. В конце для пикантности добавляем горчицу. Если вы сделали все правильно, у вас должен получиться замечательный майонез.

Салат с большой буквы

Ну и в итоге нашего краткого кулинарного расследование хочется отметить следующее: каким бы ни был настоящий рецепт салата оливье, по сей день без этого блюда, с которого большинство начинает праздничное застолье, а нередко в нем и заканчивает, и праздник не праздник. И хоть называют его по-разному, и готовят всяк на свой лад — с птицей, с мясом, с рыбой, с колбасой и даже с морепродуктами, — это наш родной и незыблемый салат — Салат с большой буквы.


И последнее. Умоляю вас, перестаньте спрашивать исконный рецепт и спорить об истинном составе салата — готовьте его так, как вам нравится, как готовила его ваша мама. И наслаждайтесь, хоть иногда поминая человека, благодаря которому этот салат появился на нашем столе.

Голосов пока нет

Сергей Козлов: “Главное в офицере спецназа все-таки не мышцы, а голова”

Интервью Сергея Козлова, редактора отдела спецопераций "Солдата удачи", автора книги "Спецназ ГРУ", ведущего на "Агентуре" раздел "Спецназ".

Сергей, биография у тебя прямо скажем, необычная - спецназ ГРУ, Афганистан, потом журналистика, вот книгу написал…. Честно говоря, я, кроме тебя, не знаю журналистов - выходцев из спецназа. К тому же бытует мнение, что спецназовцы - это такие ребята, которым думать не надо, а только стрелять, бегать и т.п. Поэтому первый вопрос - как ты вообще попал в спецназ?

Я потомственный офицер. У меня в роду все военные - и батя, и дед. Трудно сказать, когда эта преемственность началась. Знаю, например, что мой прадед по матери был офицером царской армии. После революции, когда семья была вынуждена сменить место жительства, и переехала в Чебоксары, он создал там первую телефонную станцию.

С детства в мое сознание закладывалось то, что я тоже буду офицером. Каким, предлагалось выбрать самому.

В 15 лет я решил, что буду десантником. Почему? Посмотрел фильм "По следу тигра" про группу югославских диверсантов. И я понял, что именно это мне нравится, и этим я хочу заниматься по жизни. А где такими вещами занимаются? Ясно, в десанте. Правда, к окончанию школы я уже совсем не хотел быть военным. Одно время даже хипповал, с патлами ходил. Хотел быть художником.

Но отец меня, кхм, переубедил, и я все-таки поехал поступать в рязанское воздушно-десантное училище. И провалился, поскольку, не очень и хотел. Попал в армию. Отец мне сказал: "Единственно, в чем я могу тебе помочь - попасть в воздушно-десантные войска". И оттуда уже отец фактически вынудил поступать второй раз в Рязанское училище. Мол - ну хорошо, а куда ты после армии вернешься? Он тогда в Печоре служил - а там только зеки и волки.

Пришлось ехать во второй раз. А в рязанское училище нормально считается поступать несколько раз. Там это даже учитывалось - мол, парень действительно хочет, третий раз и дети т.п. В принципе, я когда первый раз поступал уже знал, что есть хитрый факультет, где изучают иностранные языки. С английским у меня, в рамках средней школы, было нормально. И во второй раз я уже поступал на спецфакультет. Правда, курсанты-десантники спецфакультет недолюбливали и говорили: "У них там одни буквари. Если ты хочешь даже в туалет со словарем ходить, то иди" и т.п.

Но в тот раз я тоже не поступил. Написал матерные стихи на замкомвзвода и в результате - два балла за английский. Двойка по предмету, который я знал лучше всего.

Спустя год, опять-таки из армии, поступал в третий раз и на этот раз поступил. Здесь уже поступал потому, что сам хотел. Был зачислен в училище в августе 1977 года. Сначала сомневался: мое ли это? Ну а дальше втянулся, становилось все интереснее и интереснее. Это же очень захватывающее занятие - уметь так грамотно нагадить противнику силами нескольких человек, как, наверное, и дивизия не сможет. Правда, заканчивал я его тоже с приключениями - госэкзамены сдавал прямо с губы, куда я попал после того, как по пьянке подрался с патрулем. Вечно у меня были проблемы с дисциплиной, и отчислить меня хотели неоднократно. Но ничего, как видишь.

А что касается бегать и прыгать, то уметь это нужно, но главное в офицере спецназа все-таки не мышцы, а голова.

Афганистан - это было добровольное решение?

Когда войска ввели, очень многие, прямо в училище, писали рапорты, и конечно, не потому что так переживали за дело апрельской революции. А потому, что война - это единственное место, где офицер может проявить себя. Ну не тем же, как у солдат кровати застелены, работа офицера оценивается, правильно?

Я рапорт не писал. Выяснил, что в Лагодехи (Грузия) формируется отряд для отправки в Афганистан. Я знал, что меня в любом случае зашлют в дыру. Поэтому я написал рапорт, где указал конкретную дыру. Попал поначалу в бригаду. В отряд тоже, как в ссылку, перевели летом 1983 года. Отряд там уже три года стоял. Все уже решили, что никакого Афганане будет. Нов начале 1984 года нас все-таки отправили в Кандагар.


Почему ты ушел со службы?

Я вернулся из Афганистана очень… в общем, считал, что теперь моя карьера начнет быстро развиваться. Там ко мне командование относилось очень хорошо, и идеи мои, которые касались того, как духам пограмотнее засадить, очень даже ценились. Больше чем у меня, в отряде результатов ни у кого не было. И хотя у меня было всего два ордена, еще на один представление ушло в Москву, как и представление на внеочередное звание. Собирались еще к какому-то афганскому представить. Правда ничего так и не дали (на всех представлениях было написано, что "офицер уже достаточно отмечен".)

По замене попал в Старокрымскую бригаду, где отношения с комбригом с самого начала не сложились. В Афганистане у меня под началом было 104 человека. Я довольно долго исполнял обязанности ротного. А меня поставили командовать четырьмя бойцами, причем еще попросили за мной приглядеть. Мол, ордена орденами, а командовать-то людьми он умеет?

Потом я с приключениями поступал в Академию им. Фрунзе, потому что, если ты хочешь карьеры, то надо ее обязательно закончить. Но и тут не обошлось без "помощников" и задвинули меня на заочку.

При всех моих сложных отношениях с руководством на втором курсе попал я в ситуацию. У нас проводились радиотренировки на реальное расстояние. Мы "качали связь" из-под Мелитополя. Год с лишним мы туда ездили. Лагерь наш был рядом с госзаказником. А звери ведь не знают, где граница, и с территории госзаказника выходят. Ну а тут мы…В общем браконьерили неподалеку. И вот в один день черт нас дернул сунуться в сам госзаказник. Только мы туда вошли - лесник. Мы в машину, он - по колесам палить. Ну ушли мы. Поднялся скандал, к нам милиция выезжает, обыскивает место стоянки. Ищут, ничего не находят (спецназ все-таки). Но наверх, в округ прошел звонок через МВД Украины - что мы чуть ли не сопротивление оказываем и не сдаемся силам правопорядка. Разбираться не стали. Принцип простой - бей своих, чтоб чужие боялись. Мои документы решили из Академии отозвать. Но я сразу сказал - у меня серьезные планы по карьере, и если мне не дадут закончить Академию, я уволюсь. Судьба пожизненного комбата меня не привлекает. И уволился.

А почему ты выбрал Академию имени Фрунзе? Можно было попробовать поступать в Военно-дипломатическую академию. Может, проблем было бы меньше?

Не думаю, что проблем было бы меньше, хотя меня и приглашали. Понимаешь, я не хотел уходить из спецназа. Работать за границей, наверное, интересно, но не факт, что ты на эту работу попадешь. А сидеть в РЦ и открытые источники анализировать, как сейчас делают многие мои сослуживцы, это не для меня. Мне нравится руководить людьми, делать из них настоящих бойцов. Поэтому я в Академию Фрунзе и пошел. Тем более, как я уже сказал у меня планы "Наполеоновские" были.


Как тебе пришло в голову стать журналистом? И почему именно "Солдат удачи"?

Мне и не приходило в голову. Все вышло случайно. К тому времени я руководил в одном банке отделом обменных пунктов. В подчинении 130 кассиров, из них 120 девушек. Сначала тяжко приходилось, но за месяц порядок навел. И вот в 1995 году дежурил как-то в воскресенье. Скучно, Решил купить, что-нибудь почитать. И вдруг вижу на развале "Солдат удачи", а мы еще в училище очень уважали этот журнал. Хотя это издание, нам и запрещали читать, поскольку журнал считался антисоветским. Но до пропаганды нам было, как до фонаря, а вот интересные статьи с анализом действий в горячих точках нас очень интересовали. Купил журнал и вижу там статью про действия в Афганистане моей группы. Обрадовался, читаю, думаю: "Слава нашла героя!". А жена мне говорит - "А что ты радуешься, это же твоя курсовая".

Еще в Афганистане мне командир сказал: "Ты у нас Серега, самый опытный, обобщай боевой опыт". И я описал все изменения в тактике с боевыми примерами для прибывающих на замену офицеров. Ведь то, что делал спецназ в Афганистане, в корне отличалось от того, что полагалось спецназу по нормативным документам. А когда я уже учился в Академии, я написал на этом материале курсовую работу. В последствии она получила некоторую известность и ходила по рукам.

В общем, взял курсовую, и поехал в редакцию "Солдата" разбираться. А в результате стал им писать. Так и пишу до сих пор. Сейчас расписался, так еще и с "Братаном" сотрудничаю.


Ты часто общаешься с бывшими сослуживцами, оставшимися в армии, ездишь в Чечню, в зону боевых действий. В чем принципиальная разница между действиями спецназа в Чечне и в Афганистане? Изменилась ли тактика?

Есть, конечно, определенные отличия, но они связаны, по большому счету, с тем, на какой местности приходится действовать, с задачами, которые надо решать. В Афгане главный показатель успеха - количество захваченных трофеев. Бить приходилось крупные караваны с солидной охраной. Например, первый караван, который я увидел, состоял из десяти машин и охраны в три сотни морд. Чтобы их победить, и трофеи не дать растащить, штатной группы было мало. Да и после засады никуда не уйдешь. Вот и приходилось драться в окружении до подхода брони или вертушек. От того и численность и вооружение были более солидными. В Чечне, которая довольно плотно населена, такая толпа будет слишком заметна. Да и караваны такие не ходят. Поэтому и группы действуют меньшим составом, применяя традиционную тактику: "ударил-ушел". Но всякое бывает. И опыт Афгана тоже используется.


В нынешней войне органы ФСБ постоянно докладывают о поимке или отстреле очередных лидеров боевиков. При этом упоминаются спецподразделения ФСБ, аналогичные, видимо, спецназу ГРУ. Почему армейский спецназ не проводит таких операций? Не проводит или не говорит об этом?

Дело в том, что и спецназ ФСБ и спецназ ГРУ, на этой войне, да и на предыдущих, решают не свои задачи. Ни в одном нашем руководящем документе нет задачи - бороться с партизанами. Хотя уже лет двадцать, как ее туда необходимо внести. А что касается деятельности спецназа этих ведомств, то они идентичны. Иногда, даже совместно работают. Рекламы же ГРУ никогда не любило.

Кстати, проводились ли в Афганистане операции по уничтожению лидеров моджахедов?

Проводились, но этим занимались другие структуры. Что касается нас, если "кто подворачивался под горячую руку", то мало не было. Это уж потом выясняли, кто из жмуров кто.


Меня, честно говоря, давно мучает вопрос - почему из действительно известных чеченских лидеров пойман один Радуев - возможно ли в сложившихся условиях уничтожение лидеров чеченских банформирований - Хаттаба, Басаева и др?

Вопрос это довольно скользкий, поэтому я бы не хотел его комментировать.


И на первой, и тем более на второй войне журналисты серьезно критикуют ту информационную политику, которую проводят федералы в Чечне. Федералы же, в свою очередь крайне недовольны журналистами, обвиняя тех в непонимании специфики, пропаганде врага и т.п. Поскольку у тебя, насколько я понимаю, уникальная позиция - ты был и в той и другой шкуре - твое мнение в этом конфликте?

Данный конфликт, на мой взгляд, неразрешим. Основную массу журналистов интересует сенсация. Именно за нее они и получают деньги. Их совершенно не волнует, что раскрытие ими той или иной информации может принести вред своим войскам. Напечатал, а там хоть трава не расти. Но сенсация, как правило, связана именно с разглашением тех или иных секретов, в сохранении которых, заинтересованы военные. Они то, как раз наоборот, не желают славы, до определенного момента.

Можно, конечно предположить гипотетически, что военные будут предоставлять журналистам более достоверную информацию, по мере возможности. За это журналисты не будут стараться опубликовывать несанкционированную информацию. Однако в нашей стране, испокон веку, секретят все, что уже является "секретом Полишинеля". Никакого уважающего себя журналиста та "жвачка", которую поставляют пресс-центры, устраивать не может. Я считаю, что уж лучше ничего, чем заведомое вранье.

Поэтому этот конфликт, во всяком случае, в нашей стране вечен. Если, конечно, снова не опустится "железный занавес".


Давай поговорим о будущем спецподразделений. Насколько я понимаю, если спецназ ФСБ многофункционален - он и антитеррористический, и засады устраивает, и самолеты штурмует, то спецназ ГРУ, наоборот, решает очень узкий круг задач. Какой подход более правильный?

Я уже сказал, что, по сути, в настоящее время и те, и другие решают одни и те же задачи, которых ни перед теми, ни перед другими руководящие документы не ставят. На мой взгляд, следует создать единое Командование Сил Специальных Операций. Силовые структуры, нуждающиеся в проведении спецоперации в той или иной ситуации, должны просить предоставить соответствующие силы и средства. В зависимости от необходимости, Командование предоставляет и силы и средства и свой штаб проведения операции. Никто не должен вмешиваться в действия этого штаба и верещать по телефону "Шамиль Басаев! Говорите громче!" За исход и успех операции в таком случае будут отвечать профессионалы. Объединение спецназа позволит повысить его статус, статус его руководителей. В Штатах, например, спецназом командует четырехзвездный генерал. Это тот уровень, который позволяет общаться специалистам с руководством страны напрямую, а не через сонм посредников, не понимающих и десятой доли происходящего.

Такое командование должно иметь круг задач, как военного, так и мирного времени. К последним можно отнести и борьбу с терроризмом, и контрпартизанскую борьбу, и миссии спасения своих граждан из государств, где ситуация стала напряженной и небезопасной для сотрудников посольства. Кстати, эта задача до сих пор не стоит ни перед одним из спецподразделений России.

Хотя, это только мое мнение. Официальная точка зрения в настоящее время диаметрально противоположная. Больше спецназов, хороших и разных. Отсюда и низкий профессионализм. С ростом количества всегда страдает качество.

Андрей Солдатов, agentura.ru

Ваша оценка: Нет Средняя: 4 (1 оценка)

Скончался легендарный советский разведчик Геворк Вартанян

Легендарный советский разведчик, Герой Советского Союза Геворк Вартанян скончался во вторник, 10 января, в Боткинской больнице в Москве на 88-м году жизни.

Геворк Андреевич Вартанян родился 17 февраля 1924 года в Ростове-на-Дону в семье Андрея Васильевича Вартаняна, иранского подданного, директора маслобойного завода. В 1930 году, когда Геворку было шесть лет, семья выехала в Иран. Его отец был связан с советской внешней разведкой и покинул СССР по ее заданию. Под прикрытием коммерческой деятельности Андрей Васильевич вел активную разведывательную агентурную работу. Именно под влиянием отца Геворк стал разведчиком.

Он связал свою судьбу с советской разведкой в 16 лет, когда в феврале 1940 года установил прямой контакт с резидентурой НКВД в Тегеране. По поручению резидента Геворк возглавил спецгруппу по выявлению фашистской агентуры и гитлеровских разведчиков в Тегеране и других иранских городах. Только за два года его группа установила около 400 человек, так или иначе связанных с германской разведкой.
В 1942 году "Амиру" (оперативный псевдоним) пришлось выполнять специальное разведывательное задание.

Несмотря на то, что Великобритания была союзницей СССР по антигитлеровской коалиции, это не мешало англичанам вести против СССР подрывную работу. Англичане создали в Тегеране разведывательную школу, в которую набирали молодых людей со знанием русского языка для последующей их заброски с разведзаданиями в Среднюю Азию и Закавказье.
По заданию Центра "Амир" внедрился в разведшколу прошел в ней полный курс обучения. Тегеранская резидентура получила подробную информацию о самой школе и ее курсантах. Заброшенные на территорию СССР выпускники школы обезвреживались или перевербовывались и работали "под колпаком" советской контрразведки.

"Амир" принимал активное участие в обеспечении безопасности лидеров "большой тройки" на Тегеранской конференции в ноябре-декабре 1943 года.

В 1951 году был вывезен в СССР и окончил факультет иностранных языков Ереванского госуниверситета. Затем последовала многолетняя работа разведчика-нелегала в экстремальных условиях и сложной обстановке в различных странах.

Всегда рядом с Геворком Андреевичем была его жена Гоар, прошедшая вместе с ним долгий путь в разведке, — разведчик-нелегал, кавалер ордена Красного Знамени и многих других наград. Загранкомандировка супругов Вартанян длилась более 30 лет. Из последней командировки разведчики вернулись осенью 1986 года. Через несколько месяцев Гоар Левоновна вышла на пенсию, а Геворк Андреевич продолжал служить до 1992 года.

Главным своим достижением Г.Вартанян считал "45 лет работы без провала". В этом, по словам Амира, огромная заслуга и его супруги. "В радостях и трудностях мы были вместе. Сколько раз в жизни мы с